«Близнецы от врага. Чужая тайна.»

Близнецы от врага. Чужая тайна

Вероника Лесневская

- У вас в роду были близнецы? – гинеколог вгоняет меня в шок неожиданным вопросом.

- Что? Нет… Не знаю, - лепечу сбивчиво. – Я сирота, выросла в детдоме. И ничего не знаю о своей родне, - признаюсь еле слышно.

Врач смотрит на меня с сочувствием, убирает датчик узи и аккуратно протирает мой живот от геля… Опускаю кофту и поднимаюсь с кушетки, пристально глядя на приятную пожилую женщину. 

- Теперь будут, - улыбается она тепло, а потом что-то распечатывает.

Пару секунд – и вручает мне узи-снимок. Всматриваюсь, прищурившись, и различаю два прижавшихся друг к другу пятнышка. 

- Что это? – хрипло выдыхаю.

- Не что, а кто, - искренне смеется. – Ваши малыши.

- Не может быть, - округляю глаза. – У меня последние два месяца вообще ничего ни с кем не было, - выдаю наивно. - А до этого мы… кхм… предохранялись, - смущенно краснею.

Я не могу быть беременна. Это гормональный сбой! Или?..

Мы с Алексом всегда были осторожны.

Сейчас он в Англии. На стажировке. Я в России. В ожидании, поставив жизнь на паузу. 

Наши отношения изначально были хрупкими.

Ему двадцать пять. Он из богатой семьи. Мужчина с огромными перспективами, который унаследует часть бизнеса.

Мне девятнадцать. У меня нет ни образования, ни приличной профессии, ни… родителей. Позади – тяжелые годы в детдоме. Впереди – неизвестность.

Мы не должны были встретиться. Но это произошло. Случайно. В ночном клубе, где я работала певицей. 

Полгода настоящего рая в руках любимого мужчины. Вопреки всему. 

Два месяца разлуки. Вынужденно.

Как я теперь сообщу Алексу о беременности?

- Все верно. Срок – двенадцать недель. Это около трех месяцев, - добивает меня гинеколог. – Разве вы не знаете, что ни одно средство контрацепции не дает стопроцентного результата. Кроме воздержания, - пожимает плечами. – Могу вас только поздравить…

- Хм, да, - большим пальцем задумчиво веду по узи-снимку. – Спасибо.

Привет, моя маленькая птичка, - бархатный голос обволакивает. 

Сижу на постели, сложив ноги по-турецки, и крепко сжимаю в руках смартфон. По ту сторону экрана - Алекс. Мой мужчина. Первый, безгранично любимый и, надеюсь, единственный. 

- Не такая я и маленькая, - фыркаю недовольно. – Тем более, теперь, - добавляю тихо и глаза опускаю.

Незаметно укладываю ладошку на свой пока еще плоский животик. Поглаживаю.

- Располнела, что ли? – подкалывает Алекс, даже не догадываясь, что произошло со мной. – Приеду – оценю, - подмигивает игриво, а я хихикаю. Немного нервно. 

Я должна рассказать ему. Сейчас. За несколько дней до его возвращения в Россию. Лучше признаться по видеосвязи - в лицо я точно не решусь! 

- Алекс? – зову несмело.

Делаю глубокий вдох, собираясь выпалить все одним махом. Так будет легче. Наверное... 

- Птичка, я тебе позже перезвоню, ладно? – прерывает меня Алекс, а сам подозрительно нервничает. - У меня... кх-кх... гости. Незваные. 

Киваю и отключаюсь первой, чтобы он не заметил, как влажнеют мои глаза и дрожат губы. Волнуюсь. 

Подумав, быстро набираю короткий текст. Зажмуриваюсь - и нажимаю кнопку «отправить».

«Алекс, я беременна»... 

Несколько дней спустя

«Я беременна», - вновь и вновь вспоминаю лаконичное смс в соцсети.

Я понимала, что Алекс имеет право знать. Но как же больно полоснул сердце его сухой ответ:

«Ясно. Приезжай в особняк родителей».

И пользователь исчез в оффлайне.

В последние несколько дней Алекс был подозрительно холоден ко мне. Мы не созванивались, как раньше, а лишь обменивались короткими сообщениями. Без чувств и эмоций. Словно я общалась с чужим человеком.

Я не хотела верить, что сказка закончилась без традиционного хэппи энда, однако мерзкое предчувствие вопило об обратном.

Что если, сообщив Алексу о беременности, я вбила последний гвоздь в крышку гроба, где упокоилась наша любовь?

Несмотря на очевидные факты, я не могла не убедиться!

И сейчас я стою перед резными двустворчатыми дверями, такими огромными, что на их фоне кажусь букашкой. Впрочем, люди, обитающие за ними, таковой меня и считают. Родители Алекса. 

