«Никита. Побеждая страх»

Теона Бонк

Никита. Побеждая страх

— Ты что, сказал ему? Я же предупреждал, не надо… Зачем, зачем ты сообщил ему?

— Извини, Максим. Если бы я был на его месте, я бы хотел быть здесь.

— Что за шум? Кто-то едет.

— Кажется, это его машина.

Всматриваюсь в дверной проем с выбитой в щепки дверью.

— Пойду и попытаюсь его подготовить к тому, что он увидит сейчас. Черт! Ты не должен был говорить ему. Я не просто так запретил это делать... — пробегаю руками по затылку. — Ты не знаешь его, так как я. Никто не знает. Он не переживет этого. Он все тот же мальчишка, каким я увидел его впервые много лет назад.

Мы снова смотрим на две хрупкие фигуры в изодранной одежде, лежащие на грязном деревянном полу.

— Ох, эммм...

—  Тшш. Не двигайся, — подбегаю к одной из них и присаживаюсь на колени. — Потерпи! Скорая уже едет. Прости, мне больше нечем прикрыть тебя. Сейчас. — оборачиваюсь. — Поищи еще что-нибудь, там в комнатах, чем можно ее накрыть.

Выхожу на улицу и преграждаю путь стремительно приближающемуся к дому другу.

— Дай пройти, Макс!

— Тебе надо собраться!

— Пусти! Не заставляй меня бить тебя! — ревет он.

— Послушай... держи себя в руках. Постарайся без эмоций. Просто... я не знаю как подготовить тебя.

— Они живы? — слова даются ему с трудом.

— Их не...

— Не знаю, — качаю головой. — Но выглядит это нехорошо.

Он закрывает глаза и глубоко дышит.

— Отойди, — рычит он. — Мне нужно...

Когда он заходит в дом, переступая через куски выбитой двери, следую за ним по пятам. Его взгляд блуждает по комнате. У него перехватывает дыхание, когда он видит знакомую фигуру на полу. Ее длинные волосы спутаны и покрыты запекшейся кровью. Одежда на ней разорвана и висит клочьями. Единственное, что накрывает ее тело, моя футболка. Дыхание с хрипом вырывается из ее губ.

Лицо моего друга меняется в ту же секунду. Он делает к ней шаг, но застывает на полпути. Очень похоже на то, что самый страшный его кошмар ожил, обрел звуки и тошнотворные запахи.

Он закрывает глаза, делает глубокий вдох и опускается на колени. Держась обеими руками за голову, он издает протяжный вой.

НЕСКОЛЬКИМИ МЕСЯЦАМИ РАНЕЕ

Вечер концерта в «Крафт баре»

( Из книги "Харлей. Поверь в меня")

— Не в этой ли группе играет Кристина? — Рома усаживается рядом с Харлеем на диван.

— Эта та девушка, которая разбила Харлею сердце? — подхожу к ним ближе.

— Она не разбила мне сердце, — ворчит тот в ответ. — Однажды она чуть не сломала мне член, но не разбивала сердце.

Вполуха слушаю их беседу.

— ... сегодня вечером там будет кое-кто, и я хочу заставить ее ревновать.

— Настя? — удивленно спрашивает Рома.

Пашка так старательно пытается скрыть свое волнение. Он надеется, что Настюха придет. И даст ему шанс. Может быть последовать его примеру и быть более предприимчивым? С надеждой ищу в списке контактов заветный номер. Знаю, что зову в самый последний момент, но если не сейчас, я никогда не наберусь смелости. Надеюсь, она согласится пойти с нами на концерт. Выхожу на минуту на кухню. Не хочу, чтобы парни подслушивали. Когда возвращаюсь, Матвей во всю подкалывает Пашу из-за Насти.

— Жаль, что вы не сможете пойти с нами, парни! — обращаюсь к нему.

— Работа есть работа! — отвечает он.

Сегодня утром они получили приказ Никиты и отправляются на новое дело.

Как хочется, чтобы парни вернулись с хорошими новостями. Мне грустно смотреть, как они уезжают. Дом снова опустеет и станет одиноко. Не то чтобы я не испытывал иногда этого чувства, когда они здесь. Матвей и Илья часто на своей волне. Они лучшие друзья, и именно Матвей привел Илью к нам несколько лет назад. Мой же лучший друг, Марк, полностью погрузился в семейную жизнь. Конечно, я рад за него.

Давид всегда держится обособлено. Ото всех. К нам в дом он почти никогда не приходит. С Никитой особо не расслабишься. Он живет по своим каким-то выдуманным правилам. Слишком строг к себе, на мой взгляд.

А Пашка... чует мое сердце, скоро он вылетит из гнезда. Он и так не горит желанием сближаться с нами, «беркутами», вечно зависает в автосервисе, часто даже в нерабочее время. Неужели не понимает, он мне как младший братишка. Когда уедет он, над кем я буду подшучивать?

Матвей, Давид и Илья встают со своих мест, направляясь в аэропорт.

— Пора идти! — говорю, и мы встаем вслед за ними. — Я нуждаюсь сегодня вечером в девушке и пиве!

— Это напомнило мне высказывание одного английского поэта: «Все, чего хотят люди, – это любовь, пиво и сон».* — говорит Рома.

