«Байки могильщика»

Байки могильщика (fb2) - Байки могильщика (пер. Константин Сергиевский) 32K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Саймон Кларк

Саймон Кларк «Байки могильщика»

САЙМОН КЛАРК «БАЙКИ МОГИЛЬЩИКА»

Саймон Кларк,

Константин Сергиевский

DARKER. №6 июнь 2018,

20 июня 2018 г.

Саймон Кларк

Simon Clark, “The Gravedigger's Tale”, 1989 ©

— Господи! — воскликнул электрик, отшатнувшись от огромного, объемом в сотню кубических футов, морозильника. — Зачем потребовалось их выкапывать?

Могильщик — обветренный, сухощавый, за шестьдесят, недокуренная сигарета за ухом — ухмыльнулся, показав неровный ряд желтых обломков, когда-то бывших зубами.

Он наклонился вперед, опершись голыми морщинистыми предплечьями о крышку морозильника.

— Новая объездная дорога. Будет проходить через вон ту половину кладбища, поэтому, прежде чем приступят к строительству, мы должны всех их выкопать и перезахоронить

на отведенной муниципалитетом земле.

Поморщившись, электрик вытер ладони о комбинезон.

— Наверное, то еще было зрелище. Ну, они ведь умерли довольно давно.

— Еще бы. Хоронить тут начали с 1836 года. Так что… большинство гробов успело как следует сгнить. Поэтому, когда мы пытались поднять их, — он издал влажный

треск, — они просто складывались — просто сминались, словно мокрые картонные коробки. И все содержимое выливалось наружу.

Могильщик ожидал реакции молодого человека.

— Господи. — Тот вытер губы, словно что-то маленькое, но очень отвратительное только что попало ему в рот. — У вас крепкий желудок.

Могильщик узнал интонации, звучавшие в голосе молодого человека. Тревога, отвращение, беспокойство. Он оглядел электрика с головы до пят. Белая шляпа с

мягкими полями, безвольный подбородок и широко распахнутые глаза — вот парень, готовый поверить во что угодно. Людей подобной породы можно отыскать на

любой фабрике, в каждом магазине или офисе. Они, если им поручить, добросовестно отправятся на склад, чтобы попросить у кладовщика сверло для треугольных

отверстий или ведро компрессии. Весь этот скучный день могильщик занимал себя десятком дешевых сигарет, пятью чашками чая и турниром в дартс с самим собой,

но судьба и неисправный морозильник в кладбищенской сторожке подарили ему развлечение в лице молодого электрика, который, по мнению могильщика, был зелен,

как кочан капусты.

— Я заварю чай. Когда ты закончишь, наверняка захочешь пить.

— Да, спасибо. Проблема с этим агрегатом возникла из-за того, что он установлен слишком близко к окну. Прямой солнечный свет заставляет его перегреваться.

Думаю, ремонт не займет много времени.

Он оглядел неопрятное помещение с кирпичным полом. Лопаты, заступы, кирки, ржавые железные прутья, расставленные по пыльным углам, пожелтевшие рулоны с

планами кладбища, сваленные вдоль гофрированных металлических стен. В дальнем конце комнаты стоял стол, заставленный потрескавшимися кружками, сигаретными

пачками, грязными молочными бутылками. Над всем этим возвышался асбестовый потолок, украшенный множеством крошечных трупов пауков, которые умерли и мумифицировались

в сухом воздухе.

— Копать все еще продолжают? — спросил электрик.

— Да. — Старик аккуратно опустил чайные пакетики в двухпинтовые кружки. — Они сейчас работают на верхней стороне. Посмотри. — Он указал коричнево-желтым

от табака пальцем на окно. Через грязное, затянутое паутиной стекло можно было разглядеть двух человек, копающих на кладбище. — Там они собираются перезахоронить

Джеймса Хадсона, старого мэра. Верхняя сторона, видишь ли, для местных шишек — врачей, адвокатов, олдерменов. Нижняя — для работяг вроде тебя и нищих.

— Значит, здесь пройдет новая дорога. — Молодой человек вернулся к работе, при помощи отвертки проверяя провода.

