«Незаконный наследник (СИ)»

Даша Литовская

Незаконный наследник

1. Настенька

— Ты посмотри. Опять эти столичные мажоры приехали. — Люба вздыхает и с завистью смотрит на блестящие черные внедорожники, проносящиеся мимо нас по разбитой пыльной дороге. — И что им там в своих каменных дворцах не сидится? Со всеми удобствами. Прутся в глушь, мерить наши уличные туалеты прямого падения.

Я поднимаю тяжелый таз с овощами, которые только что собрала с грядки. На машины не обращаю внимания.

— Дядя Витя Сафронов дом продал. — сухо откликаюсь на тираду подруги. — Наверное это новые жильцы.

— Жильцы. — с усмешкой повторяет она. — Приедут на два дня, а потом годами дом простаивать будет. Гнить. Такие, как они — она тыкает указательным пальцем вдогонку глянцевым иномаркам. — тут дольше не выдержат. — говорит так, будто гордится, что у нее терпения хватает жить в нашей деревне. Даже мне порой его не достает, хотя я живу тут с рождения.

Но как только Пашка, мой младший брат, подрастет — мы уедем. Я сделаю все возможное, чтобы встать на ноги. Хотя бы ради него.

Выпрямляюсь, отложив овощи в сторону и наполняю легкие свежим воздухом. Осень. Прохладный ветер забирается под старую куртку, поэтому кутаю шею сильнее. Заболеть еще не хватало.

В голове неспешно гуляют мысли.

— Надо бы до Саши Филатова сходить, попросить его печку нам залатать. А то холода скоро, а она дымит — за лето опять кирпичи просели. — задумчиво произношу, принимаясь за сбор яблок в маленьком садике.

— Так вон он идет! — громко восклицает подруга, почти заставив меня подпрыгнуть на месте от шумного голоса. — Сашка! Филатов! Сюда иди! — командует Люба тоном начальника.

Сашка слушается. Покорно плетется к нам с другой стороны дороги, перепрыгивая ухабистые бугры и ямы. Вешает пакет с продуктами на забор, а сам проворно через него перемахивает.

— Давай подсоблю, — не здороваясь, подходит ко мне и вырывает из рук тару для яблок.

Сашка иногда помогает мне по дому — женских рук не хватает на мужскую работу. А брат еще слишком мал, чтобы всё уметь.

— Саш, а не посмотришь вечером печку? Дымит. — я кусаю щеку, оглядывая размашистые мальчишечьи плечи.

— Посмотрю. — отзывчиво отвечает уверенным мужским басом. На самом деле голос у Сашки намного мягче и гораздо приятнее. Но при разговоре со мной он всё время хочет казаться взрослее, чем есть. — А что вечером то? Давай сейчас посмотрю.

Я бросаю растерянный взор на подругу.

— Давай. — улыбаюсь, смущенная его прямым взглядом. — Люба, зайдешь с нами в дом? Чаю попьем?

Но Люба моих намеков не понимает. Отрицательно вертит кудрями и покидает скамейку.

— Домой пойду. Мать ругается, что круглыми сутками у тебя пропадаю.

Я лишь мычу в ответ, неуверенно отступая с тропинки и пропуская Сашку ко входу в дом.

Не то чтобы я его опасалась. Просто порой он так смотрит, что у меня по спине мурашки ползут. Да и ухлестывает за мной года два уже. Не хочется опять отбиваться от настойчивых знаков внимания.

— Глина нужна. — с видом знатока заявляет парень спустя десять минут тщательного осмотра старой полуразваленной печки на кухне моего дома.

— Нужна. — вторю я эхом, топчась рядом с ним. — Вот и говорила, чтоб вечером зашел. У меня то ведь нет.

Сашка деловито кивает и озирается по сторонам.

— А где чай? — спрашивает то ли шутливо, то ли всерьез. Чай то я Любе предлагала, а не ему. Но отказывать всё равно не удобно. Плетусь к чайнику и наполняю его водой из ведра.

— Овсяное печенье есть. Будешь? — вежливо уточняю, заранее поставив корзинку с печеньем на стол. Все равно это единственное, что можно туда поставить. Не на́пусто же чай пить.

Сашка не отвечает, притаившись у меня за спиной. Замираю. На коже в районе шеи ощущаю дыхание. Парень стоит слишком близко.

На талию ложится мужская рука и я тут же дергаюсь. Но впереди стол, о который я больно ударяюсь мизинчиком на ноге.

— Ну чего ты все бежишь то от меня, Настя? — с упреком в голосе говорит Саша, склонившись над моим ухом. — Хватит в эти игры играть.

Я беру его за запястье и силой стаскиваю руку с себя. Протискиваюсь между его телом и столом, и хватаю первое, что попалось под руку — ковш для воды. Зачем-то переставляю его с одного места на другое, а затем принимаюсь греметь посудой, чтобы чем-то себя занять.

— Саш, — сглотнув нервный комок в горле, произношу. — Говорила ведь уже. Не нужны мне отношения. Мы с Пашкой все равно отсюда уедем.

Парень молчит пару минут, а я затылком чувствую его жгучий взгляд.

