«(Не) чужие»

Она поправляет блузку. Лучшая блузка в ее гардеробе, который изрядно сократился после развода. Вертится перед зеркалом, но не смотрит на собственное лицо. Она ненавидит зеркала, но сейчас должна убедиться в том, что выглядит отлично. Хмурится, потому что понимает – никакая блузка или узкая черная юбка не сделают ее краше.

Она отходит от небольшого зеркала и хватает расческу. Нужно привести в порядок волосы. Волны кудрей падают на ее хрупкие тонкие плечи, обтянутые кремовым шелком. Она нещадно дерет спутавшиеся за пару часов колтуны, проклиная себя за то, что начала готовиться к собеседованию слишком рано. Вот и волосы успели спутаться, да и макияж, скорее всего, вновь придется поправлять. А она не хочет больше заглядывать в зеркало, чтобы не видеть свое лицо.

Шрам. Изорванная собакой щека не дает ей покоя двадцать лет. Безумие… Она давно должна была забыть тот несчастный случай, выбросить его из головы и продолжить жить дальше. Но не может. Не хочет… Теперь она до смерти боится собак и еще больше ее пугает мысль о месте, куда она идет на собеседование.

Клиника красоты. Настоящая клиника, в которой делают красивые лица. Новые лица. И не только. А она со своим шрамом решила попытать там счастье? Это настоящее безумие! Она не расстроится, если ее не возьмут, несмотря на отличный опыт работы до недавнего времени и образование. Она бухгалтер, с рекомендациями, с послужным списком. Она может добиться даже большего чем простой помощник, она и сама может стать главным бухгалтером. Все задатки есть, и не только. Да вот только ее лицо порой путает все планы.

Но она не будет унывать, пока не получит отказ. Пока ее душу будет греть надежда. Да и черт бы с ним, со шрамом! Она же не в модели собирается выбиться, а просто получить хорошую должность с высокой оплатой труда. И наконец—то съехать из этой вонючей дыры. Но выбора у нее нет. Полгода назад, когда она вместе с сумками оказалась на улице, а после получила бумаги на развод, не думала о том, что устроиться жить в новом городе будет так сложно. С деньгами было напряжено, очень напряжено. Все, что она раньше зарабатывала, уходило в семейный бюджет. Поэтому оказавшись на улице, получив от бывшего мужа пинок под зад, она никак не думала, что придется сначала скитаться по знакомым, а потом и вовсе отправиться в другой город на поиски лучшей жизни.

Она поправляет блузку. Лучшая блузка в ее гардеробе, который изрядно сократился после развода. Вертится перед зеркалом, но не смотрит на собственное лицо. Она ненавидит зеркала, но сейчас должна убедиться в том, что выглядит отлично. Хмурится, потому что понимает – никакая блузка или узкая черная юбка не сделают ее краше.

Она отходит от небольшого зеркала и хватает расческу. Нужно привести в порядок волосы. Волны кудрей падают на ее хрупкие тонкие плечи, обтянутые кремовым шелком. Она нещадно дерет спутавшиеся за пару часов колтуны, проклиная себя за то, что начала готовиться к собеседованию слишком рано. Вот и волосы успели спутаться, да и макияж, скорее всего, вновь придется поправлять. А она не хочет больше заглядывать в зеркало, чтобы не видеть свое лицо.

Шрам. Изорванная собакой щека не дает ей покоя двадцать лет. Безумие… Она давно должна была забыть тот несчастный случай, выбросить его из головы и продолжить жить дальше. Но не может. Не хочет… Теперь она до смерти боится собак и еще больше ее пугает мысль о месте, куда она идет на собеседование.

Клиника красоты. Настоящая клиника, в которой делают красивые лица. Новые лица. И не только. А она со своим шрамом решила попытать там счастье? Это настоящее безумие! Она не расстроится, если ее не возьмут, несмотря на отличный опыт работы до недавнего времени и образование. Она бухгалтер, с рекомендациями, с послужным списком. Она может добиться даже большего чем простой помощник, она и сама может стать главным бухгалтером. Все задатки есть, и не только. Да вот только ее лицо порой путает все планы.

Но она не будет унывать, пока не получит отказ. Пока ее душу будет греть надежда. Да и черт бы с ним, со шрамом! Она же не в модели собирается выбиться, а просто получить хорошую должность с высокой оплатой труда. И наконец—то съехать из этой вонючей дыры. Но выбора у нее нет. Полгода назад, когда она вместе с сумками оказалась на улице, а после получила бумаги на развод, не думала о том, что устроиться жить в новом городе будет так сложно. С деньгами было напряжено, очень напряжено. Все, что она раньше зарабатывала, уходило в семейный бюджет. Поэтому оказавшись на улице, получив от бывшего мужа пинок под зад, она никак не думала, что придется сначала скитаться по знакомым, а потом и вовсе отправиться в другой город на поиски лучшей жизни.