«Контракт на материнство»

Контракт на материнство

Арина Вильде

— Волкову опять не забрали, — сообщаю заведующей детского сада и тяжело вздыхаю. Снова придется сидеть на работе до позднего вечера, потому что кто-то из родителей решает свои дела, вместо того чтобы вовремя забрать домой ребенка.

Мария Павловна недовольно хмурится, снимает очки и устало трет глаза. Ворчит под нос что-то об ответственности и достает папку с личными делами старшей группы. Искать контактные данные отца девочки не нужно, они в самом верху, так как вот такие ситуации повторяются часто.

— Я посижу с ней, — улыбаюсь, вспоминая золотоволосую девочку.

— Это уже третий раз за месяц. Я скоро начну выставлять счета этому Волкову за то, что сотрудники детского сада вынуждены работать сверхурочно. Все-таки это частное дошкольное учреждение и я вполне имею на это право! — Она находит номер отца Лизы и начинает набирать на телефоне цифры.

— Он отец-одиночка, Мария Павловна. Это наверняка тяжело — разрываться между работой и воспитанием дочери, — заступаюсь за мужчину, вспоминая, с какой любовью он обращается с дочерью.

— Бандит он, Даша, а не отец-одиночка, — поднимает на меня колкий взгляд женщина. — Ты его видела? Ростом под два метра, глаза недобрые, весь разрисован татуировками. Скорее бы уже дочь его выросла и выпустилась из сада. Одни неприятности от их семьи.

Спорить с Марией Павловной не хочется, поэтому я тихо покидаю кабинет и возвращаюсь в группу, где в углу большого помещения на коврике сидит Лиза и тихонько играет с игрушками.

— Папа пришел? — спрашивает, увидев меня. Ее глаза загораются от радости, смотрит на меня с надеждой и поднимается, готовая сорваться с места в любую секунду.

— Нет, солнышко, еще не пришел.

Контракт на материнство

Арина Вильде

— Волкову опять не забрали, — сообщаю заведующей детского сада и тяжело вздыхаю. Снова придется сидеть на работе до позднего вечера, потому что кто-то из родителей решает свои дела, вместо того чтобы вовремя забрать домой ребенка.

Мария Павловна недовольно хмурится, снимает очки и устало трет глаза. Ворчит под нос что-то об ответственности и достает папку с личными делами старшей группы. Искать контактные данные отца девочки не нужно, они в самом верху, так как вот такие ситуации повторяются часто.

— Я посижу с ней, — улыбаюсь, вспоминая золотоволосую девочку.

— Это уже третий раз за месяц. Я скоро начну выставлять счета этому Волкову за то, что сотрудники детского сада вынуждены работать сверхурочно. Все-таки это частное дошкольное учреждение и я вполне имею на это право! — Она находит номер отца Лизы и начинает набирать на телефоне цифры.

— Он отец-одиночка, Мария Павловна. Это наверняка тяжело — разрываться между работой и воспитанием дочери, — заступаюсь за мужчину, вспоминая, с какой любовью он обращается с дочерью.

— Бандит он, Даша, а не отец-одиночка, — поднимает на меня колкий взгляд женщина. — Ты его видела? Ростом под два метра, глаза недобрые, весь разрисован татуировками. Скорее бы уже дочь его выросла и выпустилась из сада. Одни неприятности от их семьи.

Спорить с Марией Павловной не хочется, поэтому я тихо покидаю кабинет и возвращаюсь в группу, где в углу большого помещения на коврике сидит Лиза и тихонько играет с игрушками.

— Папа пришел? — спрашивает, увидев меня. Ее глаза загораются от радости, смотрит на меня с надеждой и поднимается, готовая сорваться с места в любую секунду.

— Нет, солнышко, еще не пришел.