«Перекресток»

Перекресток (fb2) - Перекресток (Дорога (Сафонов) - 2) 2308K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Александр Алексеевич Сафонов

Александр Сафонов

Перекресток

Глава 1

— Хинлай шинтья! Хинлай шинтья! — Это у меня будильник такой. Разбаловался, утром трудно просыпаться. Позёвывая, зашнуровываю кроссы. Пятый день как бегаю по утрам, теперь мне всё можно.

— Ты куда собрался? — Заспанная Кира бредёт в ванную. — В окно смотрел?

— Нет, а что там?

— Дождь! Холодный и мокрый. Хочешь заболеть? Я сидеть не буду с тобой.

Напугала! Что нам дождь! Лифт так медленно ползёт — выспаться можно.

— Доброе утро тётя Таня! — приветствую консьержку. — Вы мне откроете потом? А то ключи положить некуда.

В подъезде электронный замок. И звонок для вызова консьержа. А я бегаю в одних спортивных трусах.

— Ты что Денис? С ума сошёл? Там ливень такой!

Что меня все с утра запугивают? Выхожу на улицу. Хм. Действительно ливень. Что же делать? Одна половина меня тянет в тепло, под мягкое одеяло. Другая — упрямая, предлагает бежать. Хочешь, чтобы над тобой смеялись — дождя испугался? Решительно прыгаю в мокро-серую пелену. Бр-р-р, как холодно! Увеличение скорости не помогает, охлаждение сверху работает лучше, чем нагрев. Вот же упрямый идиот! Сидел бы в тепле! До парка добежал, дальше стало проблематично. Трусы намокли и норовят сползти. Бегать голым — к такому подвигу я еще не готов. Хватит на сегодня, теперь никто уже не обвинит меня в трусости! Назад домчался быстрее, жму звонок.

— Ой, горе ты моё! Я тебе полотенце дам сейчас!

— Не нужно, теть Тань, я в душ все равно!

Ограниченную пробежку компенсирую игнорированием лифта. Шестнадцатый этаж — 256 ступенек. Взмок больше, чем от дождя!

— Уборку ты сегодня делаешь! — Кричит Кира вслед моим мокрым следам. Душ включаю горячий, холодный уже был. Хорошо! По прогнозу дожди на неделю, выдержу я неделю таких пробежек?

— Хватит тебе бездельничать, — говорит дядя Юра за завтраком. — Сегодня мне некогда, а завтра оформлю тебя в школу.

— А документы? Или как Лиена оформлять будешь? — С паспортом для меня задержка. Во-первых, я числюсь погибшим, во-вторых — гражданином США. Через суд нужно доказать, что я — это я, а потом просить о гражданстве. Гриша предлагает подождать до конца лабораторных исследований. Говорит — потом выйдут на президента с прошением. Как бы за заслуги перед Родиной. В итоге, из документов у меня только РВП на Ли Ена.

— Я разговаривал с Викой. То есть с твоей мамой, — посмотрел на меня крестный, как я отреагирую. — Она пришлёт факсом заверенную копию свидетельства о рождении. По ней и устроим тебя. Сегодня приедешь ко мне после двух, свожу тебя в нашу ведомственную поликлинику — справку сделаем для школы.

— Я мог бы и экстерном, потом сдать. Но надо, так надо, — особо не сопротивляюсь. Мысли о другом. — А откуда у неё моё свидетельство?

— Решением последнего суда тебя передали ей. Документы отец сразу отдал, а тебя должен был привезти в «тот день». Странно, что он не сказал куда вы едете.

— Ничего странного, — отворачиваюсь к окну. — Я бы не поехал, если знал. Только в связанном виде.

— Да, упрямый ты с пеленок был. Пока не добьешься, чего захочешь — не успокоишься. Денис, теперь-то ты знаешь всё. Поговоришь с мамой? — Это не первая попытка меня уговорить.

— Нет! Не хочу, — встаю из-за стола, ухожу и закрываюсь в ванной. Плохо меня буддизму учили. Эмоции зашкаливают, причем сам не могу понять — какие именно. Внутренне я очень хочу увидеть маму. Любил её в детстве значительно больше, чем отца. Он был постоянно в работе, на меня у него не было никогда времени. После её ухода я был потрясён — как она могла уйти без меня? Отказывался говорить с ней по скайпу, но всё время ждал, что мама приедет и заберет меня. Потом в какой-то момент перестал ждать. Сблизился с отцом, был с ним и на работе и дома. А теперь мне говорят, что всё это было запланировано. Мной, видите ли, «пожертвовали»! Нет, не готов я еще к разговору. Возможно когда-нибудь потом.