— Угу… И поэтому всех их нужно было перезахоронить. — Могильщик облизнул губы. — Эксгумировать, да.

Взяв чайник с одноконфорочной электроплитки, он прохромал к морозильнику, наполнил кружки кипятком, а затем замер, задумчиво глядя на поднимающийся пар.

— Да, плохое это дело, могилы раскапывать. Такого порой насмотришься, что потом в себя прийти не можешь. Знаешь, вскрыв гробы из некоторых старых могил,

мы обнаружили, что покойники…

Глаза электрика широко распахнулись.

— Они переместились.

— Переместились? Тела переместились?

— Ну, в прежние времена людей иногда хоронили заживо. Не специально, конечно. Некоторые из них были в коме, настолько глубокой, что их признавали мертвыми

и хоронили. Конечно, когда они приходили в себя… — Он взглянул на электрика, чтобы понять, какое впечатление производит на него эта история. — Нет света,

нет воздуха, они задыхаются, пытаются вырваться, но над ними шесть футов земли, и никто их не может услышать. Они кричали, сражались, колотились в крышку,

выдыхали весь кислород, и тогда… тогда они умирали.

— Как они выглядели?

— О… ужасно. Видишь ли, содержащиеся в почве соли консервируют трупы, сохраняя их, только цвет становится ярко-желтым. Помимо цвета, они выглядели точно

так же, как в день своей смерти. Вот так! — Могильщик выпучил глаза, скорчил гримасу паники и непереносимого ужаса, скрючил свои коричневые от табака пальцы

в подобие когтей и выгнулся всем телом, изображая процесс невыносимой агонии. — Они застыли вот так, будто статуи.

— Господи… это ужасно.

— О, я видал вещи и похуже, парень.

— Ч-что может быть хуже, чем это? — Молодой человек поперхнулся чаем.

— Ах… это было два дня назад. Когда мы откопали Роуз Бёрсвик. Когда мы открыли крышку, то увидели… ах, нет… нет. — Он тяжело покачал головой и отхлебнул

чаю. — Нет. Это так ужасно, что я не могу заставить себя… нет.

Но он продолжал описывать в подробностях другие ужасные случаи.

— Старина Вальтер Уэлсон. Мой дядя был могильщиком, когда его похоронили летом 1946 года. Уэлсон был самым толстым мужиком в округе — двадцать стоунов

весом [127 килограммов. — Прим. ред.], а то и больше. Потребовалось время, чтобы сколотить ему подходящий по размеру гроб, и до него успели добраться мясные

мухи. И когда мы вскрыли его гроб, это было похоже на открытие пакета с длиннозерным рисом. Его невозможно было разглядеть. Только холмик личинок, белых

и твердых, как сухой рис. Затем они рассыпались. Больше никогда в жизни не смогу есть рисовый пудинг.

Могильщик указал на что-то маленькое и белое на кирпичном полу.

— Вот, кстати, одна. Должно быть, прилепилась к моим сапогам.

Могильщик с удовлетворением наблюдал, как молодой человек нервно взглянул на белый комочек.

— О Господи, — пробормотал он, теребя ворот рубашки. — Ужасно.

— А вот еще было…

У могильщика оказались в запасе истории с могильными червями, крысами, даже кроликами — «видишь ли, кролики роют норы и устраивают гнезда в гробах, и мы

не раз находили крольчат, которые скакали внутри пустых реберных клеток», — а еще были рассказы о припрятанных в гробах драгоценностях, и о монетах, которые

клали на глаза покойникам — «разумеется, когда глазные яблоки высыхают, они прочно пристают к ним, поэтому, когда ты пытаешься взять монету…», — а затем

вновь вернулся к личинкам. И тут могильщик заметил, что интерес молодого человека ослаб, он уже закончил замену задней панели морозильной камеры и допивал

свой чай, не обращая внимания на то, что ему рассказывают.

Пришло время извлечь туз из рукава.

Вздохнув, могильщик достал из-за уха окурок и не спеша его раскурил.

— Знаешь, никак не могу выбросить из головы последнюю, что мы выкопали. Роуз Бёрсвик.

Глаза электрика сосредоточились на могильщике.

— Вы имеете в виду что-то действительно… ужасное?