«Кадуцей. Избирая Смерть...»

Melior Princeps

Кадуцей. Избирая Смерть…

Неизвестное место. Альтерра.

Немолодой уже мужчина, одетый словно тибетский монах, неторопливо спускается по ступенькам. Воздух подземелья дышит сыростью и плесенью. Два десятка шагов, поворот и толкание тяжелой, чуть подгнившей двери, что недовольно скрипит на ржавых петлях. Крохотная то ли комнатка, то ли камера без каких-либо удобств. Ну, если не считать за таковые охапку сена, на которой свернувшись в позе эмбриона спит молодой парень с насыщенным (если так вообще можно выразится выразиться о белом цвете) белым цветом волос.

Бурдюк с ледяной водой опрокидывается на голову спящего, заставляя того резко сесть и, отфыркиваясь, посмотреть на человека, разбудившего таким экстремальным способом.

Кусок сыра, обернутый в промасленную тряпку, и бурдюк с остатками воды шлепаются на колени парня одновременно со словами:

– Ешь. Пей. Иди за мной.

Монах поворачивается спиной к парню и, не обращая больше никакого внимания на него, шагает на выход. За ним, отставая на шаг, спешит беловолосый, на ходу поглощая еду.

Внутренний двор встретил странную парочку предрассветной тишиной. Впрочем, двор не был конечной точкой маршрута монаха. Он целеустремленно шагал в сторону огромных деревянных ворот, из которых змеилась вниз по горному склону дорога. Спешившие по своим делам люди, что встречались на пути этой процессии, не забывали уважительно кланяться человеку в монашеских одеяниях. И скользить равнодушным взглядом по его спутнику. Они видели их в далеко не первый раз…

Калитка ворот была загодя открыта расторопной стражей. Монах кивнул служивым и, выйдя наружу, повернулся к парню, как раз закончившему свой завтрак.

– Три круга вокруг озера. В полдень вернешься в монастырь.

И парень побежал. Молча, как делал это уже десятки раз до этого…

А ближе к полудню с внутренней стороны ворот стояла низенькая девушка, почти девочка, с темными глазами, что двумя огромными бусинами мерцали из-под короткой чёлки. Одета она была в скромную и практичную одежду служанки, а в руках держала корзинку с едой.

– Опять тебя заставили носить еду этому… – один из стражников неопределённо покрутив ладонью в воздухе, отодвинул засов калитки, чтобы выпустить служанку наружу. – И зачем мы его кормим спрашивается?

Девушка лишь робко улыбнулась в ответ.

– А ведь ты, Эйст, полностью прав. Ну-ка, Мия, погодь чуток… И цыц. Не шуми.

С этими словами, напарник первого легко шагнув в сторону девушки и вырвал из её рук корзинку, в которую тут же уткнул свой нос, вдыхая запах еды.

– Ахххх! Выпечка мамашы Диоры! И вот это сокровище отдавать какому-то паршивому эксу?!

– Но ведь… – попыталась вмешаться девушка, но что она могла поделать против двух здоровенных мужиков, закованных в кожу и металл, когда её макушка едва достигала груди самого низкого из них?

– А мастер Нико ничего не узнает… Ведь не узнает? – грозно сдвинув кустистые брови, произнес первый.

– Нееет… – девушка даже сделала шаг назад и отчаянно замотала головой.

– Вот и славно. Все, держи, и иди встречай своего уррродца… – мужчина вернул изрядно облегченную корзинку служанке и сплюнул на землю.

Мия втянув голову в плечи и прижимая к груди корзинку, поспешила прошмыгнуть в приоткрытую калитку. Сегодня ей повезло, что стражники заинтересовались только едой, а не чем-то ещё. Конечно, ничего бы страшного они не сделали с ней, ведь за подобное непотребство на службе их головы больше месяца висели бы в караулке напоминая остальным служащим важность соблюдения караульной службы, но все равно, терпеть сальные шуточки и поглаживания было крайне мерзко…

Оказавшись снаружи, девушка чуть нервно заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Этот экс… Он немножко пугал её. Не так как стражники, которые уже который день смущали и поддевали её… Нет. Больше всего она боялась равнодушного, словно у живого мертвеца взгляда беловолосого паренька. Да и на её вкус он точно не был уродцем. А поведение пугало, да… Неважно какую и сколько она приносила еду, парень совершенно не реагировал на происходящее. Только выслушав очередное послание от мастера Нико, кивал, и молча делал что было велено. Чаще всего это был бег вокруг виднеющегося отсюда горного озера, но бывали и другие задания, когда он был вынужден приседать или отжиматься перед воротами остаток дня.

Вот и сейчас, вдали показалась бегущая фигурка и спустя пять минут он был у ворот. Мокрый от пота, уставший. Босые ноги немного кровили из-за острых камней вокруг, но казалось его это мало волновало. На вершине монастырской башни, тем временем пробил колокол отмечая наступивший полдень.

