«Мне нужен только ты »

Мама росла сиротой, а папа был единственным, очень поздним ребёнком, и уже давно похоронил своих родителей. И получалось, что у нас с Наташкой просто никого не осталось в этом мире.

Домой приехал только под вечер. Родители всегда возвращались поздно, и для волнений не было причин, поэтому Наташа сидела за компьютером и разбирала с Леной тренировочные задания по русскому языку. Лена первая меня увидела, оторвавшись от ноутбука.

— Привет! — сказала она.

Просто кивнул ей, ожидая, когда повернётся сестра.

— О, Саш! — Наташа развернулась и посмотрела на меня. В таком виде она, пожалуй, меня никогда не видела. Я не разделся. Но я был настолько потерян, что не понимал этого. — Саш, что случилось?

Подошёл к ней, никак не решаясь, открыть страшную правду. Слова комом застряли в горле.

— Саш, что произошло? — повторила она.

Положил на стол папины часы и кольцо.

— Их больше нет, — выдавил из себя.

Я видел, как изменилось лицо Лены. На сестру же боялся смотреть, словно это я был виноват в том, что случилось.

— Саш, ты шутишь? Этого не может быть. Скажи, что ты пошутил!

— Наташа, это правда. Авария. Ещё утром.

Наташа вскочила и хотела выбежать, но я поймал ее и крепко прижал к себе.

— Это неправда! Неправда! Неправда! — кричала она и била меня своими кулачками в грудь.

Я просто крепко держал её и не выпускал, пока она не затихла. Наташа рыдала у меня на груди. А я. Я просто гладил сестрёнку по русой голове, не зная, как уменьшить её боль. Она — всё, что у меня осталось. И в тот вечер пообещал себе, что никому не позволю её обидеть, и сделаю всё возможное, чтобы больше не видеть её слёз.

Всю организацию похорон, взяла на себя компания, где работали родители. Народу было немного. В основном коллеги. Лена не отходила от Наташи все эти дни.

Когда мы втроём вернулись в пустой дом, Наташа не выдержала и снова разрыдалась.

— Саша, что теперь будет? Как мы будем жить? — со слезами спросила она.

— Всё будет хорошо. Я тебе обещаю. Просто поверь. Всё. Будет. Хорошо.

Эти слова сказал легко, полностью уверенный в своей правоте. Я ещё не знал как, но знал, что всё для этого сделаю.

Посадил сестрёнку на диван. Лена принесла воды и накапала успокоительного, как ей сказала мама. Наташа послушно выпила и легла на подушку.

— Лена, ты можешь сегодня остаться с Наташей. Мне нужно, — я не знал, как сказать подруге своей сестры, что мне нужно побыть одному, выплеснуть все эмоции, всю боль, которая накопилась у меня в груди, но чтобы меня никто не видел. — Мне просто нужно уйти.

Когда Лена кивнула, я быстро вышел из дома на улицу.

Я не знал, куда пойду. Ноги сами направились в сторону спортивной школы.

Было воскресенье, и занятий в школе не было. Вошёл в пустую школу, взял ключи у вахтера, который меня хорошо знал, и пошёл в тренировочный зал. Я понятия не имел, зачем сюда пришёл. Мой взгляд упал на висевшую боксерскую грушу. Собрав всю свою боль в кулак, со всей силой ударил. И бил до тех пор, пока силы не покинули меня. Я упал здесь же, в зале, на мат, и забылся тяжёлым сном…

Меня кто-то тряс за плечо.

С трудом открыл глаза и увидел перед собой своего тренера, с которым занимался с самого начала.

— Дмитрий Петрович, что вы здесь делаете? Который час?

— Саша, вставай. Уже утро.

— Утро? — сел, обводя глазами зал, с трудом воспринимая происходящее. — Я что, тут уснул? Господи, там же Наташка!

Я не собирался оставлять сестру одну на всю ночь! И тут мой взгляд упал на боксёрскую грушу. Точнее, на то, что от неё осталось.

— Да, и надо бы снять это, — сказал Дмитрий Петрович, заметив мой взгляд.

— Простите, Дмитрий Петрович, я всё заменю, — сказал. Никогда не думал, что так могу сорваться.

— Всё нормально. Не бери в голову. Заменим. Ты лучше сходи в душ и перевяжи руки.

Я посмотрел на свои руки. Перчатки вчера не надел, и сжать кулаки сейчас просто не мог. Руки опухли, кожа была содрана. Синяки и ссадины были привычным делом, но пугать и расстраивать сестру лишний раз не хотел.

Мы сняли грушу, и я послушно пошёл в душевую, приходя в себя под струями холодной воды.

Домой шёл быстрым шагом, почти бежал. Даже не представлял, что скажу Наташе. Батарея на телефоне села, и я не знал, звонила она или нет.

В прихожей меня встретила Лена.

— Привет. Где Наташа? — спросил с порога.

