«Стольник»

Часть первая.

Зима. Декабрь. Смеркалось.

Зима началась конкретно и чётко первого декабря. Это было так неожиданно после бардака, творившегося осенью… Шорты и майка в сентябре, цветущие каштаны в октябре и чёрт знает что в ноябре.

Снегу навалило неожиданно от души. Ну, да, неожиданно, а какой дурак думал, что зима начнётся в декабре? Если дороги успевали чистить более или менее даже на твёрдую четвёрочку, то тротуары превратились в узкие козьи тропки, где и двоим не разойтись. Только дворники приноровились махать лопатами, как природа – матушка в очередной раз решила поржать и устроила оттепель. Где-то лужи, где-то ручейки, а где-то гололёд. И пойди разберись, что делать? То ли лужи вычерпывать, то ли лёд песком посыпать. Однако песок, как обычно, не завезли, лужи черпать бесполезно как море, а долбать лёд трудовой народ не нанимался.

Но, не всё так страшно. Оттепель сменялась заморозками, заморозки – снегопадом. И такая по..ень каждый день, каждый день. Весь декабрь скакала температура и давление. Скакала температура и давление и у стариков.

Вовку Стружкина эти проблемы не колебали. Ну разве могут болеть суствы и ломить чердак, когда тебе двадцатник с копейками? Не колебало Вована почти всё. По жизни (а она конечно ещё вся впереди) он шёл легко и не заморачиваясь. С учёбой не заладилось, с работой… ну, какая в жопу может быть работа, если у тебя нет прокачанного в администрации папика или мохнатой лапы? Рукой водить не поставят, – своих детей – полудурков пристраивать надо, посадить в офис жопу протирать не посадят, – рожей и образованием не вышел. Не, посадить то посадят с превеликой радостью, только не туда и надолго.

Вовка всё это прекрасно понимал и с уголовным кодексом в конфликт не входил и кормился шабашками. Брался за всё, что Бог пошлёт: что-то грузил, что-то таскал и сортировал, что-то чинил. Руки – то выросли чуть выше того места, которое не раз уже упоминалось. На одном месте долго не задерживался, пока судьба не свела его с Лексеичем.

Лексеич, в отличии от Вовки, был мужиком обстоятельным, за сраку лет. Возраст дал ему не только седые волосы, но и опыт, который как известно не пропьёшь, мастерство и соответственно заказчиков, которых было то сразу много (по закону западла), то мало, то вообще ни фига.

Часть первая.

Зима. Декабрь. Смеркалось.

Зима началась конкретно и чётко первого декабря. Это было так неожиданно после бардака, творившегося осенью… Шорты и майка в сентябре, цветущие каштаны в октябре и чёрт знает что в ноябре.

Снегу навалило неожиданно от души. Ну, да, неожиданно, а какой дурак думал, что зима начнётся в декабре? Если дороги успевали чистить более или менее даже на твёрдую четвёрочку, то тротуары превратились в узкие козьи тропки, где и двоим не разойтись. Только дворники приноровились махать лопатами, как природа – матушка в очередной раз решила поржать и устроила оттепель. Где-то лужи, где-то ручейки, а где-то гололёд. И пойди разберись, что делать? То ли лужи вычерпывать, то ли лёд песком посыпать. Однако песок, как обычно, не завезли, лужи черпать бесполезно как море, а долбать лёд трудовой народ не нанимался.

Но, не всё так страшно. Оттепель сменялась заморозками, заморозки – снегопадом. И такая по..ень каждый день, каждый день. Весь декабрь скакала температура и давление. Скакала температура и давление и у стариков.

Вовку Стружкина эти проблемы не колебали. Ну разве могут болеть суствы и ломить чердак, когда тебе двадцатник с копейками? Не колебало Вована почти всё. По жизни (а она конечно ещё вся впереди) он шёл легко и не заморачиваясь. С учёбой не заладилось, с работой… ну, какая в жопу может быть работа, если у тебя нет прокачанного в администрации папика или мохнатой лапы? Рукой водить не поставят, – своих детей – полудурков пристраивать надо, посадить в офис жопу протирать не посадят, – рожей и образованием не вышел. Не, посадить то посадят с превеликой радостью, только не туда и надолго.

Вовка всё это прекрасно понимал и с уголовным кодексом в конфликт не входил и кормился шабашками. Брался за всё, что Бог пошлёт: что-то грузил, что-то таскал и сортировал, что-то чинил. Руки – то выросли чуть выше того места, которое не раз уже упоминалось. На одном месте долго не задерживался, пока судьба не свела его с Лексеичем.

Лексеич, в отличии от Вовки, был мужиком обстоятельным, за сраку лет. Возраст дал ему не только седые волосы, но и опыт, который как известно не пропьёшь, мастерство и соответственно заказчиков, которых было то сразу много (по закону западла), то мало, то вообще ни фига.