«Я потерялась, Дикий»

Я потерялась, Дикий

Виктория Вишневская

Короткий любовный роман

Молодежная проза

В тексте есть: нежная героиня, брутальный мужчина, разница возрасте

— Ну, — подгоняю её. — Рассказывай. Где родители? Где они мозги потеряли? Или ты? Чего под дождём сидела? По порядку говори. И чётко.

— Из дома ушла, — опускает смущённо взгляд. Ну, приплыли.

— Игрушку что ли не купили? — задаю резонный вопрос. — Или мальчика твоего не одобрили?

— Там другое… — угрюмо отвечает. — Я не могу сказать.

— Так, хорошо, — решаю пропустить этот вопрос. Личное, понимаю. — Дальше давай. Убежала ты из дома. Чего не вернулась, когда дождь пошёл?

— Я не местная, — да ты на меня посмотришь или нет? Ещё раз глаза увидеть хочу. — Ушла, гуляла по городу и… потерялась.

Глава 1. Дикий

— Какая премия, Клим?! — сжимаю телефон и кричу на всё улицу. — Вот ты сейчас вообще не вовремя!

Я под дождём, ёмаё! В руках букет цветов, который с каждой секундой превращается в нечто ужасное. Бумага мокнет. Упаковка вся превратилась в… Месиво! А тонкие лепестки тянутся к низу и мнутся под огромными каплями дождя.

Вот чего Ирка розы не любит, а фиговы ромашки обожает?

— Всё, ничего не знаю, — обрубаю недовольно. Свидание мне портит. — Я в отпуске. Пошли все к чёрту.

Не дожидаясь ответа, выключаюсь и убираю смартфон в карман джинсов. Спешу к своему джипу, чтобы закинуть веник на заднее сидение, запрыгнуть в салон и поехать на приятный вечер к женщине.

Отпуск должен начаться красиво!

Могу ж я себе позволить, в конце концов, недельку отдыха от этих дармоедов?

Вот и шагаю по лужам к машине, пытаясь вспомнить, где её оставил.

Не замечаю ничего вокруг. Наступаю в очередную лужу, но останавливаюсь, когда слышу тихий надрывный всхлип.

Не понял. Мне сейчас показалось, или?..

Над ухом что-то жужжит?

Неосознанно опускаю взгляд вниз.

Какого чёрта?

Ребёнок. Нет. Девчонка лет шестнадцати. Сидит на лавочке в ливень, обхватывает себя одной рукой, а второй вытирает слёзы.

Да чего их вытирать-то?? Дождь следом всё смывает!

А чего ревёт-то? Потерялась?

— Эй, мелкая, — окликаю её. Может, родителей потеряла? Да вроде уже взросленькая, чтобы из виду упустить. Случилось чего?

Блин, Дикий, да пройди ты мимо! Тебя Ирка ждёт!

Да как же так-то?

Девчушка. Молоденькая, миленькая. В округе — никого. Ливень уже как час идёт. Лето выдалось, конечно, адское. Обрадовало одним днём таким подарком от душной жары. Вот сейчас все и сидят дома, даже не сходив на пляж. Отдыхают.

Комок тёмный. Как котёнок сидит и плачет. И как щенок скулит.

Ну не могу я мимо пройти.

Помочь хочу. А меня игнорируют. Так открыто. Всё слезы вытирает, да всхлипывает.

Заношу ладонь, выставляю несколько пальцев вперёд, и делаю ей слабый щелбан в лоб.

Работает безотказно!

Вот уже и ни сопли, ни слёзы не волнуют. Хватается ладошками за лоб и поднимает на меня напуганные глаза. Два голубых камушка. Офигенные. Такие чистые, яркие. Как два лазурита. Смотришь в них — и своё отражение видишь.

Впервые такие вижу.

Или это от того, что слёзы в них плещутся?

Залипаю и не сразу вспоминаю, зачем вообще остановился.

— Ребёнок, ты потерялся? — спрашиваю, а сам неосознанно скольжу внимательным взглядом по её миниатюрному телу. Волосы сосульками. Макушка вся мокрая. Одежда промокла почти что насквозь. Через белое хлопковое платье розовый лиф виден.

Совсем глупая что ли?

— П-почтии, — всхлипывает. Говорит неуверенно.

— Может, помочь чем? — наседаю. — Где живёшь? Чего родным не позвонишь? Может, подвести?

Отрицательно машет головой. Быстро так. Слезами давится.

Да что такое?

— Нет, так не пойдёт, — бурчу себе под нос. — Вставай. Дождь шпарит. Чего сидишь?

— Не пойду я с вами никуда, — упрямо отвечает. Да в смысле? Я помочь хочу так-то.

— Ну, под дождём сидеть, а потом ещё и воспаление лёгких подхватить — вот это я понимаю! Мечта! — сарказм из меня так и прёт. Ребёнок глупый. — Вставай. Сам за шкирку сейчас потащу.

— А вдруг вы насильник, — проговаривает неуверенно.

Блин, Дикий, а может она это… Аферистка? Ну, видом своим несчастным мужиков завлекает, а потом обдирает их до нитки? Схема такая? А ты тут стоишь, сострадание показываешь. Помочь пытаешься.

Плюнь, да и иди!

