«Корень Ампой»

Кларк Эштон Смит

КОРЕНЬ АМПОЙ

The root of Ampoi (1949)

В Оберн прибыл цирк. Запасной путь на станции заполнился длинной вереницей вагонов, из которых доносилась смесь экзотических завываний, рычаний, ворчаний и трубного слоновьего гласа. Слонов, зебр и верблюдов водили по главной улице; а по городу прогуливалось множество цирковых уродов и артистов.

Грациозно ступая, с видом моделей, вышедших на подиум, мимо прошли две бородатые женщины. Затем появилась целая труппа карликов, ковылявших подобно угрюмым, искушённым многолетним опытом детям. А потом я увидел великана, немногим более восьми футов ростом и великолепно сложенного, без всяких признаков непропорциональности, которая часто свойственна гигантизму. Он был просто превосходным физическим образцом обычного человека, несколько больше натуральной величины. И даже на первый взгляд, в его чертах и походке было что-то, что наводило на мысль о моряке.

Я — доктор; и этот человек вызвал моё врачебное любопытство. Его необычные размеры и рост без признаков акромегалии[1] были явлением, с которым мне ещё не доводилось встречаться раньше.

Должно быть, он почувствовал мой интерес, потому что ответил мне вопросительным взглядом, а потом подошёл, раскачиваясь, словно моряк.

— Послушайте, сэр, где в эт’м городишке парень может купить выпивки? — осторожно спросил он.

Я быстро принял решение.

— Идите со мной, — ответил я. — Я аллопат, и без лишних вопросов могу сказать, что вы нездоровы.

Мы были всего лишь в квартале от моего офиса. Я провёл великана вверх по лестнице в мой частный рабочий кабинет. Он почти заполнил собой всё пространство, даже когда сел по моему настоянию. Я достал бутылку ржаного виски и щедро налил ему стакан. Он осушил его с явной признательностью. Поначалу, при нашей встрече он выглядел изнурённым, источая флюиды лёгкой депрессии; теперь же начал оживляться.

— Глядя на меня, не подумаешь, что я не всегда был таким проклятущим великаном, — начал он, словно разговаривая сам с собой.

— Выпейте ещё, — предложил я.

После второго стакана он продолжил, немного скорбно:

— Нет, сэр, Джим Нокс не всегда был клятым цирковым уродом.

Затем, без особых уговоров с моей стороны, он поведал мне свою историю.