«Стремянной»

Лил Алтер

Стремянной

Этой пьянящей ночью, 30 Апреля 1564 года, стремянной князя Курбского, Васька Шибанов, лежал, как всегда, на кошме под дверью комнаты где спал князь. Обычно по походной привычке он засыпал, как только его взъерошенная голова касалась земли, соломы, подушки, в общем, того, что было, и ни о чем не думал. Жизнь его была проста и понятна: он заботился о княжеской лошади, чистил оружие и доспехи, в бою рубился рядом с князем. Были они с князем погодки, служил он ему с отрочества, и понимали они друг друга без слов.

Но в эту ночь Васька не спал, ворочался и размышлял о том, как бы ловчее поговорить с князем. Он решил жениться и хотел просить у князя разрешения. В последнее время князь был не в духе, и Василий не хотел докучать ему своими заботами, но и ждать больше не мог. Он жил во грехе, и это ему было не по душе. А самое главное, ему не терпелось встать в церкви перед Богом и людьми и сделать своей женой самую желанную в мире женщину.

Он был уже раз женат, но жена умерла лет десять назад, а дети, которых она ему родила, умерли в младенчестве. Василий смирился с тем, что помрет холостяком. Деньги и подарки, которыми щедро награждал его князь за верную службу, он отдавал сестрам, брату да племянникам.

Всё изменилось когда князя назначили наместником в недавно завоеванной Ливонии, и они приехали в Дерпт, а по-русски, Юрьев. Город был издавна эстонским и немецким, но жили в нем и православные: украинцы, белорусы и литовцы. Нравы, однако, больше напоминали нравы Польши или Литвы, а не Москвы или Ярославля. Женщин и девок не держали взаперти, они свободно гуляли по улицам и по базару, одевались ярко и заманчиво.

Набожный князь с семьей молился каждое воскресение в единственном в городе небольшом деревянном православном соборе. Василий всегда стоял позади князя, чуть поодаль. Вдруг он почувствовал, что кто-то смотрит ему в спину.  Повернулся украдкой. На него спокойно, не застенчиво, но и не бесстыдно, смотрели большие зелёные женские глаза. Василий смущённо отвернулся. При выходе из церкви она была рядом. Сказала чуть слышно:

– Меня Анастасией зовут.

Он ответил:

– А я Василий, – и почувствовал легкое прикосновение её руки.

В следующее воскресенье уже сам её выглядывал. Она поравнялась с ним на паперти, и он без слов пошел с ней рядом.  По дороге молчали, но это было как-то даже и хорошо.

Лил Алтер

Стремянной

Этой пьянящей ночью, 30 Апреля 1564 года, стремянной князя Курбского, Васька Шибанов, лежал, как всегда, на кошме под дверью комнаты где спал князь. Обычно по походной привычке он засыпал, как только его взъерошенная голова касалась земли, соломы, подушки, в общем, того, что было, и ни о чем не думал. Жизнь его была проста и понятна: он заботился о княжеской лошади, чистил оружие и доспехи, в бою рубился рядом с князем. Были они с князем погодки, служил он ему с отрочества, и понимали они друг друга без слов.

Но в эту ночь Васька не спал, ворочался и размышлял о том, как бы ловчее поговорить с князем. Он решил жениться и хотел просить у князя разрешения. В последнее время князь был не в духе, и Василий не хотел докучать ему своими заботами, но и ждать больше не мог. Он жил во грехе, и это ему было не по душе. А самое главное, ему не терпелось встать в церкви перед Богом и людьми и сделать своей женой самую желанную в мире женщину.

Он был уже раз женат, но жена умерла лет десять назад, а дети, которых она ему родила, умерли в младенчестве. Василий смирился с тем, что помрет холостяком. Деньги и подарки, которыми щедро награждал его князь за верную службу, он отдавал сестрам, брату да племянникам.

Всё изменилось когда князя назначили наместником в недавно завоеванной Ливонии, и они приехали в Дерпт, а по-русски, Юрьев. Город был издавна эстонским и немецким, но жили в нем и православные: украинцы, белорусы и литовцы. Нравы, однако, больше напоминали нравы Польши или Литвы, а не Москвы или Ярославля. Женщин и девок не держали взаперти, они свободно гуляли по улицам и по базару, одевались ярко и заманчиво.

Набожный князь с семьей молился каждое воскресение в единственном в городе небольшом деревянном православном соборе. Василий всегда стоял позади князя, чуть поодаль. Вдруг он почувствовал, что кто-то смотрит ему в спину.  Повернулся украдкой. На него спокойно, не застенчиво, но и не бесстыдно, смотрели большие зелёные женские глаза. Василий смущённо отвернулся. При выходе из церкви она была рядом. Сказала чуть слышно:

– Меня Анастасией зовут.

Он ответил:

– А я Василий, – и почувствовал легкое прикосновение её руки.

В следующее воскресенье уже сам её выглядывал. Она поравнялась с ним на паперти, и он без слов пошел с ней рядом.  По дороге молчали, но это было как-то даже и хорошо.