«Исцеление прощением»

Исцеление прощением (fb2) - Исцеление прощением 445K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Ирина Королева

Ирина Королева

Исцеление прощением

Чужие интриги дали им шанс на счастье

Рабочий день подходил к концу, и врач Полина Николаевна Бережкова только что закончила заполнять истории болезней своих пациентов. Она зашла в ординаторскую и закурила сигарету. Стоял июль. Жара не спадала даже вечером. Ей хотелось поскорее домой, под холодный душ.

В отделение сегодня поступил тяжелый больной, и мысли Полины все время возвращались к нему. Она подошла к открытому окну, продолжая вспоминать, не упустила ли чего-то важного, когда ставила диагноз.

Дверь коротко скрипнула, и в ординаторскую вошел Максим Петрович Гулов. Они работали вместе вот уже два года. Гулов пользовался хорошей репутацией среди коллег и пациентов. А его привлекательная внешность — высокий рост, голубые глаза — делали молодого доктора любимцем многих женщин. Может быть, именно потому, что он так хорошо выглядел и следил за собой, мало кто сомневался в том, что он хороший специалист и знает свое дело. Но Полина не понаслышке знала о его профессиональных особенностях. Слишком уж часто Максим Петрович забегал к ней спросить совета по поводу то одного, то другого своего пациента. Вероятно, и сегодня он зашел, чтобы обсудить какие-то свои проблемы. Что ж, она готова.

Гулов не особенно ей нравился, но она не привыкла отказывать никому, кто бы ни обратился к ней за помощью. Ведь ходит же она слушать профессора Холмогорова, когда он ведет семинары или выступает на конференциях! В их областной клинической больнице ведется большая научная работа. Однако не только научный интерес подвигал ее на то, чтобы она старалась присутствовать везде, где она может услышать и увидеть Холмогорова. Хотя она себе в этом и не признавалась: он значительно старше, у него взрослые дети, и, кажется, он женат, хотя кто-то недавно обсуждал при ней слухи о его разводе. Впрочем, все это не имеет ровно никакого значения, в который раз говорила себе Полина. Говорить-то говорила, но сердце ее волновалось при каждой встрече с профессором совсем не по-ученически.

Она вежливо улыбнулась вошедшему Гулову и протянула ему начатую пачку сигарет.

Конечно, врач не должен бы курить, пропагандируя здоровый образ жизни личным примером, но изредка они с Гуловым прибегали к этому способу, если требовалось немного подстегнуть нервную систему, когда силы были совсем на исходе, особенно в конце рабочего дня.

— Большое спасибо! — Гулов с готовностью взял предложенную сигарету и закурил. — Ну и жара сегодня! А нам вот приходится работать, это при такой-то духоте! Все нормальные люди давно дома. Только подумайте, мы с вами сейчас могли бы лежать где-нибудь на пляже и загорать!

— Но мы ведь сами выбрали себе такую работу, Максим Петрович, — ответила Полина сдержанно. Она провела рукой по своим светлым волосам и внимательно посмотрела на него. — К тому же лето только начинается. Еще успеем позагорать. Вы хотели о чем-то поговорить со мной? — спросила она, когда Гулов неторопливо затянулся и выпустил дым. — Я, честно говоря, уже собиралась домой. В отделении, кажется, все спокойно.

Максим Петрович чуть откинулся на стуле и еще раз глубоко затянулся.

— Да, собственно, ни о чем. Я к вам просто так зашел, поболтать. Сегодня, и правда, вроде все тихо, слава Богу, без происшествий. Только вот у меня впереди еще целое дежурство, все может приключиться.

— Ничего, оно тоже кончится. Зато потом у вас целый день свободный, — произнесла она утешительно, затушила сигарету в пепельнице и начала снимать халат. Бегло посмотрев на себя в зеркало, она застегнула сумочку и двинулась к выходу.

Максим Петрович встал, чтобы проводить ее. Несмотря на жару, Полина выглядела замечательно, легкое летнее платье открывало ее длинные красивые ноги и подчеркивало стройную фигуру. Гулов оглядел ее с видом знатока.

— Для вдумчивого и серьезного врача вы слишком хорошо выглядите, — неожиданно проговорил он, улыбаясь, а потом спросил: — Зачем вы вообще пошли учиться, а не вышли замуж? Учеба в медицинском — не из легких. А с вашей внешностью вы могли сделать карьеру фотомодели! Не думали об этом? — бархатные интонации Гулова заставили ее слегка покраснеть, но то, что он говорил, казалось ей сущей ерундой.

