«Песнь самозверя»

Песнь самозверя (fb2) - Песнь самозверя 391K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Антон Иванович Первушин

Антон Первушин

Песнь самозверя

ПОВЕСТЬ ИЗ ЦИКЛА «ИНТРОСПЕКЦИЯ УНИВЕРСУМА»

1

Решение созрело. Серж Ивановских не стал дожидаться, когда возьмут верх посторонние доводы, и повесил три восклицательных эмодзи в чате миссии, тем самым нарушив внутренний сетевой устав. На его выходку откликнулись почти сразу: через полминуты зазеленел индикатор прямого контакта с топ-менеджером Авани Гопал. Перед ним появилось смуглое остроносое лицо в обрамлении развевающихся ярко-рыжих волос:

— Что вызвало тревогу?

— Нет тревоги, — ответил Серж. — Я собираюсь остаться в системе Саган.

Авани не выказала удивления. Возможно, ей приходилось выслушивать и более экзотические пожелания.

— Напоминаю, что регламент вашей деятельности внутри миссии определяет Академия планетологии.

— Я помню. Однако мой куратор по научно-исследовательской работе Крамских предоставил мне возможность произвольного выбора темы по прибытии.

— По прибытии в систему Гринч-86.

— Да, безусловно. Однако исключение для промежуточных систем в контракте не предусмотрено. А что не запрещено, то разрешено. Не так ли?

Авани подвисла. Справа от изображения её застывшего лица появился бегунок в виде условной птички, подтверждающий, что топ-менеджер на связи, но занята общением с внешним миром.

— Подтверждаю, — заявила Авани, прерывая возникшую паузу. — Вы можете остаться в планетной системе Гринч-16. Но я обязана действовать по протоколу дополнений к целям миссии. Вы знакомы с протоколом?

— Разумеется, — сказал Серж, улыбаясь. — Оставим формальности. Запишем так. Мне показалась любопытной одна из гипотез, связанных с биотическим кризисом на Сагане-2. Я берусь проверить её на практике. Всё остальное является авторской тайной Академии планетологии, поэтому обсуждать детали я могу только со своим куратором.

Авани явно не понравился ответ, но она не смела возражать: хотя доставку Сержа на Хокинг-4 и оплатили по категории эконом со всеми возможными скидками, он оставался дееспособным гражданином-избирателем, дипломантом Академии и мог себе позволить любые причуды в пределах кодексов, уставов и конституции. Даже если сейчас по неким причинам он решил бы воспользоваться, например, второй поправкой, то Авани, как топ-менеджер миссии, обязана обеспечить его всем необходимым для совершения узаконенного самоубийства.

— Я должна предупредить вас о возможных последствиях вашего решения при внесении изменений в план миссии.

— Я ознакомился с информацией о системе…

— И всё же я настаиваю, — в голосе топ-менеджера звякнула сталь. — Вы, по доброй воле и пользуясь вашими конституционными правами, приняли решение остаться в системе Гринч-16 на неопределённый срок, вплоть до истечения вашей жизни. В системе Гринч-16 находится долговременная база «Саган-орбитальный», ресурсы которой способны обеспечить ваше существование на неопределённый срок, вплоть до истечения вашей жизни. Ресурсы долговременной базы «Саган-орбитальный» выше нормативного жизнеобеспечения предоставляются по предоплате согласно прейскуранту. Если вы пожелаете покинуть долговременную базу «Саган-орбитальный» с помощью транспортных средств до истечения срока вашей жизни, вам надлежит произвести предоплату согласно прейскуранту. Ответственность за вашу жизнь, здоровье и статус вы принимаете на себя лично, без исключений. Подтвердите, что вы усвоили информацию и не имеете претензий к прежде изложенному.

— Да, — отозвался Серж. — Я усвоил и не имею.

— Пожалуйста, подтвердите жестом.

Серж сплёл пальцы рук в замок, демонстрируя согласие с «прежде изложенным». Авани опять подвисла, и целую минуту Серж наблюдал за голографической птичкой, машущей крылышками. Он прислушался к себе: не возникли ли сомнения в правильности решения? Нет, не возникли. Если он прав, то впереди ждёт открытие, о котором никто из кандидатов-аспирантов Академии не мог и мечтать. До сих пор Серж думал, будто бы начисто лишён честолюбия, но выяснилось, что это не так. К новому ощущению требовалось привыкнуть.

— Протокол дополнений к целям миссии закрыт, — сообщила топ-менеджер. — Исправления не принимаются.

Когда они покончили с формальностями, взгляд и голос Авани смягчились.