– Привет. Как сегодня бегалось? – девушка разговором пыталась заглушить тревогу и чувство неловкости, когда она передавала в руки парня, почти пустую корзинку. Он, как обычно, ничего не ответил, только уставившись своим равнодушным взглядом на заметно смутившуюся служанку. – П-погоди секунду… вот, держи.

Из внутреннего кармашка передника, девушка извлекла уже успевшую подсохнуть корку хлеба с полоской вяленного мяса – остатки своего нехитрого вчерашнего ужина.

– Извини, что он уже немного… того… – девушка мило покраснела.

Парень молча забрал угощение. Неловкая пауза повисла в воздухе.

– Эммм… М-мастер Нико велел спросить тебя, не нужно ли тебе чего? – проблеяла окончательно потерявшая всякое расположения духа Мия и поспешила закончить обязательный диалог: – Тогда если нет…

– Что прости? – Мия в первое мгновенье даже не поняла, что впервые услышала голос этого странного парня.

– Мне нужен посох.

– Аммм… Эммм… Давай я узнаю, что можно сделать…

– Ну что там, Мию? Этот хмырь уже ушёл? – наружу протиснулся первый охранник, первым делом оглядываясь по сторонам, а уже после перенеся внимание на застывшую парочку. В одной руке он держал короткую, в полтора метра длиной, глефу, а в другой – душистую, только с печи сдобную булку.

– Не надо. – Покачал головой беловолосый и не выпуская корзинки из левой руки шагнул в сторону напрягшегося стражника.

– Что ты… Уххккххх… – мужчина успевший направить лезвие глефы в сторону парня, не смог отследить следующее его движение и свободная рука парня, мягко коснулась кольчуги на груди стражника, после чего тот ничком упал на землю.

Подхваченное древковое оружие, было тут же направлено вниз и сломано в месте перехода лезвия в древко одним движением ноги худощавого на вид парня.

Крутанув вокруг своей оси полученный импровизированный посох, он повернулся к ошарашенной служанке и кивнул ей.

– Этот сойдет. Спасибо за угощение.

И направился вниз по склону, в сторону озера.

Главный зал в монастыре, центральное помещение всего обширного комплекса – внушало. Не только своим размером, но и той атмосферой которое несло в себе это место. Сотни свеч, чаши с благовониями, гранитные скульптуры мужчин и женщин, застывших в разнообразных позах, образовывали ровный круг, вокруг центральной, массивной статуи божества этого храма. У каменного основания на простых циновках из тонкой лозы сидело трое мужчин и неторопливо пили травяной чай из глиняных чашек. Первый был высоким, мускулистым мужчиной, с руками скорее воина, чем миролюбивого монаха. Правую сторону его лица пересекал длинный, ветвистый шрам, бывшей рваной раны, что создавало неприятное впечатление, когда он говорил или использовал мимику.

Второй, и сидевший посередине, был самым старшим из троицы. Морщинистое лицо, длинная козлиная бородка создавала впечатление о странствующем мудреце, готовом за чашку риса поделиться своей мудростью. Третий же с виду был вполне обычный. Немолодой уже мужчина, одетый, как и остальные двое, в что-то напоминающее тогу тибетского монаха и с такой же лысиной как у остальных. Уже добрый десяток минут никто из них не произнес и слова. Тишина в храме нарушалась лишь тихим прихлёбыванием горячего напитка из чашек монахов.

Сидевшему напротив троицы молодому парню с виду было все равно на атмосферу этого места и абсолютно плевать на изучающие взгляды троицы. Вместо этого взгляд светло-голубых или лучше сказать стального цвета глаз, внимательно изучали главную статую этого места – высокого, нет, даже гигантского мужчины, с плащом перекинутым через плечо.

– Что ты скажешь в своё оправдание? – первым не выдержал шрамолицый, сидевший по левую руку от старца. Густой низкий голос гулко отозвался от стен святилища храма.

Беловолосого ничуть не смутил вопрос. Более того, с виду ему было все так же плевать на обращение к нему. Разве что он чуть склонил голову набок, словно приглашая говорившего продолжить свою мысль.

– Мастер Иерр, позвольте лучше мне… Начать лучше с чего-то более важного. – третий монах, сидевший справа от старика, чуть повернул голову в сторону говорившего и поставив чашку на блюдце продолжил, обращаясь уже к парню:

– Как тебя зовут?

Парень медлил с ответом и когда уже уставший ждать монах вдохнул воздух для того, чтобы повторить свой вопрос, неожиданно ответил:

– Ответом на ваш вопрос будет то, что вы ответите на мой.

Монах чуть-чуть, самую малость смешался. Хотя серьезный, с изрядной примесью холодка во взгляде не позволил ему думать, что над ним издеваются.

– Хм… Что ж… Я внимательно тебя слушаю.

– Хм… Меня зовут Нико, хотя тут я больше известен как…

– Это всего лишь Имя. Меня же интересует. кто вы?

– Я один из старших мастеров-настоятелей этого… – начал сначала немного сбитый с толку монах.