«Вкус нашей ненависти»

Джули Дейс

Вкус нашей ненависти

Первый раз. Первый раз в жизни я опаздываю. Дорога перекрыта, и этот факт заставляет меня сделать огромный крюк, чтобы добраться до нужного места. Я ненавижу это. Ненавижу опаздывать на встречи. На моей памяти нет ни одного опоздания, наоборот, именно я была той, кто приходил вовремя, делал заказ, успевал разложить документы и идеи на поверхности стола до того, как нога клиента переступала порог. Официально заявляю: день-наоборот сегодня.

Или не сегодня.

Я обвожу взглядом террасу, на которой не вижу Дэни и Энди, а это почти как светлая надежда на то, что они тоже опаздывают. Я обязательно отмечу этот день в календаре, как небесное спасение, после чего накормлю свою малышку лучшим бензином за то, что не пошла на поводу обстоятельств и не подвела. Мне удаётся выпить кружку кофе, зарядив себя бодростью на предстоящий день. Больше никогда не буду болтать с девочками до ночи, хотя, стыдно об этом говорить, ведь нас разделяет три часа. В то время, как стрелка их часов перевалила за три ночи, я встретила ровно полночь. Хочется ударить себя по лбу и вырезать на нём что-то типа: «Не на что жаловаться». Сейчас козыри в руках Лизи и Алекс, а не моих, кстати, наш чат уже вторую минуту разрывается благодаря сообщениям, но я не могу и глазом туда заглянуть, стараясь подготовить предстоящее обсуждение.

– Извини, Беккс, гребаную дорогу перекрыли, пришлось ехать в обход, – уведомляет голос жениха с именем Дэни, который знаком мне благодаря отношениям с Райном.

Поднимаю глаза и на месте его невесты, обнаруживаю ещё тройку парней, что любопытно изучают и оценивают меня. Всю меня.

– Привет, – вежливо улыбаюсь и согласно киваю, игнорируя оценки, которые они выставляют в виде невидимых табличек, поднятых в воздух. – Я делала то же самое. И, так понимаю, сегодня обсуждаем что-то другое?

– Нет, Энди слегла с простудой, буду её заменять.

Сдерживаю смех, потому что жених – это тот, кто чаще всего соглашается с идеями невесты, какими бы чудными они не были. Это почти его участь и проклятие, когда дело касается свадьбы.

– Можешь смеяться, – говорит он, когда парни занимают свободные стулья. – Я запомнил всё, что она говорила. Если разбудят, первое, что скажу: розы должны быть не ярко розовые, а нежно-розовые, почти белые.