— Спит?! А школа? — прошёл в гостиную. На диване, в одежде, накрытая пледом, спала сестрёнка. — Она что, так и не вставала?

— Подожди, а ты? Ты что, всю ночь была у нас?

— Ну да, — тихо ответила Лена.

Подошел к сестре и осторожно стал её будить.

— Наташ, надо вставать. В школу опоздаешь.

— Саша? — Наташа открыла глаза. — Ты где был? Что с руками?

— Всё нормально. В школе. Вставай.

— Саш, я не хочу никуда идти, — честно призналась Наташа.

— А придётся. Уроки никто не отменял.

— Ну, Саш, я не могу. — Наташа села на диване и с мольбой смотрела на меня.

— Знаешь, если ты будешь вот так вот сидеть и себя жалеть, ничего хорошего из этого не выйдет. Нужно жить дальше. И не потом, не завтра, а сейчас, сегодня. Представь, что они просто уехали на работу. Надолго. Как в командировку. Ты же не стала бы прогуливать? Тем более это 11 класс!

— Нет, но…

— Вот и умница, а теперь вставай и иди, умываться. Уже половина восьмого.

Наташа послушно встала и поплелась в ванную.

Я повернулся к Лене, не зная, что ей сказать.

— Вчера приходила моя мама, — сказала Лена, чтобы заполнить паузу. — Она измерила Наташе пульс и сказала, чтобы её не будили до утра. Что ей просто необходимо поспать.

— Спасибо тебе, что не оставила её.

— Не за что.

Я сидел в деканате.

— Заходи. Что это ты такое выдумал? — спросил декан, стоило мне только переступить порог его кабинета.

— Здравствуйте, Виталий Степанович. Я бы хотел оставить университет.

— То есть вот так вот, взять и бросить? Я посмотрел твои результаты, и не понимаю зачем?

— Я не смогу совмещать занятия и работу. А заочного нет.

— Давай-ка по порядку. Что-то я тебя не пойму.

— Мои родители погибли месяц назад. У меня осталась сестра, она учится в 11 классе. И нам нужны деньги, чтобы мы могли жить дальше. Я подрабатываю охранником в ночные смены, но этого хватает только на питание. Мне нужна работа, Виталий Степанович.

— Так. И ты думаешь, что взяв академ, ты решишь свои проблемы?

— Не знаю, но других вариантов я пока не вижу.

— А ты не думал, что, оставив учёбу, ты тут же получишь повестку, и твоя сестра точно останется одна? Не смотри на меня! Пока ты студент, у тебя отсрочка, а иначе — здравствуй, весенний призыв.

— И что же мне делать?

— Ты уже думал, куда пойдёшь работать?

— Мне предложили вести начальную группу в своей спортшколе, плюс работа охранником, и ещё хотел взять часы в обыкновенной школе. Может, ещё что найду, — ответил.

— Что ж, неплохо. А учёбу-то, зачем бросать?

— А как по-другому?

— Давай сделаем так: мы оформим тебе свободное посещение по всем предметам, только нормативы будешь сдавать заранее. А там посмотрим, может, и обойдёшься без академа. Ну?! Что, думаешь?

— А так можно? — не веря своей удаче, спросил, глядя на декана.

— Можно, если осторожно, — с полуулыбкой ответил Виталий Степанович.

Наташа с упорством зубрила весь материал по всем предметам. Она смогла взять себя в руки, и всё свободное время вместе с Леной они сидели и снова, и снова прогоняли тренировочные занятия по русскому языку и математике. Мы практически с ней не виделись. Я и раньше-то появлялся только вечерами, а сейчас, когда взял себе ночные смены, совсем перестал бывать дома. Наташа как-то не смогла до меня дозвониться, и когда я приехал домой и застал её в истерике, то не на шутку испугался. Нервный срыв перед ЕГЭ не очень хорошая штука. И теперь старался как можно чаще посылать ей смс, чтобы она так не волновалась. Сообщения всегда носили весёлый характер, и Наташа была безмерна рада такому вниманию.

На неё полностью легла уборка по дому и кухня. А когда я принёс первую зарплату, она не знала, как ей быть.

— Не смотри, нужно заплатить за свет, и что там ещё, я не знаю. И нужно купить продукты.

— Но, Саш, у меня же есть деньги, — сказала сестра, имея в виду пособие, которое мы на неё оформили.

— Так, послушай меня внимательно и не спорь. То, что ты получаешь, ты оставляешь на свою учёбу в школе. Я не хочу грузиться школьными финансовыми вопросами, поняла? И потом у тебя в конце года выпускной, это тоже вопрос денег. Поэтому ты просто скажешь, сколько будет нужно.

— Я подумала и решила, что не пойду на выпускной, — заявила сестра.

— С чего бы это? Ничего и слышать не хочу. Так что, если ты не выберешь себе то, что нужно, я сделаю это сам! Тебе ясно?

— Да, — тихо ответила сестрёнка. Прижал её к себе. Совсем не хотелось быть грубым.