«Башня Безмолвия»

Дон Уиллис

«Башня Безмолвия»

Don Willis

«The Tower of Silence» (1924)

Мы проводили время в самой жаркой части южной Персии со змеями, арабскими шейхами и песчаными блохами, которые приставали к нам в меру своих разнообразных способностей. Гривз был одержим идеей, что мы нашли то, что когда-то было задним двором одного из древних ассирийских царей, который ездил на своих двухколесных колесницах туда и сюда по дорогам этого края. Со своей стороны хочу сказать, я не был в этом уверен. Но я понимал, что любая еда, кроме твердого хлеба и мясных консервов, на которых мы жили последние шесть недель, мне будет приятна на вкус.

На нашей карте был обозначен местный городок примерно в шестнадцати милях к востоку. Мы бросили пенни, чтобы посмотреть, стоит ли нам обоим идти туда пешком, или я должен рискнуть один и вернуться со всем, что смогу найти в виде свежего мяса и овощей. Пенни упал орлом вверх, и я был вынужден отправиться в путь в одиночестве. Но не совсем один, потому что старого Мизру, одного из наших носильщиков, убедили пойти со мной. Потребовалась большая настойчивость, чтобы заставить его пойти, и мне стало интересно, что же было у него на уме. Он вел себя как человек, который увидел призрака на кладбище и не хочет возвращаться туда, если только это не является вопросом крайней необходимости. Как я понял, ни сам город, ни это путешествие не вызывали у него страха. Скорее всего, это было какое-то местное суеверие, поэтому я решил не заострять на этом внимания.

Прежде чем мы отправились, Мизра настоял на том, чтобы слегка смазать грязью мой лоб, и пробормотал несколько гортанных слов на своем родном языке, когда делал это. Он был серьезен, поэтому я пожал плечами и позволил ему сделать то, что он хотел. На самом деле я приехал сюда, чтобы взглянуть на некоторые из странных обычаев местных племен, порожденные таинственной землей, где они жили. Я давно принял их свободные хлопковые халаты и сандалии, потому что нашел их более удобными, чем плотно прилегающие туфли, рубашки и брюки цивилизации. Солнце и горячие ветра затемнили мою кожу до темно-коричневого медного цвета, так что даже когда я был полностью раздет, меня с трудом можно было отличить от людей пустыни, которые составляли нашу маленькую свиту носильщиков и помощников.