«Беременна в расплату»

— Пойдем, Мари! Быстрее! Нужно спешить!

Меня с силой тянут назад чужие руки.

— Он! Он там! Таааам! Как вы не понимаете! Мне надо! К нему! Его надо спасти! Бадрииииид!

Бьюсь в их руках раненой птицей.

Как они могут? Как не понимают? Каждая секунда на счету!

— Мы ничем не поможем! Ничего не сделаем! Мари, там достаточно людей! Если можно спасти, то его спасут! Бежим! Пока и нас здесь не накрыло!

— Нет! Мы должны! Должны что-то сделать! Шанс есть! То крыло не пострадало! А он спит! Потому что я его опоила! Мы опоили! И мы должны достать его оттуда! Должныыыыы!

Боже! Я же этого себе не прощу! Никогда не прощу!

Он там беспомощный, и из-за меня! А я должна бежать? Спасаться? Неееет!

— Мари, бежим! Иначе нас тоже накроет! Из-под этих обломков нам тогда не выбраться!

— Но он… Он…

Рвусь из их рук. Вырываюсь. И лечу вниз, как подкошенная, до костей раздирая колени.

Ослепительный всполох и там. Вместе со стеклами вылетают вещи из его кабинета. Из спальни.

— Нет. Нет, нет, нет, — беззвучно шевелю губами, прижимаю руки к сердцу. А голоса нет. Один сорванный хрип со свистом.

— Мари. Если успели, то его вытащили оттуда! А если нет… То уже поздно! Ты должна думать о малыше!

Черное пламя клубится. Подбирается к туннелю. Уже сейчас в горло забивается едкая гарь.

— Бежим, иначе мы здесь задохнемся! Ребенок, Мари! Ребенок!

Меня встряхивают крепкие руки охранника. А Лора орет так, что звенит в ушах.

Ребенок. Да. Я должна ради него.

Мое сердце рвется туда! К нему! Быть вместе! В жизни или в смерти! Потому что даже она не должна нас разлучить! Он обещал! Он обещал, что в ад спустится за мной! А я? Я его предала! Я его практически убила!

— Давай, Мари. Поднимайся! Бежим! Ты ничем не поможешь, особенно своей смертью! И смертью малыша!

И я позволяю схватить меня за повисшую руку.

И даже бегу вслед за несущейся вперед Лорой.

Может, и правда кто-то успел? Может, его спасли?

— Нет, нет, нет, нет!

Бьется внутри уже немой крик.

Но я несусь вперед. Не к нему, а оттуда. На полной скорости.

— Быстрее, Мари, — я снова останавливаюсь, задыхаясь и оборачиваясь назад.