«Княжич»

Алексей Золотарёв

Княжич

Вы знаете, что значит страдать от бессонницы? Патологической. Нет? Я расскажу.

Несмотря на безобидное название, эта болезнь ужасна, хотя казалось бы, подумаешь, меньше спать, одни плюсы — можно потратить больше времени на дела.

Так может рассуждать тот, кто ни разу не сталкивался с этой бедой. Несколько суток без сна и ты слышишь голоса, видишь невидимое. Все признаки сумасшествия на лицо.

Я понял, нужно что-то делать, когда осознал что лежу в постели с плюшевым медведем. Не совсем правильное слово, ночка выдалась бурная если вы понимаете о чём я. К слову я не был огорчён этим открытием, так как очаровательная дева привидевшаяся мне, была прекрасна во всём.

Продолжать токсичные отношения я посчитал неуместным и признался во всём врачу.

Мне выписали дозу убойных препаратов, но предупредили что болезнь неизлечима и шансов на исцеление нет. Пара лет — максимум на который я могу рассчитывать. Врач сказал что таблетки полностью блокируют симптомы, взамен в конце срока произойдёт бурное развитие.

Конечно я не сдался, посетил ещё несколько платных центров но везде говорили одно и тоже. Шансов нет.

Я пустился во все тяжкие. Клубы, алкоголь, девчонки. Какой смысл продлевать агонию, мучительно сходя с ума и зная что шансов на спасение нет? Я предпочёл зажечь в последний раз. Полыхнуть перед смертью как сверхновая и сгореть. Навсегда. Мне казалось так будет правильно.

Пара месяцев пролетела как один день пока бесконечную карусель пьянок не разрушил отец.

Он работал в одном из частных НИИ. После смерти матери отец с головой ушёл в работу. Он и раньше увлекался исследованиями, а после трагедии он и вовсе отбросил обычную жизнь.

Мы редко виделись.

Отец с трудом нашёл меня. Два дюжих охранника вытащили меня на улицу, я оттолкнув их склонился над мусоркой.

— Еду высматриваешь? — хмыкнул отец и протянул бутылку воды, — полегчало?

Я прополоскал рот и с наслаждением напился.

— Да, — завернул крышку, — вроде бы. Зачем приехал?

— Неужели я не могу навестить сына? — приподнял кустистую бровь отец, — ты плохо выглядишь.

Алексей Золотарёв

Княжич

Вы знаете, что значит страдать от бессонницы? Патологической. Нет? Я расскажу.

Несмотря на безобидное название, эта болезнь ужасна, хотя казалось бы, подумаешь, меньше спать, одни плюсы — можно потратить больше времени на дела.

Так может рассуждать тот, кто ни разу не сталкивался с этой бедой. Несколько суток без сна и ты слышишь голоса, видишь невидимое. Все признаки сумасшествия на лицо.

Я понял, нужно что-то делать, когда осознал что лежу в постели с плюшевым медведем. Не совсем правильное слово, ночка выдалась бурная если вы понимаете о чём я. К слову я не был огорчён этим открытием, так как очаровательная дева привидевшаяся мне, была прекрасна во всём.

Продолжать токсичные отношения я посчитал неуместным и признался во всём врачу.

Мне выписали дозу убойных препаратов, но предупредили что болезнь неизлечима и шансов на исцеление нет. Пара лет — максимум на который я могу рассчитывать. Врач сказал что таблетки полностью блокируют симптомы, взамен в конце срока произойдёт бурное развитие.

Конечно я не сдался, посетил ещё несколько платных центров но везде говорили одно и тоже. Шансов нет.

Я пустился во все тяжкие. Клубы, алкоголь, девчонки. Какой смысл продлевать агонию, мучительно сходя с ума и зная что шансов на спасение нет? Я предпочёл зажечь в последний раз. Полыхнуть перед смертью как сверхновая и сгореть. Навсегда. Мне казалось так будет правильно.

Пара месяцев пролетела как один день пока бесконечную карусель пьянок не разрушил отец.

Он работал в одном из частных НИИ. После смерти матери отец с головой ушёл в работу. Он и раньше увлекался исследованиями, а после трагедии он и вовсе отбросил обычную жизнь.

Мы редко виделись.

Отец с трудом нашёл меня. Два дюжих охранника вытащили меня на улицу, я оттолкнув их склонился над мусоркой.

— Еду высматриваешь? — хмыкнул отец и протянул бутылку воды, — полегчало?

Я прополоскал рот и с наслаждением напился.

— Да, — завернул крышку, — вроде бы. Зачем приехал?

— Неужели я не могу навестить сына? — приподнял кустистую бровь отец, — ты плохо выглядишь.