«Письма жене и детям (1917-1926)»

Л.Б. Красин. Письма жене и детям. 1917–1926§

Под ред. Ю. Г. Фельштинского, Г. И. Чернявского, Ф. Маркиз

Вступительная статья

Кто помнит ныне имя Леонида Борисовича Красина? Оно осталось, пожалуй, лишь в названиях улиц, которые до начала 90-х годов были в каждом крупном городе СССР, да и ныне сохранились во многих городах Российской Федерации. Иногда еще замечают табличку с датами 1870–1926, прикрывающую прах Красина, замурованный на самом престижном кладбище советского времени — в Кремлевской Стене, за Ленинским мавзолеем. Больше, чем самого Красина, люди пожилого возраста помнят названный его именем крупнейший в свое время ледокол Арктического флота (первоначальное название "Святогор"), участвовавший в спасении ряда полярных экспедиций и потому широко известный.

Уныла и однообразна историческая и художественная литература об этом деятеле, вышедшая из под пера идеологических подручных компартии. Во всех этих книгах исправно рассказывется о студенте, ринувшемся в социал-демократическое подпольное движение на рубеже 80-90-х годов XIX века, о стойком большевике-ленинце в годы революции 1905–1907 гг., стеснительно упоминается о его "временном отходе от революционного движения" после революции и возобновлении активной борьбы за социалистическую революцию в 1917 г., о Красине — наркоме и дипломате в советское время [1].

Но во всех этих изданиях нет ничего о многих деликатных подробностях красинской биографии. Читатель не найдет там сведений, что изготовленные под руководством Красина в 1905 году бомбы (он возглавлял Боевую техническую группу при большевистском руководстве) использовались не для вооруженного восстания, а для экспроприации денег, а в 1906 г. — и для покушения на председателя Совета министров России П.А.Столыпина. Упоминая о сотрудничестве Красина с миллионером С.Т.Морозовым (Красин в 1904 г. начал работать на его электростанции в г. Орехово-Зуево), авторы ни словом не упоминают о версии, что именно Красин был, видимо, убийцей Морозова, когда тот, после того, как из него выдоили все возможные пожертвования большевикам, стал для них не только бесполезен, но и опасен. А такие сведения, исходившие от близких Морозова, появились уже вслед за его кончиной[2]. Точно так же из названных изданий не узнает читатель и о том, что "верный ленинец" остро соперничал с Лениным в стремлении стать первым партийным лидером, а после революции не просто "отошел от революционного движения", а, порвав с большевиками, превратился в весьма удачливого предпринимателя. Полной завесой тумана окутано возвращение Красина к большевикам после Октябрьского переворота 1917 г. Авторы скрывали, что в 1917 г. этот бизнесмен не только не возвратился к большевикам, а осуждал их авантюритическую и экстремистскую, как он полагал, линию, подобно тому, как это делал в "Несвоевременных мыслях" его давний приятель и сообщник по изыманию денег у буржуазии и подготовке террористических актов Максим Горький.

Сглаженно, идеализированно описан коммунистическими авторами советский период жизни и деятельности Красина — и в тех случаях, когда его позиция совпадала с ленинской, и тогда, когда их взгляды существенно расходились. И уж, разумеется, в этих книгах нет ни слова о причинах, по которым Красин возвратился к большевикам — о каком "возвращении" могли они писать, если в этих текстах не было ни слова о разрыве с большевиками.

Не далеко ушли от этих "научных" трудов и художественные произведения, даже повесть и пьеса такого неудобного для советских властей автора, каковым был Василий Аксенов [3].

Незаслуженно мало внимания уделялось до сих пор яркой и противоречивой фигуре Л.Б.Красина в западной литературе. Лишь в 1992 г. появился биографический очерк американского автора Тимоти-Эдварда О'Коннора, почти тотчас же переведенный на русский язык[4]. Эта книга восполняет многие лакуны, хотя отнюдь не исчерпывает возможности анализа жизни и деятельности Л.Б.Красина. Имея возможность заниматься в московских авхивах на рубеже 80-90-х годов (он ссылается, в частности, на интервью, взятое им в Москве в мае 1990 г.), автор не использовал ряда важных, ставших к тому времени доступных архивных фондов.

