«Я отведу тебя в место силы...»

Я отведу тебя в место силы…

(Цикл «Бантан-сториз»)

Моим любимым подругам, на протяжении всей книги бывшим рядом и после прочтения каждой главы вдохновляющим меня настолько, что каждый раз за спиной раскрывались огромные сияющие крылья, возносящие меня до небес и пробуждающие желание творить снова и снова.

Хочу расправить крылья

И взвиться в небеса.

Парить свободной птицей,

Забыв все адреса.

Хочу увидеть землю,

Где дышится легко,

Где ждет меня спасенье

От суеты людской.

Татьяна Сырку

Теплым июльским вечером, когда солнце еще вовсю пекло, превращая город в раскаленную сковороду, на борт авиалайнера компании «S7», выполняющего рейс Сеул-Новосибирск, поднялся молодой человек среднего роста. Из багажа у него был только рюкзак за плечами и поясная сумка из коричневой кожи. Голову парня покрывала выбеленная джинсовая шляпа-«ведро» с неширокими полями, затеняющими верхнюю половину лица, а глаза надежно прятались за зеркальными очками. В руке он держал паспорт с вложенным между страницами посадочным талоном.

Длинные ноги парня, обтянутые светлыми джинсами с прорехами на коленях, решительно прошагали мимо улыбающейся бортпроводницы и привели его к нужному месту. Парень скинул с плеч не туго набитый рюкзак и засунул его в багажное отделение над креслами. Потом протиснулся на свое место у иллюминатора, немного повозился, устраиваясь поудобнее, и затих.

Пассажиры, между тем, заполняли салон, негромко гомоня, пристраивали свои сумки и пакеты на багажных полках. Рядом с молодым человеком разместилась немолодая, по всей вероятности, супружеская пара. Русские. Женщина, полноватая, невысокая, с крашенными в ярко-рыжий цвет волосами, пропустила сначала мужа, так что он оказался по соседству с нашим героем, а потом уже опустилась в кресло около прохода сама. Они негромко о чем-то переговаривались в ожидании полета, но молодой человек не понимал ни слова. Он был корейцем и русского языка не знал совершенно.

Наконец салон был заполнен желающими лететь в Новосибирск. Стюардессы и мужчины-бортпроводники пошли вдоль рядов кресел, призывая пассажиров застегнуть ремни безопасности и произнося это на двух языках – русском и английском.