— Я бы поспорил с английским поэтом. Заменил бы любовь на секс. И, может быть, сон на еду, на курочку гриль, например, — задумчиво тяну. — Но от пива я бы точно не отказался!

— Чили, это просто образы, — отвечает мне Паша. — Не воспринимай их так буквально. Чем короче фраза, тем больше в нее вложено.

— Да, — подхватывает Рома, смеясь. — Это что-то вроде выражения «хлеба и зрелищ»!

— Да понял я, понял, умники, — они думают, я вообще дебил? Но я не против побыть немного клоуном. Тем более, когда я вижу, что Паша наконец улыбается, впервые с тех пор, как его оттолкнула Настюха на дне города, когда я добавляю: — Хлеба, зрелищ и сисек. Погнали уже скорей.

 ***************************

*Томас Дилан

— Смотрите, кого я привел, — говорит Андрей, когда мы подходим к столику, где сидят Паша и Рома.

Мы рассаживаемся, и я не могу удержаться от вопроса. Он слетает с моих губ, прежде чем я успеваю подумать: — А Никита сегодня с вами? — кручу головой по сторонам.

— Босс не посещает с нами такие мероприятия. У него своя культурная программа, — Андрей смеется. — Блондинка в одной руке, брюнетка в другой...

Он резко осекается. Наверное, видит как я меняюсь в лице. Я никогда не умела скрывать эмоции.

— Ой, прости, Юль. Я, наверное, что-то не то сказал. Да? — он взъерошивает свою непокорную челку и закусывает нижнюю губу. — Аа, черт! Слушай, Юль! А давай опять поспорим на что-нибудь? Будет весело!

Он, конечно, молодец, что пытается поднять мне настроение. Только это вряд ли уже получится. Мой мозг так и рисует эти картины Никиты с...

Только парням об этом знать необязательно.

Заставляю себя оживиться и, переглядываясь с Андреем, смотрю на Пашу. Паша, извини! Но ты самая легкая мишень сейчас! Я наслышана от Софии о его навязчивой мысли о какой-то взрослой девушке. И по дороге сюда Андрей обмолвился, что сегодня она с большой вероятностью придет на концерт.

— Мы могли бы поспорить на то, чем закончиться сегодняшний вечер для Паши! — да! Я ликую внутри. Ведь моя улыбка сквозь раненое сердце выходит такой настоящей.

— Вы бы хоть дождались, пока я уйду! — Паша действительно встает и идет к выходу из бара.

Молодец, Юля! Просто молодец.

Парни заказывают пиво, а я беру по акции набор из шести шотов. Два! Обычно я не пью виски. Предпочитаю вино. Но сегодня пойдет.

— Хочешь шот? — спрашиваю Пашу, когда он возвращается.

— Нет, спасибо.

— О, это их лучшая песня! — не могу больше оставаться за столом. Иначе рискую расплакаться перед всеми. Мне кажется, они так пристально смотрят на меня. Мне нужно отвлечься танцем. — Я хочу потанцевать! — обращаюсь к парням.

Рома начинает усердно разглядывать этикетку на бутылке пива. Всматриваюсь в его лицо и усмехаюсь про себя. Моя юношеская влюбленность в него кажется такой далекой. Это было что-то легкое, щекочущее. Что-то, что уж точно не лишало меня покоя и сна и никогда бы не заставило сидеть с таким кислым лицом посреди хорошего концерта.

Рома испарился из моих мыслей как дым. Никиту же мне оттуда и силком не выгнать. Может быть, будет лучше уволиться? С глаз долой — из сердца вон.

Андрей заявляет, что никто и никогда не застанет его танцующим. Странно. Он такой легкий на подъем и всегда готов поднять мне настроение в офисе, когда босс не в духе. Я думала, потанцевать он точно не откажется. Еще немного и я расплачусь. Странно, я думала виски развеселит меня, но этого веселящего эффекта хватило ненадолго. Зато теперь мне сложнее сдерживать эмоции.

— Я потанцую с тобой, — говорит Паша и ведет меня на танцпол.

Он такой замечательный. Одной своей улыбкой и добрым жестом поднимает мне настроение. Постепенно я успокаиваюсь и действительно начинаю наслаждаться танцем, а не делать вид. Эта докторша, или кто там она, будет просто дурой, если не даст ему шанс.

Зачем? Зачем я только позвал ее на концерт? На что рассчитывал? Не знаю. На что я точно не рассчитывал, что она будет сидеть с таким печальным лицом и пить как сапожник. Зачем только ляпнул про Никиту?

Зато теперь мне все стало предельно ясно. Иллюзий больше нет. Ей нравится босс. И сильно. Это ошеломляет не меньше, чем мое недавние открытие, что я сам не заметил, как влюбился в нее.

— О! Это их лучшая песня! Я хочу потанцевать!

Вот он мой шанс. Но вместо того, чтобы согласиться, отвешиваю дурацкую шутку.

Если я пойду танцевать с ней, не смогу удержаться от соблазна обнять ее. Прижать к себе. Там, будучи зажатыми между двигающимися сплетенными телами, окутанными рок мелодией, настраивающей на свободу и секс, я сорвусь и наброшусь на нее поцелуем. Тогда я рискую все испортить. Поэтому я, как трус, остаюсь сидеть за столом.