«Проблема артефактора»

У меня есть очень хороший друг – Эдан Хардинг. Мы вместе закончили Магическую Академию имени Герольда Великого с золотыми свитками артифакторов. Вместе организовали небольшое предприятие и делаем по заказу всевозможные талисманы, обереги, амулеты и магические артефакты. В общем, Эдан мне как брат. Вся моя семья его любит, и почти вся его семья любит меня. Говоря почти, я имею в ввиду его младшую сестренку Флор.

Флор яркий пример того, что по внешнему виду нельзя строить мнение о человеке, иначе попадешь в просак. Девочка она умная, несмотря на разницу в возрасте в добрые восемь лет, она всегда производит на меня впечатление опытного, зрелого человека. А так же она очень милая, на первый взгляд просто ангел! Золотисто-каштановые кудряшки, невинные темно-зеленые глаза, всегда светлая, открытая улыбка! Но с этой милой улыбкой Флори может наслать на вас самое жуткое проклятье, да еще и подмигнуть в конце. И почему-то меня она очень не любит. От чего и я не горю желанием с ней пересекаться.

И сейчас, присутствуя на ее девятнадцатилетии, я со слезами на глазах вспоминаю того маленького ангелочка, который постоянно таскался за мной и Эданом следом, и всегда говорил, что когда вырастет выйдет за меня замуж. А что я, собственно, делаю на дне рождении Флор? Так все просто. Я и Эдан настолько сблизились, что присутствие друг друга на всех семейных праздниках считается само собой разумеющимся. Даже без приглашения.

— Юджин, милый, ты чего не ешь? – обратилась ко мне тетушка Стелла.

— Не переживай, мам. Я уже все попробовал. – ответил я. Тетушка улыбнулась и махнула на меня рукой. С младших курсов у нас повелось и прочно закрепилось такое обращение к нашим родителям.

— Юджин, спасибо за помощь с подарком. – шепнул Эдан, наклоняясь ко мне. – Флор этого, конечно, не скажет, но она в восторге от «Темного Магистериума».

Флор, девочка необычная. Вместо того, чтобы просить на день рождения новые платья, набор эльфийских благовоний и всего подобного, что любят девочки, она заказала «Темный Магистериум» — учебник по некромантии и темным наукам. Очень редкий. А все потому, что Флор, буквально две недели назад, закончила МАГ с золотым свитком некроманта. И теперь ее мечта поступить на службу военным некромантом в Светлый Магический Совет. Через полтора месяца ей нужно пройти тест на профпригодность. И если все будет гладко, то осенью она поедет на год в подготовительную школу СМСа.

Родители Флор не очень довольны ее выбором, но не останавливают, позволяя строить свою жизнь так, как хочется их дочери. А я, после каждого нашего мимолетного контакта, все больше убеждаюсь, что это прям ее! Эта девочка просто идеально впишется в общество некромантов, зомбаков и прочих ужасов.

— Эй, Джинни. – Окликнула Флор, когда я ждал Эдана у входа. Эта маленькая язва единственная, кто называет меня «Джинни». Я всегда стараюсь не показывать свое недовольство, по поводу увечья моего имени в женское, но Флор будто видит меня на сквозь. – Мама настояла, чтобы я поблагодарила тебя за подарок.

Мама настояла… Я лишь хмыкнул. Впрочем, ничего удивительного. Нашему миру пришел бы конец, скажи Флор мне искреннее спасибо. Молодец девочка, не хочет губить нашу цивилизацию.

— В общем, спасибо, Джинни. Я знаю, этот учебник трудно найти. Но ты смогла, сестричка!

— Флор, сколько раз повторять… — устало вздохнул я, стараясь унять раздражение. Сколько раз мы это проходили, но я постоянно взрываюсь, когда она использует женские формы глаголов по отношению ко мне.

— Ой, прости, красавица, забыла. Ну, в общем я поблагодарила, так что пока. Надеюсь больше не увидимся. – и сделав насмешливый поклон, удалилась.

В такие моменты мне хочется остановить девушку, встряхнуть и спросить, что с ней не так? Что со мной не так? Почему она меня ненавидит! Из-за чего произошла такая смена отношения? Мне кажется, да и не только мне, а всей ее семье, что я не заслужил такого отношения. Но Флор лишь молча выслушивает наставления тетушки и поучения братца, клянется Проклятым Богом, что их услышала и продолжает свое «Эй, Джинни!».

И мне стоило уже привыкнуть ко всему, но чем дальше, тем хуже. Последние года три во мне постоянно борются два кардинально противоположных чувства, когда я сталкиваюсь с Флор. То хочется взять ее маленькую головку и со всей силушкой припечатать к стене, чтобы ротик и острый язычок никогда больше не могли издавать и звука. Но при этом ум сводит желание разорвать ее дорогущее платье, прижать девушку к стенке и ласкать ее тело, наслаждаясь стонами и прерывистым дыханием.

Кажется, я тоже начинаю ее ненавидеть.

— Прости, Юджин, задержался. Амелия опять пристала. И чего девчонке не любится спокойно. – закатив глаза, пожаловался Эдан.