Слышу, как на кухне Кира отчитывает крестного, что не нужно на меня давить. С Кирой у нас полная гармония — она за меня заступается, я за неё. Её мама умерла при родах, сначала с ней моя мама возилась, потом у нас была одна няня на двоих. Кира младше меня на полгода.

— Можно к тебе? — скребется в дверь. — Папа ушел уже.

— Входи, — отодвигаю задвижку. Кира, войдя, бросает на меня быстрый взгляд и усаживается на край джакузи.

— Проводишь меня в школу?

— Зачем? Тебя обижают? — Школа у неё элитная, с английским уклоном. Языки, философия, эстетика и прочая фигня. Почему дядя Юра решил, что меня в неё примут?

— Меня? Я сама кого хошь обижу! Хочу брата показать, пусть завидуют!

— А, тогда конечно! Провожу, — чему должны завидовать не врубился, фиг этих девчонок поймешь. — Только у меня зонтика нет.

— Под одним пойдём. А потом встретишь меня после уроков. А нет, ты пойдешь за справкой, — Кира чуть задумалась. — Ничего, назад найдётся, кому проводить, если дождь будет.

Пока мы вышли дождь утих. Немного капает, можно и без зонта обойтись. До школы два квартала — десять минут неспеша. Когда-то говорят: школьники таскали тяжелые портфели, а сейчас у Киры маленькая сумочка с одним электронным девайсом. И учебник, и дневник, и связь с родителями — всё в нём.

— Если б моя мама была жива, я бы ей всё прощала, — нейтрально говорит Кира. Доставать меня только ей можно.

— Я тоже простил. Но мне нужно время, свыкнуться с новой информацией.

— Значит, не простил, — констатирует Кира. — Ты как маленький ребенок. Мама уходит на работу, а он плачет — ты бросаешь меня! А если про твоего отца говорить, то тем более. Ученые, они знаешь какие, для них работа — главное в жизни. Но это не значит, что они не любят своих родных.

— Вот только не надо меня агитировать! — огрызаюсь на Киру. — Работа говоришь? Пусть у меня сейчас нет занятия, но я бы ни на что не променял тебя и дядю Юру! Отец жизнь отдал за работу, а кому от его открытия станет лучше? Олигархи уже лапки потирают, а обычные люди как жили на тридцать тысяч в месяц, так и будут.

— Тебе точно в нашу школу нужно! Будешь в политики готовиться — бороться за всенародное счастье! Валька такой же, революционер. Партию свою организуете. Хотя я с тобой согласна — близкие люди важнее любой работы. Всё, мы пришли. В школу тебя не пустят.

На входе турникет, входящие прикладывают браслет на руке. Сразу и отметка о посещении и контроль входящих. Чисто школьный идентификатор. В школьной столовой им же пользуются, в библиотеке.

Кира помахала рукой стоящим на ступеньках девчонкам, я тоже. Женька там была, среди них. Ну, всё, показали меня — будет, о чём говорить. Кира сказала, что у них в классе всего восемь парней на четырнадцать девочек. В технических классах наоборот — девочек мало.

— Давай домой, я позвоню на перемене, — распоряжается Кира. — Зонтик забирай.

— Слушаюсь, мэм! Золушка пойдет работать — убирать, готовить обед, — делаю грустную физиономию.

— И ужин тоже! — Дождешься, чтобы пожалела, как же!

Дядя Юра позвонил почти в два часа дня. Я как раз управился со всей работой.

— Денис, бери документы Лиена и ко мне! Позвонишь, как подходить будешь.

Метро в пяти минутах. Мне приходится покупать жетон — большинство пользуется идентификаторами. За работающих оплачивает предприятие, школьники и пенсионеры — бесплатно. А я за поездку отдал 80 рублей. А что мне, миллионеру! Правда, пока своими миллионами распоряжаться не могу. Пока не докажу, что я — это я. Со счётом вообще интересная ситуация. Дядя Юра им распоряжается по доверенности. Но может только пополнять или менять вид вклада. После моей «смерти» наследовать вклад должна была мама. Она написала заявление о принятии вклада (чтобы его не приватизировало государство), но так и не оформила. Так что он по-прежнему на меня.

Крестный, предупрежденный звонком, уже ждёт. Вид озадаченный.

— Едем в клинику, по пути обсудим, — машина у него скромная для такой должности. ВАЗ — Форвард.

Чиновникам запрещено ездить на иностранной технике. Такое, вот, ущемление прав.