«Минус двадцать градусов по Кельвину»

1. Мороженый исэкай

Ранним утром меня разбудили лучи небесного светила, дневного притом. Факт того, что оно было именно дневным и притом утром, был несколько несправедлив, но жизнь в целом не слишком справедлива, так что на этот вопиющий факт я забил. Ну и поднялся, благо зима заканчивалась, а первые теплые деньки стоит отметить.

Не обязательно пьянкой, хотя и такое возможно, но открыть мотосезон точно надо. Так что, после завтрака отправился в гараж да и расконсервировал свой байк. Традиции давать имена железкам я не имел, так что байк был именно байком или бэхой — довольно удачно подвернулась возможность приобрести в девяносто восьмом юбилейную модель R 1100. Вообще, конечно, жаль, что дойчи все дальше отходят от дорожной классики, впрочем, мой старичок тянет, да и, по слухам, выпустили недавно классический дорожник–круизер.

Ну да и черт с ними, думал я, выкатывая бэшку из гаража. Надо сделать пару кругов по МКАДу и Садовому, полюбоваться на МГУ и двигать в клуб. Работа рекламным дизайнером пусть и не приносила много денег в последнее время, но была не требовательна к месту, а балбесы в клубе, мысленно хмыкнул я, нуждаются в присмотре.

Ну и, двигая по шоссе, я в очередной раз, с некоторой иронией задумался, о том, что возникшие изначально как группы инвалидов после войны (не калек, а именно инвалидов), сборища мотоциклистов довольно быстро превратились в банды, просуществовав так почти полвека. Правда, тут надо поблагодарить янки, умудряющихся романтизировать своим голливудом свою истинную сущность — бандитов и проституток.

Впрочем, у нас, к счастью, за исключением особо отбитых и мерзких типов, рокеры бандитизмом не занимались, а скорее были этаким откатом к корням — неформалы, отдалившиеся от социума в поисках себя. Или просто для отдыха, да и компании себе подобных. Стоит отметить, довольно любопытное явление: в клубе встречаются и успешный деляга и пролетарий, причем, обоих тошнит от мира, где они живут.

Ну, а непосредственно в клубе сейчас обитает троица совсем «оторванных» ребят, уже давно за тридцать, так что приеду, сам поработаю, да и им дело подберу, думал я.