— Могу ли я дать совет? — спросила она.

— Да.

— Не знаю, что вы собираетесь делать на Сагане-2. Но учтите: будут сложности. Хотя база автоматизирована, на ней есть тест-смотритель. Без права транспортировки. Фигурант Опра. Фамилия ей не положена по статусу. Есть только номер — шестнадцать-восемь-тридцать. Расшифровывается просто. Шестнадцать — место заключения по каталогу Гринчевского. Восемь — статья кодекса наказаний. Тридцать — срок заключения в геогодах. К досье Опры у меня доступа нет, однако статья и срок говорят сами за себя. Преступление в области Tutela sacrum. Вам наверняка захочется установить контакт с Опрой. Хочу предостеречь: постарайтесь избежать любых вариантов встречи. На базе самоизоляция включена в норматив. Воспользуйтесь!

— Не вижу повода для опасений, Авани, — Серж тоже перешёл на доверительный тон. — Если Опра осуждена по восьмой статье, то она — учёный, дипломант одной из Академий. Учёные всегда найдут общий язык друг с другом.

— И всё же не забывайте, Серж, что вы находитесь с ней в разных статусах. Её статус вам не повысить, зато ваш она способна понизить очень легко. Вы ведь не хотите остаться на базе ещё одним осуждённым тест-смотрителем?

— Нет, это не входит в мои планы, — ответил Серж с показным безразличием.

Авани кивнула, учтиво улыбнулась.

— Я предупредила вас. Шаттл активизирован, стартовое окно откроется ровно в девять по месту. Чистого пути!

Окно топ-менеджера миссии свернулось, но Серж ещё какое-то время сидел неподвижно, обдумывая последние слова Авани.

Ему показалось, что она знает больше, чем говорит.

2

В компоновке межорбитального шаттла не был предусмотрен обзорный купол, поэтому Сержу пришлось подключиться к внутренней сети, авторизовавшись как пользователь-пассажир, затем — как пользователь-наблюдатель. Большего в общем-то и не требовалось. Такие шаттлы пошли в серийное производство пятьдесят лет назад, то есть задолго до рождения Сержа, и с тех пор мало модернизировались; они обладали достаточно развитым нейроядром — по индексу осознания примерно на уровне обученной овчарки, — чтобы принимать самостоятельные тактические решения. Конечно, если бы всё вокруг горело и взрывалось, а векторов угроз насчитывалось больше десятка, то пришлось бы присвоить себе статус инструктора, но в системе GR-16 всё было спокойно — старый увядающий мир, растративший свою космологическую активность миллионы геолет назад.

Пройдя авторизацию и небрежным взмахом отключив служебную тарабарщину, Серж выбрал коммуникационный канал для своего виртуала — визуализация в оптическом диапазоне. Сам шаттл традиционно пользовался ик-диапазоном, иногда для радиолокации прибегая к икс-диапазону, поэтому наблюдатель и нейроядро не мешали друг другу. Стены обитаемой капсулы исчезли, и Серж оказался как бы подвешенным в пустоте под одним из направляющих пилонов «Косберга» — спиной к светилу Сагана, закрытому щитом энергонакопителя, и лицом к бескрайнему пространству, которое здесь, на низкой астроцентрической орбите, выглядело наполненным ярким, словно неоновым, светом, болезненным для глаз. Серж поиграл настройками фильтра, делая яркость приемлемой. В то же время нейроядро услужливо подключило программу астрономической идентификации, — на видимой полусфере появились значки ближайших звёзд и планет. Саган-1 был, очевидно, за светилом; зато Саган-2 с зелёной пометкой обитаемости красовался прямо по центру, в оппозиции.

Серж вытянул к нему руку, развёл пальцы, увеличивая изображение. Вторая планета системы казалась сплошь тёмно-синей, как ягода спелой черники, но Серж знал, что если ещё увеличить и детализировать картинку, то станут различимы бесчисленные и весьма причудливые архипелаги, нарушающие ровную поверхность великого океана, и, конечно, жёлтое пятно пангеи с коричневыми пятнами — единственного и очень древнего континента. Зрелище завораживало. Кандидат-аспирант ещё никогда не выбирался так далеко от Земли. И уж тем более ни разу не оказывался на планете, где люди бывали лишь эпизодически: три раза за всю историю, согласно подсказке локализованной Вики. Посему оно не только завораживало, но и тревожило, волновало, вызывало предчувствия. Серж понимал, что это душевное состояние вряд ли повторится, и наслаждался им, запоминая каждое мгновение.