«Неожиданное замужество»

Кэтти Уильямс

Неожиданное замужество

– Дорогой мой, как же я рад, что, несмотря на большую занятость, ты все‑таки нашел время навестить умирающего старика.

Рафаэль приподнял брови и с иронией посмотрел на своего крестного отца.

В круглых очках, с торчащими седыми волосами и внешностью, чем‑то напоминающей Санта‑Клауса, Дэвид Данмор мог показаться воплощением добродушия, но Рафаэль прекрасно знал, что за этим фасадом бьется сердце невероятно умного и проницательного человека, не брезговавшего эмоциональным шантажом.

Он также знал, что крестный отец никогда бы не потребовал встречи без серьезной на то причины. Дэвид уже час, как сыпал намеками и ходил вокруг да около, из чего Рафаэль понял, что его попросят оказать весьма серьезную услугу. Поэтому, не выпуская из руки стакана, он расслабленно откинулся на спинку кресла и приготовился к длительному разговору.

Прошло пару месяцев с тех пор, как он приезжал сюда в последний раз, до того, как старик оказался прикован к постели в этих четырех стенах. Обычно они встречались в старомодном мужском клубе, членом которого состоял Дэвид, любивший говаривать, что мужчина может услышать собственные мысли за приличным виски и едой, не испорченной каким‑нибудь знаменитым поваром.

– Капуста и запеканка из мяса с картошкой – кому это надо? – как правило, возражал Рафаэль, чувствуя себя комфортно в этих дружеских отношениях, порожденных взаимным уважением и безграничной любовью.

– Я думал, тебе уже надоело изображать умирающего, – мягко заметил он, любуясь роскошным персидским ковром на полу гостиной. – Доктор ясно дал понять, что ты здоров как бык.

– Да что знают эти врачи?

– Много чего, учитывая, сколько лет они практикуются.

– Тебе только кажется, что я иду на поправку, потому что ты понятия не имеешь, что мне довелось пережить за последние несколько месяцев.

Улыбка исчезла с лица Рафаэля.

– Опять этот мерзавец Фрэдди? Только скажи, и я быстро разберусь с ним.

Кэтти Уильямс

Неожиданное замужество

– Дорогой мой, как же я рад, что, несмотря на большую занятость, ты все‑таки нашел время навестить умирающего старика.

Рафаэль приподнял брови и с иронией посмотрел на своего крестного отца.

В круглых очках, с торчащими седыми волосами и внешностью, чем‑то напоминающей Санта‑Клауса, Дэвид Данмор мог показаться воплощением добродушия, но Рафаэль прекрасно знал, что за этим фасадом бьется сердце невероятно умного и проницательного человека, не брезговавшего эмоциональным шантажом.

Он также знал, что крестный отец никогда бы не потребовал встречи без серьезной на то причины. Дэвид уже час, как сыпал намеками и ходил вокруг да около, из чего Рафаэль понял, что его попросят оказать весьма серьезную услугу. Поэтому, не выпуская из руки стакана, он расслабленно откинулся на спинку кресла и приготовился к длительному разговору.

Прошло пару месяцев с тех пор, как он приезжал сюда в последний раз, до того, как старик оказался прикован к постели в этих четырех стенах. Обычно они встречались в старомодном мужском клубе, членом которого состоял Дэвид, любивший говаривать, что мужчина может услышать собственные мысли за приличным виски и едой, не испорченной каким‑нибудь знаменитым поваром.

– Капуста и запеканка из мяса с картошкой – кому это надо? – как правило, возражал Рафаэль, чувствуя себя комфортно в этих дружеских отношениях, порожденных взаимным уважением и безграничной любовью.

– Я думал, тебе уже надоело изображать умирающего, – мягко заметил он, любуясь роскошным персидским ковром на полу гостиной. – Доктор ясно дал понять, что ты здоров как бык.

– Да что знают эти врачи?

– Много чего, учитывая, сколько лет они практикуются.

– Тебе только кажется, что я иду на поправку, потому что ты понятия не имеешь, что мне довелось пережить за последние несколько месяцев.

Улыбка исчезла с лица Рафаэля.

– Опять этот мерзавец Фрэдди? Только скажи, и я быстро разберусь с ним.