«Параллельная жизнь»

Генрих

Параллельная жизнь

Жизнь десятая

Параллельная

Время действия: 17-ое сентября, после обеда

Место: госпиталь, отдельная палата.

Лежу в отдельной палате, не вип, но тоже ничего. Даже телевизор… был. Сказали, что мне нельзя волноваться по любому поводу и убрали. Звери, вы — звери, господа. Лишать кореянку возможности смотреть дорамы? Натуральное зверство… что-то я увлекся, я ж не люблю дорамы. Ну, как не люблю? Могу смотреть, могу не смотреть.

Томографию прошёл. Первый раз в жизни. Вообще-то не первый, кажется, меня просвечивали после аварии, с которой и началась моя весёлая жизнь в этой весёлой стране. Но я тогда без сознания был или близко к этому. А нет, после удара миномётом по голове тоже побывал в этом аппарате.

Томографический аппарат внушает. Такая большая круглая пасть, куда втягивает высунутым языком-кушеткой фиксированную тушку. В данном случае мою.

Лежать долго не пришлось. Даже заснуть не успел. Да и как тут заснёшь? Процедура безболезненная, но какие-то сполохи в глазах сверкают. В закрытых. Видать, зрительные нервы что-то чувствуют. Врач сказал, что это нормально. И вот моё красивое многострадальное тельце выплывает из пасти томографа. Встаю и чапаю к себе.

Хотя нет, не к себе. На голодный желудок надо сдать анализы. Те самые. Не буду говорить какие, сами знаете. Кровь и всё остальное. Один плюс, половая принадлежность моего прекрасного тела исключает возможность сдать сперму. И то ладно. Хотя врач, когда составлял список требуемого путём вычёркивания не нужных пунктов из списка, исключал всё это ненужное с явным сожалением. Да ещё так задумчиво посмотрел на меня, перед тем как медленно провести большой минус на надписи «сперматография», я аж дёрнулся. Меня раскрыли?! М-да, да этим эскулапам волю, всего на кусочки разберут. А потом при сборке лишние запчасти останутся. Пробовали на разном — знаем. Может и у ГуаньИнь так получилось? А это что за фигня? Куда её? Да в мусорную корзинку, куда ещё. И без этих странных причиндалов хорошо.

Это я уже ржал про себя, лёжа на кровати и дожидаясь обеда. Завтрак-то пропустил, теперь желудок недовольно урчал. Лежу и обдумываю рапорт на имя генерала ЧхеМу. Так, что у нас там с формулировкой для обоснования взять во Францию коронок? «Для демонстрации превосходства над союзниками»? Не, не толерантненько. Лучше так: «Для демонстрации современного имиджа южнокорейской армии в глазах народа Южной Кореи и мирового сообщества». Да, и «всего прогрессивного человечества», усмехнулся про себя, вспомнив перлы из предыдущей жизни. Даже не моей, а моих родителей.

Дубовато, признаю. Но я в армии, и не хит пишу, а кондовый армейский рапорт. Сойдёт. Если ничего лучше не придумаю. Напрягаться всяко не собираюсь, не для того в госпитале лежу. Написал… х-р-р-р…

— Госпожа Агдан, госпожа Агдан…

— А? — дёргаюсь я и открываю глаза. Передо мной личико молоденькой медсестры. Это я заснул, так подействовало на меня написание рапорта. Канцелярит — отличное снотворное, рекомендую.

Симпатичная худенькая сестричка, ласково меня растолкавшая, приглашает на обед. Встаю и шагаю в указанном направлении. А на душе становится как-то грустно. Вот почему чужие люди обращаются со мной так бережно, а родная сестра будит пинками под рёбра? Кажется, до сих пор ноет, потираю бок. Ну, погоди, зайчишка СунОк! Охрана Мульчей это ещё не всё, что тебя ждёт… Ах, ты ж… длинно и про себя ругаюсь. А чем меня кормить-то будут? Я ж на диете!

Зря пугался. Наверное, больницы во всём мире одинаковы. Никаких перчёностей и пряностей. Всё стерильно и безвкусно. Для всех, кроме меня. Поэтому вокруг меня несчастные кислые корейские лица остальных больных. Хотя не все, не все. Кому-то разрешают лопать любимое корейское кимчхи. А я за диетстолом. И с удовольствием поедаю рыбный супчик, рисовую кашу, — сладковатую, но стерплю, — и какой-то салатик из не распознанных овощей. Плевать! Главное, перца нет и этого убийственного корейского соуса.

Когда добрался до компота, подозвал одну из медсестричек, которые стайкой стояли у входа в столовую и о чём-то шушукались, иногда поглядывая в мою сторону. Во время всего обеда на меня постоянно пялится какой-то перец, сидевший от меня довольно далеко, по диагонали. Так усиленно, что, кажется, иногда палочки мимо рта проносит.

Подзываю к себе одну из медсестёр. Так как они в кучке, то сразу не понимают, кого именно я изволил затребовать. Пока они разбираются, самая сообразительная подрывается и подскакивает. Конкретно я не её звал, но мне всё равно, кто из троих подойдёт.

— Онни, я думаю с тем парнем не всё в порядке. Какой-то он странный.

Сестрица внимательно смотрит на странного парня. Я объясняю подробности и заключаю:

— С ним точно что-то не то. Он даже не смотрит, что ест. И палочками то и дело мимо тычет.