Неуверенно зажимаю кнопку звонка – и сразу отдергиваю палец, словно меня змея ядовитая укусила.

Минуты тянутся невыносимо долго, пока на пороге не появляется высокая шатенка средних лет, с синими глазами и резкими чертами лица, заметно испорченного пластикой. 

- Добрый день. А вы… - прищуривается Анжелика Артемовна, мать Алекса.

Делает вид, что не помнит меня. Лицемерит? Мы не виделись с того самого раза, когда она застала нас с Алексом вместе.

Тогда он вступился за меня, вызвав еще большую ярость матери. Достаточно вспомнить ее ненавидящий взгляд, чтобы понять главную истину: люди из высшего общества никогда не примут безродную дворнягу вроде меня…  

- Дана, - я лишь называю свое имя, при этом пряча руку с обручальным колечком, которое Алекс успел подарить мне перед отъездом. 

- И? – нетерпеливо подгоняет.

- Вы не могли бы… - откашливаюсь, потому что горло невероятно сушит от нервов, - позвать Александра? 

- Нет, не могла бы, - надменно бросает она. – Алекс в Англии.

- Но он должен был вернуться. Вчера, - сипло говорю я.

- Стажировка продлилась на неопределенный срок, - объясняет Анжелика Артемовна. - Алекс хорошо показал себя, его заметили и предложили остаться. Вы же понимаете, насколько это важно для него и его будущего? – многозначительно приподнимает бровь. – Впрочем, куда вам… - хмыкает снисходительно. – Так что он задержится в Англии. Со своей… не-вес-той, - последнее слово проговаривает четко, по слогам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сердце замирает. Ведь перед отъездом в Англию Алекс сделал мне предложение, а потом... Нашел невесту там? Своего уровня? Из высшего общества? 

Нет, не хочу верить! 

- Странно, - все же теряюсь я, - но он ничего не говорил мне…

- Подожди, как, ты говоришь, тебя зовут? Дана? Та самая певичка из клуба? – скривившись, бросает она, а мне ничего не остается, кроме как кивнуть. – Я вспомнила. Алекс просил передать тебе кое-что.

Женщина скрывается в холле, а я не смею следовать за ней. Терпеливо жду на улице, где мне самое место.

Возвращается Анжелика Артемовна быстро. И протягивает конверт.

Недоуменно сминаю его пальчиками. Неужели записка? От Алекса? Конечно, он всегда был романтиком и умел красиво ухаживать. Но не до такой же степени, чтобы бумажные письма мне слать.  

И все же раскрываю конверт. Заглядываю внутрь и достаю оттуда… долларовые купюры.

- Что это? Зачем? – ошеломленно хлопаю ресницами.

- Понятия не имею. Я просто сделала, как просил Алекс,  - хмыкает она, поглядывая на деньги. – Кажется, он говорил, что это нужно тебе на решение какой-то проблемы. И ты должна сама понять, о чем речь, - пожимает плечами.

- Проблемы? – повторяю со всхлипом, но Анжелика Артемовна резко закрывает двери прямо перед моим лицом.

Значит, зарождающаяся во мне жизнь – не более, чем проблема? Вот почему Алекс стал вдруг так холоден ко мне. Даже не соизволил сам все сказать и расстаться нормально.

Кто же из нас трус?

Крупные соленые капли стекают по щекам и падают на изображение американского президента, оставляя на нем темные пятна, словно пробоины после выстрелов. 

Небрежно складываю деньги в конверт, сминая их нервно. Потом снимаю кольцо, которое больно обжигает палец. Предательством.

Яростно запихиваю вместе с долларами – и бросаю в почтовый ящик, что стоит у дома.

Резко разворачиваюсь, чтобы навсегда покинуть эту обитель зла. На языке чувствуется горечь обиды, а в душе разливается пустота.

Остро хочется умереть. Мгновенно и безболезненно. Прямо здесь. На крыльце богатого дома, который меня раздавил, как мелкую мошку. Есть только одна причина, по которой я продолжаю шагать по вычурной тротуартной плитке, гордо подняв голову.

Мои близнецы. 

Несмотря ни на что, они появятся на свет. Я не смогу убить их. Или бросить, как когда-то поступили со мной родители. 

Сделаю невозможное, пожертвую собой, лишь бы дети жили лучше меня...

Тайна первая. Глава 1

- Думаешь, у нас нет шансов против Авдеева? – обращаюсь к Стасу Загорскому, партнеру по бизнесу. - Тендер выиграет он, а не мы? 

Мы являемся совладельцами крупной сети туристических компаний. Но если он в этом бизнесе крутится около десяти лет, то я в свои тридцать только вникаю. Благодаря отцу, который до настоящего момента доверял свою часть дела кому угодно, но не мне.