«Неукротимая»

Бренда Джойс

Неукротимое сердце

Кэндис заморгала, щурясь от яркого солнца. И тотчас поняла, что она одна – индеец исчез. Девушка села, придерживая рукой одеяло; сердце ее гулко забилось от тревоги.

– Доброе утро.

Вскрикнув, Кэндис повернулась в сторону зарослей кактусов и зарделась, когда увидела, чем занят индеец. Он затягивал шнуровку штанов. Она поспешно отвела взгляд.

– Проголодалась?

В ярком свете дня он выглядел совершенно иначе. Оказалось, что волосы у него не черные, а темно-каштановые, мерцавшие на солнце теплыми бликами. Кэндис никогда не видела таких светлых, серебристо-серых глаз. Лицо его поражало правильностью черт, как и совершенный торс, покрытый рельефными мускулами, игравшими под влажной кожей. Мягкие кожаные штаны облегали мощные бедра.

– Ты что, давно мужчину не видела?

– Не понимаю, о чем это вы. Скажите лучше, где моя одежда?

Он кивнул направо. Кэндис увидела свои вещи, развешенные для просушки на кактусах, в том числе кружевные панталоны и сорочку. Покраснев, она решилась задать вопрос, не дававший ей покоя:

Он посмотрел на нижнее белье девушки.

– Вы это сделали?

– Что именно?

– Вы… – Она запнулась. – Вы изнасиловали меня? Он метнулся к ней и, схватив за плечи, прорычал:

– Похоже, тебе не терпится, чтобы я это сделал. Кэндис растерянно заморгала.

– По-твоему, я изнасиловал тебя во сне? – Он встряхнул ее. – Тебя это возбуждает, да?

– Нет, – всхлипнула она.

Их лица находились так близко, что Кэндис ощущала его теплое дыхание и прикосновение колючего подбородка. Его тонко вырезанные губы оказались прямо перед ее глазами.

– Тебе не терпится узнать, каково это, когда полукровка берет тебя? – Зарывшись пальцами в ее волосы, он запрокинул ее голову назад. – Да?

– Нет! – выкрикнула Кэндис. Внезапно он отпустил ее и выпрямился.

– Когда же до тебя дойдет? – с отвращением бросил он. – Этот полукровка не намерен насиловать тебя, а тем более скальпировать и убивать.

Слова индейца ничуть не успокоили ее. Она не смела пошевелиться, а когда решилась поднять глаза, его не было рядом.

Если он не собирается ее трогать, какая же участь ей уготована? Может, он продает белых женщин в рабство индейцам? И даже если он сам не коснется ее, это могут сделать другие? Лучше умереть, чем быть изнасилованной десятком индейцев.

Фыркнула лошадь.

Кэндис стремительно обернулась и увидела вороного жеребца, щипавшего сухую траву. Его ноги были перехвачены сыромятным ремнем. Она не могла поверить в свою удачу.

Наспех одевшись, Кэндис натянула сапоги и бросилась к коню. Он вскинул голову, скаля зубы.

– Тише, тише, хороший мальчик, – проворковала она. Жеребец явно не доверял ей. Протянув руку, она осторожно погладила его по мощной шее. Он отпрянул, но слегка расслабился.

– Молодец, – прошептала девушка.

Схватив красную попону, она набросила ее на спину вороного, а затем, поднатужившись, взгромоздила сверху сорокафунтовое седло. Она тяжело дышала от напряжения, спешки и страха. Не переставая ворковать, Кэндис перебросила через шею коня поводья и, нагнувшись, распутала ремни, которыми его стреножил хозяин. Отбросив их в сторону, она тревожно огляделась. Хвала Господу, индейца нигде не было. Поставив ногу в стремя, девушка взлетела в седло.

– Зря ты это затеяла, – произнес голос у нее за спиной, и сильные ладони сомкнулись на ее талии.

Кэндис отчаянно вцепилась в луку седла, нащупывая ногой второе стремя, но в мгновение ока оказалась на земле.

– Так ты еще и лошадей крадешь?

– И не собиралась!

Он притянул ее к себе, так что их тела соприкоснулись.

– Ну да. Тебе просто захотелось проехаться верхом.

– Отпустите меня! – выкрикнула Кэндис.

– Что ты за женщина? Прошлой ночью чуть не огрела меня по голове камнем – и убила бы, дай тебе волю. Сегодня вздумала украсть моего коня и бросить меня погибать в пустыне. Ума не приложу, как меня угораздило спасти такую неблагодарную особу. – Джек обжег ее взглядом.

Кэндис вся дрожала от отчаяния и злости.

– А что еще мне делать? Ждать пока… пока вы…

– Я же сказал, что не причиню тебе вреда.

– Вы собираетесь отдать меня своим индейским дружкам, – выпалила она.

Его губы сжались.

– Понятно.

– Я скорее убью себя, чем позволю дотронуться до меня, – прошептала Кэндис, глядя в самые холодные глаза, какие ей приходилось видеть.

– Сомневаюсь, мисс Картер. Она опешила.

– Вот что, значит, тебя мучит. – Протянув руку, он потер ее подбородок костяшками пальцев.