Дальнейшее углубленное изучение конкретных перипетий истории революционного движения в России, биографий его деятелей, принадлежавших к различным политическим группировкам, их столкновений и примирений, перехода из одного лагеря в другой, сочетания в их деятельности карьеризма, практицизма с догматической приверженностью той или иной теоретической схеме или парадигме, различного, порой противоположного понимания ими моральных норм, черт мафиозности и открытой уголовщины в их деятельности и многих других вопросов, которые ранее не ставила и не могла ставить российская историография, позволит воспроизвести во все более "панорамном" виде сложную и противоречивую российскую политическую историю первой четверти XX века, вплоть до закрепления тиранической власти Сталина в конце 20-х — начале 30-х годов.

Мы надеемся, что, наряду с многими другими документальными изданиями, решению этих задач применительно к жизни и деятельности Л.Б.Красина и лиц, с которыми он был связан по службе и личностными отношениями, будет способствовать предлагаемая публикация.

Публикуемая в этой книге переписка началась в июне 1917 г. и почти не прерывалась до начала 1926 г., когда Красин уже страдал от неизлечимой болезни — злокачественной анемии, которую часто называют раком крови. Эта длительная переписка возникла сразу после того, как, опасаясь развития политических событий в России, отнюдь не исключая краха Временного правительства и демократии в стране в условиях продолжавшейся мировой войны и экстремистских действий большевиков, этот умный и циничный бизнесмен-игрок вывез свою семью в спокойную Скандинавию, куда и сам намеревался бежать в случае необходимости.

Письма являются составной частью архивного фонда Л.Б.Красина (в фонд входят также рукописи и заметки), переданного его вдовой Любовью Васильевной Красиной (Миловидовой) в Международный Институт социальной истории (Амстердам). Сохранились и находятся в архиве 104 письма, из которых только несколько неполных (утрачены страницы). 32 письма полностью либо с оговоренными и неоговоренными сокращениями или же в виде фрагментов и цитат в переводе на английский язык (при переводе допущено много неточностей и искажений текста) были опубликованы в главах воспоминаний Л.В.Красиной о своем супруге[5]. Остальные письма не публиковались вообще. Все документы на русском языке были впервые опубликованы нами в журнале "Вопросы истории" (2002, № 1–5). Для настояшего издания вступительная статья написана заново, а примечания значительно переработаны. В издание включены именной указатель и указатель географических названий.

Публикуемые в этом сборнике письма Л.Б.Красина жене и дочерям позволяют по-новому представить характер, мотивы деятельности, весь облик Леонида Красина, начиная с 1917 года и, по существу дела, в значительно более широком хронологическом охвате.

Эти письма — источник не только личного происхождения, но и интимного характера, не предназначавшийся для ознакомления с ним третьих лиц. Но для характеристики общественно-политических событий, властно вторгавшихся в быт корреспондентов, письма представляют, как мы полагаем, чрезвычайный интерес. Они помогают значительно более полно воспроизвести сложную и противоречивую российскую политическую историю первой четверти XX века.

Напомним основные жизненные вехи Леонида Борисовича Красина.

Уроженец сибирского города Кургана, он в 1890 г., будучи петербургским студентом-технологом, примкнул к социал-демократическому движению (группе М. И. Бруснева), после образования большевистского течения в 1903 г. стал большевиком, быстро выдвинулся в партийные лидеры, руководил Боевой технической группой при ЦК партии во время революции 1905–1907 гг., а затем также являлся казначеем ЦК. В этом качестве Красин являлся одним из главных организаторов так называемых "экспроприаций", или "эксов", а попросту говоря, бандитских налетов на банковские экипажи с целью захвата денег.

После революции он продолжал оставаться членом неофициального Большевистского центра, в котором уже в 1907 г. возникли серьезные разногласия между Лениным, с одной стороны, Красиным и А. А. Богдановым, с другой. Красин "предпочитал решительность действий. Его радикализм граничил с фанатизмом"[6]. После эмиграции Красина в 1908 г. разногласия охватывали все новые и новые вопросы и, по существу, перерасли в борьбу за лидерство в партии. Ленину удалось обойти Красина, отстранить его от распоряжения финансами. Ленин был верен себе. Не гнушаясь никакими средствами, он в феврале 1909 г. облыжно обвинил Красина в растрате партийных денег. Примерно через год произошел полный разрыв[7].

Красин полностью отошел от революционного движения. Будучи квалифицированным инженером-электриком и хорошим организатором, он поступил на службу в германскую электротехническую компанию "Сименс-Шуккерт", вскоре стал видным ее специалистом, быстро продвинулся по службе, а в 1911 г. был направлен компанией в Россию, где вскоре стал ее генеральным представителем и владельцем большого пакета акций.