«Кем я был до своей смерти? Да, никем. Уличным хулиганом, беспризорником, вором и порой тем еще ублюдком. Опасностей в моей жизни было не счесть, но каждый раз мне удавалось выйти сухим из воды. Принимая это как должное, я даже думать не хотел о том, что когда-нибудь мне не повезет».
Резкий удар по голове эхом отозвался в ушах. Сознание помутнело, боль сменилась тяжестью и слабостью. От головокружения парень рухнул на пол, словно мешок с костями.
— Эрскин! — прозвучал взволнованный женский крик, а следом и сдавленное мычание.
Приоткрыв глаза, Эрскин попытался хотя бы немного рассмотреть обстановку, но из-за болезненного удара по голове перед ним будто витал туман. Изображение плыло, погасало и вновь появлялось, словно экран старого сломанного телевизора. В ушах стояло не то шипение, не то писк.
Помимо этого все тело изнывало от боли и усталости. Руки и ноги были покрыты огромными синяками. Ребра, также получившие свою дозу тяжелых ударов, в некоторых местах вызывали такую боль, будто бы их поломанные осколки врезались в саму плоть изнутри.
Спустя несколько секунд видимость вновь начала проясняться. Эрскин увидел перед собой несколько незнакомых мужчин, руки которых были покрыты каплями крови. Его крови.
— Ха, — прозвучал знакомый мужской голос где-то в отдалении, — псиной был, псиной и остался!
Эрскин перевел взгляд за спины людей, окружавших его. Там, буквально в нескольких шагах, стоял знакомый несуразный мужчина в спортивном костюме. Это был довольно худощавый, нескладный и несомненно отталкивающий тип. Эрскин не видел его лица, только лишь очертания фигуры, но и без этого он мог сказать, что этим человеком был его старший брат.
Рядом с этим мужчиной, будучи схваченной кем-то со спины, стояла девушка. Ровесница самого Эрскина и, возможно, единственный человек, действительно беспокоившийся о нем. Лицо ее было видно расплывчато. Лишь одно было ясно точно: некто более сильный, чем она, удерживал ее левой рукой за талию, а правой зажимал рот.
Эрскин попытался приподняться, но неожиданно ощутил пинок со спины. Этот удар вновь заставил его сжаться и обхватить руками живот.
— Вот что бывает, — прозвучал голос человека, медленно приближавшегося к Эрскину, — когда детишки ввязываются в дела взрослых.
Комментарии к книге «Единственный цветок в этой говноклумбе 1», Елизавета Зырянова
Всего 0 комментариев