Ага, говорю себе именно эти слова, но вместо того, чтобы идти дальше и скрыться в тёплом салоне автомобиля…

Цепляюсь за шкирку этого бездомного, промокшего до нитки котёнка, и одним движением поднимаю с лавки.

Ей-богу ребёнок. Макушкой до груди достаёт.

— Пошли. В кафешку, на люди. Расскажешь всё, — настаиваю. Уже с нажимом говорю. Добрый тон отключаю. Хотя, мне кажется, я и без него начал. Вот она и идти отказывается. — Помогу, чем смогу. Как раз поплачешься.

Вот надо было тебе это?

Весь вечер коту под хвост.

Сегодня, Яр, ты остаёшься неудовлетворённым. Потому что вместо того, чтобы ехать к Ирке и впиваться в её длинные светлые волосы пальцами… Выкидываю испорченный букет в урну, хватаю девчонку за миниатюрную ладошку, чтобы не убежала, и веду за собой.

Глава 2. Дикий

Забегаю в уютное и тёплое кафе и отряхиваю волосы от воды. Да я ж ведро! А я ведь всего пару минут под дождём находился.

А вот мелкая явно там не полчаса просидела. Больше. Судя по тому, как с её волос вода капает.

Вот где её родители гуляют? Совсем свихнулись? По башке бы им настучать.

А если бы я её не заметил? Она ж маленькая.

С лавочкой белой сливается. Кожа такая же белая-белая. Прозрачная. Фарфоровая. Белое платье на таком оттенке вообще не заметно.

И только чёрные, цвета вороного крыла волосы и такие же тёмные длинные ресницы, помогают её найти на такой же светлой стенке, с которой она сливается.

Так ладно.

— Здаров, — обращаюсь к баристе. — Нам два глинтвейна. Безалкогольных.

Смотрю — градусов в нём нет. Отлично.

— И полотенце нам. Или плед. Есть чего? Выкуплю, — спрашиваю, а сам продолжаю дрожащий комок за руку держать.

Убежать же может.

— Плед… Подарочный есть, — трусит его что-то. — Если надо…

— Давай, — поторапливаю. Нам какая разница вообще?

Бариста кивает, судорожно бежит до стенда.

— Вам какой? Есть с чашечками кофе, есть с котиком…

— Да давай уже любой, ну! — гаркаю.

У меня ребёнок за спиной мёрзнет! Ещё и вздрагивает, когда кричу.

И всё равно что кто-то увидеть мог.

Неосознанно осматриваюсь по сторонам. Никого. Сегодня среда, кто-то на работе, а кто-то спрятался в недрах квартиры от ливня, что и загнал нас в это кафе. Но так и лучше.

Может, девчушка стесняться меньше будет.

Возвращаю всё внимание обратно на пацана. Тот хватает первый попавшийся. С котиками. Замечательно.

Оплачиваю заказ. Выхватываю ткань из его дрожащих рук. Дёрганный какой-то. Но сегодня мои билеты на доброту закончились. Мелкая — забрала последний.

Распаковываю упаковку, накидываю ткань на холодные и голые плечи. Ледяная, жуть.

Толкаю к столику. Подальше от холодного окна, ближе к кухне. Оттуда булками пахнет. Значит, пекут. Теплее будет.

Сам возвращаюсь к баристе, к стойке. Жду заказа. Посматриваю на девчушку, что склонив голову вниз, укутывается в тёплый плед.

Так и не терпится, чтобы допросить её.

Давно этого не делал. Как в спецназ ушёл. А из него… В свой бизнес. Год назад. Жуть время течёт. Так, ладно, не суть.

Выхватываю два пластиковых стаканчика из рук паренька и иду к столу. Перед этим делаю заказ в виде горячих сладостей. Чтобы прямо из печи были.

Парень от страху трясётся и кивает.

Да я что ж страшный такой?

Да, шрам есть. Но не такой ужасный же! Незаметный почти.

Может, поэтому она меня так боится и взгляда не поднимает?

— Ну, — сажусь напротив неё. Складываю перед собой руки. И подгоняю её. — Рассказывай. Где родители? Где они мозги потеряли? Или ты? Чего под дождём сидела? По порядку говори. И чётко.

— Из дома ушла, — опускает смущённо взгляд. Ну, приплыли. Я-то думал, потерялась.

В итоге сама же и накосячила.

— Игрушку что ли не купили? — задаю резонный вопрос. — Или мальчика твоего не одобрили?

Нет, ну, лет шестнадцать ей есть точно. Про игрушки я переборщил. Не такая уж и маленькая. Хотя телосложение такое… Детское. Да и взглянешь на неё…

Ну, прям ребёнок. Кожа с виду гладкая, без подростковых прыщей и покраснений, как попка у младенца. Грех не спутать. И глаза ещё невинные. Неискушённые. Сразу видно.

— Там другое… — угрюмо отвечает. — Я не могу сказать.

— Так, хорошо, — решаю пропустить этот вопрос. Личное, понимаю. — Дальше давай. Убежала ты из дома. Чего не вернулась, когда дождь пошёл?

— Я не местная, — да подними ты на меня свой взгляд! Ещё раз глаза увидеть хочу. — Ушла, гуляла по городу, и потерялась.

Глава 3. Дикий

— А позвонить? — спрашиваю со скепсисом. Подозрительно это всё. Аферистка всё же?

— Телефон дома оставила.

— А родители чего не ищут?