«Золотая тьма»

Мария Петренко

Золотая тьма

Быть для кого-нибудь причиною страданий и радостей, не имея на то никакого положительного права, – не самая ли это сладкая пища нашей гордости? А что такое счастие? Насыщенная гордость.

Из дневника А

24 декабря 1895 года

Я победил. Об этом мне всегда говорил отец: передо мной всегда открывались любые двери и расстилались любые ковры. Если бы жизнь стала моим противником в карточной игре, мой козырной туз с лёгкостью накрыл бы её шестёрку.

Однако, чтобы одна звезда зажглась, надобно, чтобы иная навеки погасла.

Высказывание это шло бок о бок со мной всю жизнь, ведь даже рождение моё, кажется, оказалось тому предзнаменованием. Моя матушка даровала мне жизнь, отдавая свою собственную. Единственные друзья мои убеждали в шутку, что с самого появления на свет я приношу женщинам страдания, желаю я того или нет.

Я привык к вольности как души, так и тела. Женщины любят меня, а мне не доставляет никаких трудностей убедить их в том, что и моё сердце отвечает на их жеманства взаимностью. Не сочтите меня безбожным мерзавцем, я всё же порядочный человек, пусть и не совсем честный.

Год тому решился я покинуть родную Москву, чтобы свет Петербурга смог озарить меня с любой стороны, но смог посетить отечественную Венецию лишь теперь. И вот не позднее трёх суток до Рождества Христова 1895 года, спустя немногим более месяца после дня 25-летия моего, на Рождественском балу бесполезно-праздная жизнь моя вдруг обрела хоть какую-то цель.

Думается, мне всё же удастся её достичь. Непременно.

Часть 1

Санкт-Петербург, 1895–1896 гг

Просторный гостиничный номер сменил долгоиграющее спокойствие на лёгкую, невидимую нервозность, перенимая её у прежне покойного обитателя.