— Тебе если заплатить за помощь нужно, ты скажи. Я найду деньги. — поспешно перевожу тему, чтобы он не подумал, что я его симпатию эксплуатирую. Вот еще. Я всегда готова честно за труд платить. Только он не берет.

— Да не надо. — бурчит Филатов, и я решаюсь к нему обернуться.

Парень смотрит на меня исподлобья. Насупился. Сердится.

— Чем твой отъезд нам помешать то может? Придет время, вместе уедем. — серьезно говорит он, а я понуро оседаю на табуретку.

Ничем не помешает. При желании давно бы уже все завязалось. Да ведь нет его — желания этого. Только как сказать Сашке об этом, чтоб не обидеть?

2. Настенька

— Не до парней мне сейчас. — оправдываюсь, теребя край футболки.

— Ёпрст! Настя! Долго голову то мне будешь морочить?! — неожиданно вскипел парень, и я распахнула глаза, глядя на него снизу вверх. — Как что нужно, сразу «Саша, помоги». Сама ведь зовешь, а ближе не подпускаешь!

Я вжалась в стенку спиной и тихонько произнесла:

— Я ведь сказала, могу заплатить, если надо…

Удар кулаком по шаткому столу, и я уже готова провалиться сквозь землю. Перепуганная, хватаюсь холодными пальцами за края табурета. В голове то и дело мелькают картинки из прошлого — вот пьяный отец так же бьёт по столешнице, а мать сжавшись тихо плачет, заслоняя меня и Пашку собой.

— Саша, уйди, пожалуйста. Ты пугаешь меня. — еле дыша, прошу парня, опасаясь поймать разгневанный взгляд.

— Уйду. — утвердительно говорит он и делает шаг в мою сторону. Но вместо того, чтобы покинуть дом, кладет руку мне на плечо. Кожу холодит от прикосновения. Все в теле отзывается неприятными ощущениями.

— Саша. — прошу я осипшим от нервозности голосом. — Не надо.

Но он больше меня не слушает. Ухватывает за руки и заставляет подняться на ноги. На кухне тесно и отступать мне некуда, а крепкие пальцы прижали меня к чужому телу так сильно, что заболели ребра.

— Отпусти. — я отрицательно кручу головой, всем видом показывая, что не хочу этого. — Сейчас автобус приедет. Пашка со школы вернется. Отпусти, пожалуйста. — на последних словах мой голос не выдержал и жалобно дрогнул.

Сашка словно почувствовал мою слабость. Опустил руку ниже, скользнул по спине, все плотнее заставляя вжаться в себя.

— Успеем. — с усмешкой говорит он. — Пашка если что на улице потусуется.

До последнего не веря в происходящее, тело отказывается повиноваться мне. Словно тряпичное поддается молчаливым приказам Сашки. В нос ударяет запах дешевого алкоголя — вот в чем дело, на дворе день, а он уже успел где-то набраться. И ведь сразу не разберешь, вел себя как обычно.

Да очнись же ты, Настя! — мысленно заругалась я сама на себя, и тут же уперлась в грудь парня ладонями.

— Не. Смей. Меня. Трогать! — прорычала, простреливая его гневным взглядом. — Я не хочу!

Сашка раздражённо цыкнул и усмехнулся.

— Сколько еще ждать пока ты захочешь? — пренебрежительно задал вопрос, ответ на который не ждет. Он больше вообще ничего не собирается ждать, потому что уже в следующую секунду берет меня за ворот футболки и тянет ее на себя. Хлипкая ткань трещит и расходится прямо посередине, открывая чужому взгляду нежную кожу в районе шеи.

Я кричу. Глаза обдает жарким огнем. Щиплет. Прикрываюсь ладонями и мечусь по захламленной маленькой кухне.

По пути натыкаюсь на полку с железной посудой, и та с грохотом падает на пол.

Хлопает дверь.

А в следующий миг воздух сотрясает тяжелый голос, больше похожий на рык:

— А ну от девочки отошел!

От этого тона мое тело словно обдали тысячей вольт электричества. Дыхание парализовало. Кажется, на Сашку он возымел тот же эффект, потому что парень тут же отодвинулся от меня, уставившись в сторону входа, за мою спину.

Я повернулась медленно, теряя пол под ногами — до того колени тряслись от нахлынувшего волнения. В глазах темнота, а руки обмякли.

— Ты вообще кто? — расхрабрился Филатов, пока я впивалась глазами в широкоплечего незнакомца у себя в доме. Большой. Бородатый. В узком дверном проходе он выглядел как великан.

— Не твое собачье дело. — огрызнулся амбал. Посмотрел на меня учтиво. С заботой. В нашей деревне редко кто так смотрит на нищую сироту. — Обидел тебя? — небрежно кивнул в сторону парня, не сводя с меня взгляда.

Я бы и рада была что-то ответить, но во рту пересохло, а язык прилип к нёбу. Выгляжу, наверное, как умственно отсталая.

Оглянулась на Сашку, тот потупил глаза. Стыдно. Ну и хорошо, что стыдно! Поделом! — злобно пронеслось в мыслях.

— Нет. — буркнула я, отвечая на вопрос незнакомца. — Он уже уходит. Да? — надавила вопросом на парня, и тот, ничего не ответив, поплелся к двери. С опаской бочком обошел мужчину и не прощаясь вышел из дома.