— Я с детства хотела быть врачом. Знаете, очень любила кукол лечить! Вот и долечилась, — натянуто улыбнулась Полина, еще больше заливаясь краской. Все же комплименты мужчины хоть и смущали ее, тем не менее были приятны.

— А вот если бы я знал, что такая каторга предстоит, то стал бы лучше почтальоном, у них, по крайней мере, нормированный рабочий день. И работа на свежем воздухе! И ответственности никакой.

Полина рассмеялась, и от этого ее лицо стало еще более милым. Волосы спадали ей на плечи мягкими шелковистыми прядями; вся она словно светилась, озаренная лучами вечернего солнца. Кто бы мог подумать, что эта красивая женщина испытывает серьезные проблемы из-за своей привлекательной внешности? Для того чтобы в больнице доверяли ей как специалисту, а не относились просто как к симпатичной женщине, она старалась сделать прическу построже, надвинуть поглубже шапочку. Но это не сильно помогало: однажды какая-то вздорная пациентка даже потребовала у главного врача, чтобы ее лечил «серьезный врач», а не эта, как она выразилась, «легкомысленная особа». Надо отдать должное профессору Холмогорову: пациентку ему удалось усмирить. Он видел и ценил в Бережковой ее профессиональные качества, за что она была ему благодарна. Жаль, что только профессиональные, думалось ей иногда.

— Максим Петрович, не могли бы вы заглянуть к моему пациенту в девятой палате? — спохватилась вдруг она, обернувшись уже у самой двери.

— Разумеется, загляну. А в чем дело?

— Осложнение после операции на брюшную полость. Его привезли к нам из района. Я сделала все необходимые назначения, сейчас ему лучше. Сестру я предупредила. Она очень ответственная и опытная. Но все же… Историю болезни вы можете взять на моем столе, если возникнут какие-то вопросы. Там же и результаты анализов.

— Не волнуйтесь, все будет в порядке, я прослежу, — сказал он, зевнул, прикрыв рот рукой, и потянулся. — Как же я все-таки устал… Вздремнуть бы сейчас хоть пару часиков. Я ужасно вам завидую, Полина Николаевна.

Она снова улыбнулась:

— Вы можете принять душ, пока тут временное затишье. Освежитесь, повеселеете.

— Да уж принимал недавно, мало помогает.

— Ну что же, тогда я желаю вам спокойного дежурства и советую сейчас же выпить кофе. Без ясной головы в нашем деле никуда. Только расслабишься иной раз — и тут же какой-нибудь аврал. Как нарочно!

— Нет, сегодня авралы не предвидятся. У меня чутье на такие вещи, — медленно проговорил он и неожиданно сменил тему: — А вот если бы вы не отказались как-нибудь сходить куда-нибудь со мной… Например, посидеть в кафе. Что скажете? Или опасаетесь, что разговоры пойдут?

— Даже не знаю… такое неожиданное предложение, — растерялась Полина.

— Скажите честно, я вам не нравлюсь? — В голосе Гулова послышались наступательные нотки.

Полина пожала плечами.

— Наверное, вы просто… не совсем в моем вкусе.

— Не в вашем вкусе? Мне всегда казалось, что я нравлюсь женщинам.

Такого поворота их беседы Полина никак не ожидала и ответила чуть более резко, чем, возможно, следовало.

— Я не хочу быть в числе многих. И зачем вам я, если у вас и так достаточно поклонниц? — смилостивилась она до чуть игривого тона и снова взялась за ручку двери. — Я вам больше не нужна? — Она попыталась смягчить свои последние слова и улыбнулась как можно более приветливо. — До свидания.

Она с облегчением покинула ординаторскую. Ну и денек! Из огня, да в полымя. Она шла легкой походкой по коридору. «Как странно видеть больницу такой тихой», — думала Полина, спускаясь к главному выходу. Все ходячие больные оккупировали скамейки в прилегающем к больнице парке, лежачие дремали в палатах.

Охранник при виде ее улыбнулся. Они частенько перекидывались ничего не значащими фразами. Быть на посту целый день было нелегко, а ни к чему не обязывающий разговор хоть немного, но оживлял его однообразное наблюдение за входом и выходом врачей, посетителей и пациентов.

— Уже уходите, Полина Николаевна? — с всегдашней готовностью к разговору спросил он. — Разве не вы сегодня дежурите в отделении?

— Нет, сегодня Максим Петрович. — Полина устала и не старалась поддержать беседу. — Ну и жара у вас тут за стеклом! — добавила она из приличия, почти принуждая себя улыбнуться.

— Да, тяжело работать…