Кэндис не шелохнулась.

– Если бы я не был апачи, то догадался бы. – Он обхватил ладонью ее подбородок. – Не все индейцы одинаковы. Такая простая мысль не приходила в твои лилейно-белые мозги? Апачи – не команчи. Мы чтим женщин и детей.

Девушка, оторопев, смотрела на него.

– Вы лжете! Все знают, что это неправда.

Индеец повернулся к ней спиной и бросил через плечо:

– Разведи костер, пока я соберу вещи. Неожиданно осмелев – возможно, из-за его успокаивающих слов, – Кэндис схватила его за рукав.

– Постойте! Если вы не собираетесь продавать меня в рабство, то, что намерены делать со мной?

– То, что сделал бы любой цивилизованный человек. Отвезу тебя домой.

Он стоял в стороне от всех, небрежно прислонившись к дубу, одетый с иголочки. Кэндис не верила своим глазам, пораженная подобным преображением. На нем были новенький, без единого пятнышка стетсон, белая сорочка, красный шейный платок и черные брюки, заправленные в превосходные сапоги. Их взгляды встретились. У потрясенной Кэндис перехватило дыхание.

– Кто это? – ревниво спросил Тим.

– Это Джек Сэвидж, – еле слышно вымолвила она. Магро круто повернулся, вытаращив глаза:

– Тот полукровка?

– Тим, не обращай внимания. Он спас мне жизнь. В конце концов, Джек Сэвидж имеет такое же право, как и все, находиться здесь.

– Будь я проклят, если имеет! – прорычал Тим. – И мне не нравится, как он смотрит на тебя.

– Если ты устроишь сцену, – предупредила Кэндис, – я никогда тебя не прощу.

Она увела Тима из круга танцующих, стараясь не оглядываться. Сердце ее бешено колотилось. Зачем он здесь? О, как Джек мог совершить подобную глупость? Работники с «Хай-Си» наверняка узнают его, несмотря на новую одежду, а если нет, то можно ждать любой выходки от Марка.

Зачем он сюда явился?

– Не могу поверить, что ты вступаешься за него, – резко заметил Тим.

– Что? Тим, мне очень хочется пить. Не принесешь ли лимонаду?

Проводив взглядом Тима, Кэндис вынула носовой платок и вытерла вспотевшее лицо. Руки ее дрожали. Не отнимая платка от лица, она украдкой взглянула на Джека сквозь кружевную кромку.

Он по-прежнему смотрел на нее. Стоявший в стороне от веселившейся толпы, он казался таким одиноким. И необыкновенно красивым. Сердце у нее защемило.

Появился Тим с лимонадом. Кэндис сделала вид, что рассматривает царапину на руке.

– Спасибо, Тим. – Ослепительно улыбнувшись, она взяла его под руку и увлекла за собой.

Джек остро ощущал свою непричастность к царившему вокруг веселью. Это состояние не было для него новым. Он был чужаком везде, сколько себя помнил, но никогда еще это не задевало его до такой степени.

Несколько пар кружилось под музыку. Кэндис, Магро и еще один ковбой расположились на одеяле под деревом. Подошел третий мужчина и пригласил ее на танец. Кэндис отказалась, одарив его милой улыбкой.

Сердце Джека затрепетало, когда она, извинившись перед своими поклонниками, направилась в его сторону. Не может быть! Его прошиб пот. Кэндис остановилась, заговорив с какой-то парой, засмеялась, искоса взглянув на него, и двинулась дальше. Она действительно шла к нему!

– Здравствуйте… мистер Сэвидж.

Джек кивнул, пытаясь принять небрежный вид.

– Мисс Кэндис. – Он сглотнул, глядя в ее темно-голубые глаза, и переступил с ноги на ногу. – Вы сегодня очень красивая.

– Вообще-то это траурное платье.

– Я понял.

– Я… не ожидала встретить вас здесь. Джека охватил гнев.

– Не волнуйтесь, я привык соблюдать дистанцию, – саркастически заметил он. – А вот вам не следовало подходить ко мне.

– Конечно, но…

– Вам не с кем поговорить. И вы не взяли себе еду.

– Только не нужно меня жалеть.

– Никто вас не жалеет! – Кэндис сверкнула глазами. Повисла неловкая пауза.

– Вы хорошо танцуете, – вдруг сказал Джек, думая о Магро и не решаясь спросить, в каких они отношениях.

Кэндис ослепительно улыбнулась:

– Вы хотите танцевать?

Джек оцепенел и не сразу ответил:

– Я не умею.

Кэндис нахмурилась, но в следующее мгновение схватила его за руку.

– Я научу вас.

Не дождавшись ответа, она придвинулась ближе и положила его руку на свою тонкую талию. Джек ощутил ее аромат и близость.

– Это очень легко, – улыбнулась Кэндис.

– Я отдавлю вам ноги.

– Ничего. Надеюсь, ваши новые сапоги не жмут?

– Нет, – солгал Джек.

– Два шага и прыжок, – пояснила Кэндис. – Делайте, как я. Раз, два, прыжок.