«Не одно и то же»

Евгения Никулина

Не одно и то же

…Я любила Его… Я правда Его любила… Но любить человека и жить с ним – не одно и то же. Давно где-то прочитала эту фразу, и она мне очень понравилась. Только никогда не хотела применять её к описанию своей жизни. Точнее к описанию любви, которая в ней была. А ведь именно так у нас в итоге всё и получилось. Дело не в том, что Он оказался не Тем Единственным или не Таким, о Котором я мечтала. Он как раз и был Тем и Таким… Но обо всём по порядку…

В день нашего знакомства… Так начинаю, будто это был какой-то особенный, значимый, заранее определенный день в моей… нет, в нашей жизни. Знакомство наше было вполне обычным, я бы даже сказала – банальным. Если бы не обстоятельства нашей первой встречи, я вообще сомневаюсь, что из этого что-нибудь получилось бы. В то утро я выходила из дверей поликлиники, где проходила флюорографию. По натуре своей я не привыкла откладывать какие-то дела на потом или растягивать их надолго, подыскивать для каждого подходящий и удобный момент. Нет, я всегда делаю всё сразу и по пути. Поэтому до похода в медучреждение я успела закупиться продуктами, забрать у одногруппницы методички для написания дипломной работы и свои лекции, которые она мне обещала вернуть, но не возвращала все пять лет нашего обучения. В общем, не только груз больничного запаха и облучения аппарата флюорографии меня отягощал, но и увесистый пакет в правой руке, из которого торчала бутылка молока. Эта бутылка во время ходьбы постоянно била меня в ногу… В общем довольно раздраженная от того, что пришлось рано встать, от бутылки в пакете, которую я уже возненавидела, от увесистой стопки тетрадей в сумке, из-за которой моё левое плечо казалось вот-вот поравняется с коленом, я пыталась побыстрее покинуть поликлинику и закрыть за собой тяжёлую дверь. Меня всю сознательную жизнь не покидает ощущение, что все входные двери в государственных учреждениях по какому-то неведомому нам ГОСТу не имеют доводчиков, зато имеют запредельный вес. И на входе сидит специальный человек, который при виде посетительницы вроде меня – хрупкой невысокой девушки с увесистыми пакетами и сумками – волшебным образом прямо перед её носом увеличивает вес этой двери в разы. В общем, дверь громко грохнула позади меня, не забыв при этом задеть пакет с продуктами, и бутылка снова больно стукнула меня под коленкой. Я подняла голову, приготовившись громко и протяжно вздохнуть… Но не стала этого делать. На меня смотрел Он. Это сейчас я пишу с заглавной буквы, тогда он был просто – он. Красивый, молодой мужчина, открывающий дверь блестящей иномарки (в моделях я тогда вовсе не разбиралась, да и сейчас в этом направлении не очень продвинулась). Я пишу «мужчина», хотя в том возрасте для меня уместнее было бы назвать его «парень», мне ведь было всего двадцать лет. Но поскольку ему было уже двадцать семь, конечно Он был для меня «мужчиной». Светловолосый, с серыми глазами, очень приятными чертами лица. Мне казалось, что каждая его клеточка улыбаетс

Евгения Никулина

Не одно и то же

…Я любила Его… Я правда Его любила… Но любить человека и жить с ним – не одно и то же. Давно где-то прочитала эту фразу, и она мне очень понравилась. Только никогда не хотела применять её к описанию своей жизни. Точнее к описанию любви, которая в ней была. А ведь именно так у нас в итоге всё и получилось. Дело не в том, что Он оказался не Тем Единственным или не Таким, о Котором я мечтала. Он как раз и был Тем и Таким… Но обо всём по порядку…

В день нашего знакомства… Так начинаю, будто это был какой-то особенный, значимый, заранее определенный день в моей… нет, в нашей жизни. Знакомство наше было вполне обычным, я бы даже сказала – банальным. Если бы не обстоятельства нашей первой встречи, я вообще сомневаюсь, что из этого что-нибудь получилось бы. В то утро я выходила из дверей поликлиники, где проходила флюорографию. По натуре своей я не привыкла откладывать какие-то дела на потом или растягивать их надолго, подыскивать для каждого подходящий и удобный момент. Нет, я всегда делаю всё сразу и по пути. Поэтому до похода в медучреждение я успела закупиться продуктами, забрать у одногруппницы методички для написания дипломной работы и свои лекции, которые она мне обещала вернуть, но не возвращала все пять лет нашего обучения. В общем, не только груз больничного запаха и облучения аппарата флюорографии меня отягощал, но и увесистый пакет в правой руке, из которого торчала бутылка молока. Эта бутылка во время ходьбы постоянно била меня в ногу… В общем довольно раздраженная от того, что пришлось рано встать, от бутылки в пакете, которую я уже возненавидела, от увесистой стопки тетрадей в сумке, из-за которой моё левое плечо казалось вот-вот поравняется с коленом, я пыталась побыстрее покинуть поликлинику и закрыть за собой тяжёлую дверь. Меня всю сознательную жизнь не покидает ощущение, что все входные двери в государственных учреждениях по какому-то неведомому нам ГОСТу не имеют доводчиков, зато имеют запредельный вес. И на входе сидит специальный человек, который при виде посетительницы вроде меня – хрупкой невысокой девушки с увесистыми пакетами и сумками – волшебным образом прямо перед её носом увеличивает вес этой двери в разы. В общем, дверь громко грохнула позади меня, не забыв при этом задеть пакет с продуктами, и бутылка снова больно стукнула меня под коленкой. Я подняла голову, приготовившись громко и протяжно вздохнуть… Но не стала этого делать. На меня смотрел Он. Это сейчас я пишу с заглавной буквы, тогда он был просто – он. Красивый, молодой мужчина, открывающий дверь блестящей иномарки (в моделях я тогда вовсе не разбиралась, да и сейчас в этом направлении не очень продвинулась). Я пишу «мужчина», хотя в том возрасте для меня уместнее было бы назвать его «парень», мне ведь было всего двадцать лет. Но поскольку ему было уже двадцать семь, конечно Он был для меня «мужчиной». Светловолосый, с серыми глазами, очень приятными чертами лица. Мне казалось, что каждая его клеточка улыбаетс