«Одесское счастье»

Одесское счастье (fb2) - Одесское счастье [ЛП] (пер. Дамский клуб LADY | переводы Группа) 1420K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Джанет Скеслин Чарльз

Джанет Скеслин Чарльз

Одесское счастье

Часть I 

Брак по переписке – вовсе не новый феномен, а неотъемлемая часть истории Северной Америки и становления Соединенных Штатов.

Из доклада международных брачных агентств Конгрессу, 1999

Глава 1  

Мистер Хэрмон капал мне на мозги вот уже шесть месяцев, три недели и два дня. С понедельника по пятницу, с девяти до пяти. Сперва он засекал, за сколько я принесу наш утренний кофе. Лучший результат: пятьдесят шесть секунд – чашки с горячим напитком уже меня ждали. Худший: семь минут сорок восемь секунд – мне пришлось готовить кофе самой, а потом шеф разорялся, что на самом деле я точила лясы с охранником. Может, и так, но я же следила за кофемашиной.

Вот мне и приходилось всю дорогу одним глазом смотреть в свой монитор, а другим наблюдать за мистером Хэрмоном. Если он не подглядывал за мной, то прослушивал мой телефон. Если не пялился мне через плечо (и в вырез блузки), то сидел у себя и придумывал, как поставить меня на уши. Но пока что мне удавалось всякий раз его наперед обламывать.

Обычные мелкие пакости не шли ни в какое сравнение с его крайней подляной. Месяц назад мистер Хэрмон наконец согласился подключить мой компьютер к Интернету. На самом деле на этом настоял наш головной офис в Хайфе. Мне давно не терпелось поскорее выйти в глобальную сеть (пусть я и не знала доподлинно, что она из себя представляет), но мистер Хэрмон неизменно находил способ отсрочить подключение. Новый день зажег во мне огонек надежды. Может, уже сегодня я наконец-то выйду на связь со всем миром.

Третий вызванный мной компьютерный мастер пришел в модном по украинским меркам прикиде образца 1996 года: тщательно выглаженные джинсы с высокой талией и коричневая кожаная куртка. С доверчивой улыбкой парня, живущего с мамой, он представился и подсел вплотную ко мне, чтобы объяснить, как пользоваться модемом. Я слегка отодвинула свой стул, зная, что мистер Хэрмон зорко копит злобу. Краем глаза я видела его коричневый свитер – шеф мерил шагами свой кабинет, сердито поглядывая на нас.

– Дарья, зайди ко мне! – наконец не выдержал он.

Компьютерщик приподнял брови. Я закатила глаза и, извинившись, отошла.

– Этот мальчишка с тобой заигрывает, – с ходу заявил мистер Хэрмон.

Верно. В Одессе все от мала до велика шутят и заигрывают. На то мы и одесситы. Будь я пенсионеркой с глазами навыкате и редкими волосиками, мастер все равно бы мне подмигивал и рассказывал те же самые анекдоты. «Почему в прошлом веке время еле тащилось, а теперь натурально летит? Потому что раньше в часах были большие чугунные гири, а теперь микропроцессоры из песка». Или, похлопывая монитор, словно дитё непослушное: «Аккуратнее с этой штукой. Через компьютер можно облажаться шибче, чем через любое другое изобретение из истории человечества, не считая, разве что, автомата Калашникова и водки».

– Он просто делает свою работу, – вступилась я за парня, который жал на дозвон уже в десятый раз. На Украине на все подряд уходит много времени. И денег. Если мистер Хэрмон не прогонит этого мастера, мы станем одной из первых подключенных к Интернету контор в Одессе.

– Мне он не нравится, – проворчал мистер Хэрмон.

– Так он и не должен вам нравиться. Через двадцать минут он закончит налаживать связь, и мы больше никогда его не увидим.

– Выгони его. И не плати ни копейки! Он ничего не сделал.

– Прошу, не заставляйте меня прогонять еще одного, – прошептала я.

– Дарья, не спорь со мной.

Красная от стыда, я вернулась к своему столу и сказала по-русски:

– Извините, вы должны уйти.

Мастер разочарованно на меня посмотрел:

– Старикан заревновал?

Я кивнула. Нелегко зависеть от переменчивого настроения иностранцев. У них и власть и возможности, а у нас – сплошная безнадега.

– Я сюда больше часа добирался, – пожаловался парень. – Сами же знаете, как у нас тут. Мне нужна эта работа. Мама... ее лекарства...

– Знаю. Простите.

