Table of Contents

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

***

Глава двадцать третья

Эпилог

•  
• Пролог
• Глава первая
• Глава вторая
• Глава третья
• Глава четвертая
• Глава пятая
• Глава шестая
• Глава седьмая
• Глава восьмая
• Глава девятая
• Глава десятая
• Глава одиннадцатая
• Глава двенадцатая
• Глава тринадцатая
• Глава четырнадцатая
• Глава пятнадцатая
• Глава шестнадцатая
• Глава семнадцатая
• Глава восемнадцатая
• Глава девятнадцатая
• Глава двадцатая
• Глава двадцать первая
• Глава двадцать вторая
• ***
• Глава двадцать третья
• Эпилог

Пролог

Медсестра склонилась над мальчишкой, наблюдая через большой хирургический разрез, проходящий от верха груди до живота, как бьется его сердце, и как расширяются и сокращаются легкие. Все жизненно важные вены и артерии уже были каутеризированы и зашиты с помощью скобок и ниток. Хирург ушел заниматься другими пациентами вскоре после того, как закончил последний разрез, а ее оставил зашивать рану.

На Коламбия-авеню кто-то открыл огонь из проезжающей машины. Пострадали пять подростков, не считая ее пациента. Двое уже отправились в морг. Скончались по дороге в больницу. Остальные трое находились в соседних операционных. Она слышала их крики. В ту ночь произошло еще несколько перестрелок. Обычная субботняя ночь. Медсестра едва успела смыть с рук кровь одной жертвы, как вкатили следующую. Она чувствовала себя фронтовой санитаркой. Западная Филадельфия, как Южная и Северная, превратилась в зону боевых действий.

Когда реанимационная была перегружена, врачи оставляли медсестер зашивать их пациентов. К тому же, ей они доверяли. Она была одной из лучших сотрудниц. Первая кандидатура на должность старшей медсестрой. Никогда не теряла хладнокровия, не боялась крови и смертей, никогда не давала воли эмоциям, как некоторые другие медсестры. Всегда была уверенной в себе, профессиональной, спокойной и эффективной, хотя и несколько замкнутой.

Она стояла над мальчиком и держала иглу, медицинскую нитку и хирургические скобы. Анестезиолог тоже ушел. В помещении находилась лишь еще одна медсестра, которая пересчитывала тампоны и полотенца, чтобы убедиться, что ничто из них не осталось внутри пациента.

Мальчишке было не больше шестнадцати. Почти вся верхняя часть торса у него уже была покрыта татуировками, как у якудза. Только вместо витиеватых драконов, самураев и карпов кои у него была изображена мешанина из надгробий, пистолетов, библейский цитат, распятий, фраз из хип-хоп-песен, имен и портретов умерших друзей и бывших любовниц. Это был ходячий билборд, рекламирующий бандитский образ жизни.

Между татуировок, а местами и прямо посреди них виднелись пулевые и ножевые ранения, хирургические швы. Некоторым - несколько недель, некоторым - несколько лет. Три были совершенно свежими, только что зашитыми, наряду с последним, все еще зияющим разрезом, через который хирург удалил несколько пуль и снова заштопал внутренности.

Рука мальчишки была в гипсе - там, где пуля раздробила лучевую и локтевую кости. Медсестра видела его раньше. Помогала накладывать шину, которая сейчас удерживала заживающие кости. Она даже узнала свои стежки среди множества хирургических шрамов. Это был постоянный клиент.