«Сердца трёх (СИ)»

Вижу перед собой бокал шампанского. Тянусь к нему, жадно выпиваю. Сажусь на обитую белой кожей мягкую скамью, накрепко привинченную к борту, и держусь за поручень. Всё это кажется совершенно дико и нелепо. Какое ещё может быть цунами?! Стоит чудесная топическая ночь. Над головами светит яркая, и не просто большая, а огромная, словно шар, Луна. От неё тянется по океанскому простору длинная серебряная дорожка. Звезды сверкают, веет теплый ласковый ветерок.

Ну что может случиться в такую прекрасную ночь?!

Мне кажется, капитан что-то напутал. Нет никакого цунами. Может, ему неверно сообщили? Будет дождь или ураган, а цунами — это же такая здоровенная, с небоскрёб высотой, волна, они случаются очень редко. И ещё я так помню: подобные возникают после землетрясения. Но ведь даже волнения нет, океан почти как стекло, полный штиль!

Народ, сначала взволнованный сообщением команды, теперь постепенно возвращается к своим прерванным делам. Одни продолжают танцевать под зажигательную мелодию: приглашенный диджей делает звук погромче. Другие веселятся за столиками, поглощая алкогольные коктейли. Третьи снова целуются и хохочут.

Я опять чувствую себя лишней на этом празднике жизни. Моя подруга, Надя, познакомилась в самом начале вечеринки с каким-то мулатом с вьющимися волосами и шикарным телом спортсмена. Они уже часа два воркуют где-то, я потеряла их из виду.

Мне становится скучно, потому в ход идёт очередной, уже не помню какой по счету, бокал шампанского. Выпиваю его, ставлю на столик рядом и смотрю на океан. Какая красота! «Лунная дорожка блистает серебром, она идёт за мной, как след за кораблём», — вспоминают слова песни. Понемногу успокаиваюсь, а шампанское поднимает настроение. Цапаю с тарелочки ломтик шоколада и отправляю в рот. Растапливаю его и глотаю. М-м-м! Вкуснятинка!

«Какой чудесный новый год, — думаю и улыбаюсь. — Ну точно, капитан напутал! Ничего страшного не случится».

В этот самый момент яхта начинает понемногу разворачиваться. «Куда? Зачем?» — задаю немые вопросы, крутя головой. Остальные тусовщики даже не замечают. А «Изабелла» встает перпендикулярно прежнему курсу и замирает. Только ощущаю через поручень, за который держусь, как вибрирует дерево и металл под ним. Это там, в металлическом чреве яхты, работает её мощный двигатель. Он наращивает обороты, словно к чему-то готовится.