«Ширли Лендинг»

Александр Борун

Ширли Лендинг

Фанат-астронавт и артистка

Ширли Лендинг совсем замоталась. Это сыграло определяющую роль во всём произошедшем. Она торопилась с пробной записи на репетицию, но планировала всё же успеть хлебнуть кофе, когда к ней пристал тот тип. Парень примерно её возраста, с виду похож на чикано, высокий, тощий, загорелый, с длинными усами, но говорит так, что понятно: во всяком случае, живёт здесь если не всю жизнь, то очень давно. Впрочем, подробно она его не разглядывала – больно надо! Как шла, так и продолжала идти.

– Простите, вы же Ширли Лендинг! – воскликнул он. – Постойте, не убегайте, я вас узнал! Мне очень нужно с вами поговорить!..

Конечно, затеряться в толпе в центре Л.А. невозможно, так как никаких толп в центре нет; более того, там угнетающе пусто. Анджелинос недаром считают центральную часть своего города чужой и враждебной. Такой она получилась в результате джентрификации. Даже в Голливуде мало что осталось от ранее многочисленных киностудий. Собственно, только съёмочный павильон «Парамаунт». Остальные расползлись по окраинным районам и городам-спутникам, проглоченным большим Лос-Анджелесом. И всё равно удивительно, что он её сходу узнал, в тёмных очках, белом сомбреро, обыкновенных джинсах и белой маечке с непритязательным голубым принтом пасифика. Ей казалось, что она выглядит абсолютно обыкновенно и никому не придёт в голову опознавать в ней медиа-персону.

Александр Борун

Ширли Лендинг

Фанат-астронавт и артистка

Ширли Лендинг совсем замоталась. Это сыграло определяющую роль во всём произошедшем. Она торопилась с пробной записи на репетицию, но планировала всё же успеть хлебнуть кофе, когда к ней пристал тот тип. Парень примерно её возраста, с виду похож на чикано, высокий, тощий, загорелый, с длинными усами, но говорит так, что понятно: во всяком случае, живёт здесь если не всю жизнь, то очень давно. Впрочем, подробно она его не разглядывала – больно надо! Как шла, так и продолжала идти.

– Простите, вы же Ширли Лендинг! – воскликнул он. – Постойте, не убегайте, я вас узнал! Мне очень нужно с вами поговорить!..

Конечно, затеряться в толпе в центре Л.А. невозможно, так как никаких толп в центре нет; более того, там угнетающе пусто. Анджелинос недаром считают центральную часть своего города чужой и враждебной. Такой она получилась в результате джентрификации. Даже в Голливуде мало что осталось от ранее многочисленных киностудий. Собственно, только съёмочный павильон «Парамаунт». Остальные расползлись по окраинным районам и городам-спутникам, проглоченным большим Лос-Анджелесом. И всё равно удивительно, что он её сходу узнал, в тёмных очках, белом сомбреро, обыкновенных джинсах и белой маечке с непритязательным голубым принтом пасифика. Ей казалось, что она выглядит абсолютно обыкновенно и никому не придёт в голову опознавать в ней медиа-персону.