– О чем вы там шепчетесь? – заорал из кабинета мистер Хэрмон. – Говорите по-английски!

Я вытащила из своего кошелька деньги и попыталась всучить компьютерщику, но к нему уже вернулась чисто одесская бравада: он отказался взять плату и даже пригласил меня вечером пропустить по стаканчику. Хочешь быть в порядке – будь, не дай себе засохнуть. Чувствуя, как пристальный взгляд начальника жжет мне спину между лопатками, я покачала головой.

– Идите. Пока он охрану не вызвал.

Мистер Хэрмон уже не впервые отделывался от мужчин, завязывавших со мною разговор. Я пыталась найти компьютерного специалиста-женщину, но таких в Одессе просто не водилось. Думала отыскать неказистого старичка, но в компьютерах разбиралась только молодежь. И потому всякий раз, когда приходил очередной мастер, мистер Хэрмон принимался нарезать круги вокруг моего стола, пыхтя и ворча – чисто бульдог – на симпатичных парней, оберегая от их поползновений меня, его личную косточку.

И только Владлену Станиславскому мистер Хэрмон не смел сказать ни слова поперек, но Влад был реально страшен. В конце концов, это ж не секрет, что крайнего, кто ему нагрубил, увезли в венскую реанимацию дышать через трубочку.

Я вздохнула. Хоть когда-нибудь я буду иметь интернет?

                  * * * * *

Никто из других работодателей, с которыми я собеседовалась, не предлагал мне зарплаты и близкой к той, что посулил мистер Хэрмона от израильской транспортной компании «Аргонавт»: аж триста долларов в месяц, при среднем доходе по стране примерно в тридцать.

В первом приближении мистер Хэрмон показался мне даже симпатичным. Другим. Лучшим. Седина на висках придавала ему ученый вид. Хорошо скроенный костюм сидел идеально. Мистер Хэрмон был пониже меня, но я-то ростом намного выше среднего. Он носил усики и был довольно упитанным, но когда расплывался в улыбке, выглядел таким счастливым и беззаботным, что я воспринимала его как ровесника, хотя директору преуспевающей фирмы наверняка было где-то под сорок. Любой из моих бывших украинских начальников не шел с ним ни в какое сравнение. Мистер Хэрмон много где побывал. Говорил на английском и на иврите. Его пальцы были длинными и гладкими, а зубы – ровными, без единого изъяна. Он имел запах свежести и чистоты. И, самое главное, он был иностранцем-фирмачом.

Пока мистер Хэрмон перечислял мои будущие обязанности, я тихонько щупала мягкую кожу кресла в переговорной и восхищалась обстановкой: шелковисто-блестящей краской, яркими лампами, шикарным беспроводным телефоном. Казалось, мы с развалин недостроенного коммунизма зараз перенеслись на Уолл-стрит. Мистер Хэрмон смотрел на меня, словно схватывая прямо с губ каждое мое слово. Он даже предложил мне покушать с ним ланч прямо там, в переговорной. Немолодая женщина шустро накрыла на стол. Тогда я первый раз попробовала французский сыр, беленький бри буквально таял во рту. А вино! Когда мы допили первую бутылку, я сняла ее со стола на пол (пустая бутылка на столе – к неудаче). Мистер Хэрмон откупорил вторую, и я заметила, что в ней настоящая пробочная пробка, а не пластмассовая затычка, как в наших «чернилах». Еда была пальчики оближешь, а больше всего мне понравился хумус. На вкус прям расплавленное солнце: золотистый, теплый и нежный. Чистый марципан. Я закрыла глаза и с наслаждением позволила лакомству проскользнуть в горло.

– Все дело в первоклассном оливковом масле, – пояснил мистер Хэрмон, не сводя с меня глаз. – В Одессе такого, наверное, не сыщешь. Мы привозим всю эту снедь на наших кораблях. Если согласишься у нас работать, будешь есть разные деликатесы каждый день.

Пытаясь не лыбиться, я потерла пальцами подбородок, словно раздумывала, соглашаться или нет. Будь рядом бабуля, она точно схватила бы меня за руки и уложила их на колени.

– У нас филиалы по всему миру, – продолжил мистер Хэрмон. – Германия, Америка... Такой умнице, как ты, нет смысла всю жизнь торчать на одном месте, а?

Америка! Таки да. Я улыбнулась и быстро прикрыла рот рукой.

– Весь день говорить на английском... Это моя мечта.

– У тебя превосходный английский, – похвалил он. – Училась в Англии?