— О-о-у, да вы правы, госпожа Агдан, — как раз в это время парень роняет кусочек с палочек, но всё равно суёт их в рот.

В разговоре, включая пробелы, то есть, паузы, мы внимательно разглядываем молодого человека. Я бесцеремонно то и дело тычу в него пальцем.

— Узнайте, что с ним, онни. Подозреваю, ему нужна помощь психиатра. Какой-то он ненормальный.

— Не беспокойтесь, госпожа. Я разберусь, — медсестра решительно направляется к уже опомнившемуся парню. Вот теперь пусть он ощутит на себе надоедливое всеобщее внимание, которое переключилось на него.

Чем всё закончится, я ждать не стал. Допиваю компот и ухожу. Медсестра что-то втолковывает покрасневшему от смущения парню, все вокруг с интересом наблюдают и слушают, поэтому ухожу незамеченным.

В палате я с полчаса разминаюсь. Энергичные движения мне запретили, поэтому только растяжка всего и вся. До протестующего скрипа связок. А потом спать. Или просто валяться. О небо, как же это здорово! Мульчи только не хватает. И мамы. Отсутствие СунОк переношу намного легче.

Когда проснулся, в голову приходит огорчительная мысль. Надо было подойти к тому придурку, пялившемуся на меня в столовой, и громко с паническими нотками в голосе спросить: «Что у тебя с глазами?!». А-д-ж-ж-ж, как обычно, самые лучшие слова находятся тогда, когда тебя уже спустили с лестницы.

Потом приходит в голову ещё одна идея. После просмотра видео вечеринки в SM. Берусь за телефон, слушаю длинные гудки. Не отзывается ЧжуВон. Ну, правильно, его служба и опасна и трудна, небось, выполняет какую-нибудь важную боевую задачу. По защите Отечества и меня такой хорошей. Или хорошего? Что-то я путаться начинаю.

ЧжуВон сам позвонил через четверть часа. Говорил прерывисто, вроде как дыхание восстанавливает.

(ЧжуВон, тяжело дыша) — Чего тебе, чусан-пурида?

(ЮнМи, приветливо и ласково) — И тебе аньён, о доблестный защитник нашей славной Родины.

(ЧжуВон, бурчит) — Здравствуй, как здоровье?

(ЮнМи, чётко докладывает) — Пока обследуюсь. Возможно, завтра скажут. Сегодня сдала все анализы и прошла томографию. Приказано меня не волновать и не огорчать.

(ЧжуВон, слегка уязвлёно) — Это я и так знаю. Это только меня можно огорчать и волновать.

(ЮнМи) — Такова ваша тяжёлая мужская доля. Но я тебе помогу. Я вот чего звоню… ты ещё ничего сослуживцам не сказал по поводу вечеринки в SM?

(ЧжуВон) — А что я скажу? Только руками развожу. Да и не было времени. Нас в последнее время что-то загоняли. Кажется, проверка скоро.

(ЮнМи) — На самом деле это была деловая встреча с Чо СуМаном. А приглашение от его внука прикрытие. Но рассказывать об этом, конечно, нельзя.

(ЧжуВон, подозрительно) — И о чём были переговоры?

(ЮнМи) — Ничего особенного. Он знает о моих разногласиях с ЮСоном, я ничего определённого ему не обещала. Зато он поделился своими планами. Творческими. С моей стороны, это просто прощупывание возможностей.

(ЧжуВон, неодобрительно) — Хочешь уйти в SM?

(ЮнМи) — Не отвлекайся. Мы о другом сейчас. Своим сослуживцам скажи, что ХонКи, внук СуМана, твой хороший знакомый или даже друг, которого ты попросил приглядеть за мной. Так-то у него девушка есть. Она с таким прищуром на меня смотрела.

(ЧжуВон, успокоенный и после паузы) — Скажу, что он разрешения у меня спрашивал.

(ЮнМи) — Вот видишь? Ты и сам можешь соображать. Иногда, — последнее слово добавляю после паузы.

(ЧжуВон, угрожающе молчит) — …

(ЮнМи, хихикает) — …

(ЧжуВон) — Что собираешься выдать в следующий раз? Я хочу быть готовым заранее.

(ЮнМи, удивлённо) — Ты думаешь, я всё планирую? Ну, хорошо, тогда слушай. Через три дня меня наградят медалькой. Тебя, скорее всего, тоже пригонят на церемонию. Ещё меня включили в армейскую делегацию во Францию. Формально, как переводчика, но сам понимаешь… Ещё военные пообещали разобраться с тем дурацким судом, который прилепил мне выплату штрафов тем придуркам, которые в меня яйцами кидались. Вроде всё. Если что-то ещё замаячит, я тебе сообщу.

(ЧжуВон, удовлетворённо) — Всегда бы так. Ладно, выздоравливай. Мне пора.

(ЮнМи) — Ага. Продолжайте нести службу, ефрейтор.

А вот и ужин. Выдвигаюсь в столовую, по прибытию оглядываю зал. Где тот, залипающий на меня взглядом? Не вижу. Наверное, спиной сидит. И ладненько.

Время действия: 18-ое сентября, 9 часов утра

Место: госпиталь, врачебный кабинет.