Амелия одна из подруг Флор, простой человек, не наделенный магическим даром. Очень миленькая, славненькая девочка. Никак не могу понять, как она и мегера из рода Хардинг смогли сдружиться. Но это не так уж интересно. Важно то, что Амелия очень давно влюблена в Эдана, естественно, безответно. И вот уже второй год бегает за парнем, признаваясь в любви. Сколько раз Эдан ей отказывал! И в мягкой форме, и в грубой, и как друг, и чуть ли не как заправский маньяк, но Амелия не сдается. И даже не знаю, позавидовать другу, или посочувствовать девочке.

— На этот раз она обещала, что найдет способ привязать меня к ней на всю жизнь! Это уже начинает раздражать! – продолжал возмущаться друг. И я пришел к выводу, что все же посочувствую. Ему.

Со дня рождения Флор прошло два дня. Девушка сидела на большом диване в гостиной и читала «Темный Магистериум», когда в комнату вошел брат и устало плюхнулся рядом, опуская на колени сестры коробочку с пирожными.

— Что случилось? – тут же поинтересовалась девушка, откладывая книгу в сторону. Она очень любила брата и сразу замечала малейшее изменение в его настроении. Да и то, что он принес сладкие лакомства уже повод насторожится. Не часто такое бывает.

— Амелия твоя случилась. – раздраженно ответил Эдан. Он все не мог понять, как можно бегать за человеком, который в грубой форме изъяснил где он видел ее любовь и саму девушку! – Я возвращался от Юджина, пирожные, кстати, от него, и твоя подружка встретила меня прямо у ворот нашего дома. Понимаешь? Мы столкнулись прямо здесь! – указывая на окно, возмущался Эдан. – Я понимаю, ты принципиально не лезешь в это дело, но Флори, прошу тебя, как любимую сестренку, успокой свою подругу! Если нужно, можешь даже упокоить. Сил больше нет.

— Хорошо. Я постараюсь убедить ее, что мучить можно и других. – усмехнулась Флор, открывая коробочку, от которой так приятно пахло выпечкой. Внутри было шесть небольших кексов с ореховой помадкой, которые очень любил Эдан, и всего один шоколадный, который так любила Флор.

— Брат… Я тут подумала и поняла, почему не переношу Джинни. – хмуро изучая содержимое коробки, сказала девушка. – Он явно хочет украсть тебя из нашей семьи и сбить с пути истинного. ты только глянь! Шесть кексов с ужасной ореховой помадкой! И это только маленький, но далеко не первый шаг! Брат, окстись!

— Ой, все. – усмехнулся Эдан, отвешивая подзатыльник сестре. – Не завидуй.

Мне снился сон из моего далекого прошлого. В этом сне я впервые остался с маленькой Флор наедине. И она уже тогда проявила свой характер, заставив быть меня коняшкой и катать ее на спине, до возвращения Эдана. Хорошо, что меня разбудили.

— К вам господин Эдан Хардинг, милорд. – заявил дворецкий. Хмурясь, я посмотрел на часы. Рассвет только занимался.

Немного не понимая причин столь раннего визита, я спустился в гостиную на первом этаже. У двери в комнату ждал взволнованный друг. Меня сразу насторожило, что он нервно грыз ноготь большого пальца. Его дурная привычка.

— Что случилось? – обеспокоенно спросил я.

— Этого не объяснить словами… Просто глянь. – и Эдан открыл дверь в малую гостиную.

— Юджин! – радостно воскликнула Флора и бросилась на шею, обхватывая меня руками и ногами, как в детстве. – Я соскучилась!

Действительно, словами не объяснить…

Постояв так пару секунд, соображая, что я все же не сплю, глянул через плечо девушки на друга. Он нервно заламывал руки и беспомощно смотрел на меня.

— Заболела, да? – лишь и смог проговорить я.

Тишина в малой столовой нарушалась лишь довольным чавканьем Флор и детским мотивчиком, который она напевала, пока жевала блинчики с клубничным вареньем. Но ела девушка очень неаккуратно, нам даже пришлось повязать салфетку ей на шею.

— Что скажешь? – спросил Эдан, нервно перебирая пальцами.

— Ну… Флор в детстве очень любила блинчики с вареньем.

— Это нам очень помогло, спасибо. – недовольно отозвался друг.

— Да что я могу сказать? – окрысился в ответ я. – Внешне она такая же, как и два дня назад! Ведет себя, правда, странно. Как маленькая девочка. Она точно нас не разыгрывает?

— Точно. Я пообещал ей сделать темный артефакт, сам знаешь, как Флор любит подобное, но она не поняла, о чем я. Да что там, она слово «артефакт» выговорить не может!

— А родители что?

— Ничего. Мы ушли до того, как они проснулись. Я оставил записку, что уехали ко мне. Что-то мне подсказывает, что маме лучше не видеть этого… — кивнул Эдан на свою сестру. Она откусывала смоченный в варенье блинчик, и не замечала, что сладкий клубничный сироп стекает по рукам на белую скатерть. Флор тихо говорила сама с собой и болтала ногами.

— Да. Я, почему-то, с тобой согласен.

Два взрослых мужика стояли и растерянно смотрели на взрослую девушку, неожиданно впавшую в детство. И что с этим всем делать, мы не имели ни малейшего понятия.