«Бывшая»

Диана Королева

Бывшая

Я помню, как в тот день сидела на уроке обществознания, наверное, впервые не слушая учительницу. Стоит отметить, что для меня шестнадцатилетней это было почти неприемлемым. Меня одолевало желание поскорее покинуть кабинет, да и в целом школу. Впрочем, для одноклассников уже давно стало нормой сидеть в наушниках, как Ванька с последней парты, или рисовать, как Ленка. Но я была не такой. В меня буквально вдолбили синдром отличницы еще в младших классах, заставив вечно доказывать свою способность чего-то добиться. Но в ту злополучную пятницу я считала минуты до конца последнего урока, нервно щелкая ручкой. И то, что через пару минут многоуважаемой Елене Михайловне это надоело, не было удивительным:

— Даша! Что с тобой такое? Ты записала?

Кивнула. Я честно записывала ту часть информации, которая до меня долетала (а так как говорила учительница тихо, долетало до моей пятой парты немного). Елена Михайловна подошла, проверила, что в тетради действительно что-то было, и цокнув языком, удалилась.

Я же вернулась к разглядыванию пожелтевших макушек деревьев за окном. На дворе был октябрь. Наш любимый месяц. Мой и моей, на тот момент, девушки. Потому что дни рождения у нас с разницей в две недели. Потому что любили выбирать подарки друг другу. Нам нравилось делать сюрпризы.

Она написала мне вечером, что хочет серьезно поговорить и что заберет меня из школы. И вот теперь ожидая окончания этого проклятого общества, я очень ждала встречи с ней. Перечитывала сообщение в сотый раз. Играла в игру «Напиши и сотри снова»…

Звонок подали с опозданием на две минуты, чему я была очень зла. Вскочила, как ненормальная со своего места, в спешке сметая вещи в рюкзак. Справившись с пуговицами на пальто, я выбежала на школьный двор. Наверное, тогда учительница подумала, что я — самая главная бездельница.

Софы еще не было, а я очень хотела ее увидеть, убедиться, что с ней все в порядке, что она жива. До этого мне не приходилось участвовать в серьезных разговорах. Впрочем, до этого у меня и отношений-то ни с кем не было, и возможно, не появись Софья когда-то на пороге кабинета литературы, я бы не подозревала о гомосексуальной части себя.