«Дочь лесника»

Казьмин Михаил Иванович

Дочь лесника

Заблудился мужик в лесу. Плутал трое суток, промок, замерз, оголодал. На четвертые сутки нашел его лесник. Привел к себе, переодел в сухое и чистое, накормил, стопочку налил и говорит:

— Дело к ночи. Спать как будешь, мил человек — один, али с дочкой с моей?

Подумал мужик — ну, дочь лесника, живет, понимаешь, девка в лесу, страшная, небось…

— Один, — говорит.

Отвел ему лесник каморку с кроватью, выспался мужик, утречком выходит на крыльцо. Солнышко светит, птички поют, травка зеленеет, ручеек журчит — благодать! Пошел мужик на ручей умыться чистой водой, а там… Девушка ну просто необыкновенной красоты!

— П-п-простите, а вы кто? — ошалело спрашивает мужик.

— Я — дочь лесника. А вы?

— А я?! А я — дебил!!!

Русский народный анекдот

— Возможно. А там не сказано, что в итоге случилось с лесником?

«Да, старик совершенно не в форме», — подумал Антон и ответил, что в русском анекдоте обычно не принято прослеживать дальнейшую судьбу персонажей.

Часть первая

В лесу, в лесу зеленом

Чего только в нашем русском лесу не встретишь! Это я вам ответственно заявляю, пришлось в свое время по лесным дорожкам походить. Такое иной раз попадалось — хоть стой, хоть падай, как говорится. Вот, помню, всего-то в сотне километров от Москвы, на самой границе Московской и Владимирской областей, наткнулся я в лесу на частично вросшую в землю открытую четырехосную железнодорожную платформу. Как она там оказалась, если учесть, что ближайшая железная дорога никак не ближе десятка кэмэ, и никакой просеки, по которой эту платформу можно было протащить, даже близко не просматривалось?! Не знаете? Вот и я не знаю… Много чего еще видал я в лесах такого, чему там быть не положено, а взяться неоткуда, но не буду рассказывать — вы мне и про платформу-то не поверили, а тут не поверите и подавно.

Да. А вот маленький бревенчатый мостик через речку-переплюйку — явление, хоть и редкое в лесу, но вполне себе объяснимое. Тем более, не в какой-то глухой чащобе, а на краю леса, в километре от ближайшей станции пригородных подмосковных электричек. Нормальное явление. И зачем, спрашивается, пялиться на него, как на какое-то чудо? Но именно такую картину я застал, весело шагая по протоптанной тысячами ног тропинке, идя от той самой станции в гости к друзьям. Друзья мои недавно купили дом в полуживой деревне, потихоньку превращающейся благодаря таким же, как они, москвичам, в дачный поселок. Ехал я к ним в эту самую деревню первый раз, в лесу здешнем никогда не был, потому и не понимал, что такого может быть в старом, сколоченном из бревен мостке, перекинутом то ли через крупный ручей, то ли через маленькую речушку. Однако же целых три человека стояли у мосточка и недоуменно переглядывались.

— Да не было тут никогда никакого моста! — в сердцах выпалил крепкий мужик помоложе меня, лет сорока примерно, и в последний момент явно сдержался, чтобы не выругаться.

— А может, просто внимания не обращали, а? Ну он же старый совсем! — молодая, лет двадцати с небольшим, рыженькая девушка растерянно оглянулась по сторонам. Наверное, пыталась высмотреть, почему мосток мог оставаться незамеченным.

— Алин, ты что? — спутник рыженькой, высокий спортивного сложения парень чуть постарше нее, тоже пребывал в растерянности. — Мы же с тобой сами тут второе лето ходим!

— А я так еще больше, — веско добавил мужик.

— Прошу прощения, а что случилось? — поинтересовался я.

— Случилось? — переспросил мужик. — Ну, вот он и случился… Мост.

— И что с ним не так? Я тут первый раз, — на всякий случай сделал я уточнение. Мало ли, вдруг глупость какую сморозил, лучше сразу оправдание выложить.

— Видно, что первый… Я четвертый год здесь живу, а мост этот только сейчас увидел. И Серега с Алинкой второй год сюда ездят, как ее родители дом в Наташке купили. Тоже вот впервые увидали. Не было его тут никогда! — и, не сдержавшись, прибавил-таки сложноматерную конструкцию.

— Извини, Алинк, — мужик повернулся к девушке, — ну, не мог удержаться. Сама же видишь, какое дело…

Да уж, если верить местному жителю и знакомым со здешними реалиями дачникам, произошло нечто невероятное. Верить, с одной стороны, было надо, а с другой — совершенно не хотелось. Потому что так не бывает. Нет, мостик через речку, тем более такую, перебросить за одну ночь, чтобы с утра он стал сюрпризом для местных, дело не сложное, но даже я понимал, что построили его не вчера. И не позавчера тоже. И не в прошлом году. Даже на мой взгляд ни разу не специалиста видно было, что бревнам, из которых сделан мост, не один десяток лет.

— Лиственница, — со знанием дела отметил мужик, и, видя, что его не поняли, пояснил: — Лиственница, говорю. Дерево прочное и не гниет очень долго. Бревнам лет полста, не меньше.

Ни хренашеньки! Полсотни лет, значит… И за полвека никто его тут не видел. Чертовщина какая-то! А мужичок из военных, похоже, «полста» только у них в речи встречается. В мое время встречалось, во всяком случае. Хотя черт его знает, так-то у него речь обычная простонародная, хотя и городская, деревенские по-другому говорят. А что ж он тогда в деревне живет? Я поймал себя на том, что размышляя об этом мужике, мой мозг изящно увернулся от мыслей про невозможный мост. Ну да, почему городской мужик живет в деревне и по какой такой причине он вставляет в обычную речь военное «полста», — это все логическим путем установить можно. А если не получится, так самого мужика и спросить. Но вот установить, как сюда несколько часов назад попал мост, которому не меньше пятидесяти лет — это фигушки. И спросить тоже не у кого. То есть спросить-то можно, а вот с ответом будет куда как сложнее…

— Вчера, значит, моста не было? — все-таки я решил повернуть мысли в более актуальном направлении.

— Вчера? — усмехнулся мужик. — Его и сегодня-то с утра не было!

— Но как же? — подала голос рыженькая, которую, как я понял, звали Алиной.

— А черт его знает, — пожал плечами мужик. — Я вот чего еще не понимаю… На хрена он вообще тут нужен?

— То есть — на хрена? — удивился я.

— Не ведет он никуда. В Наташку идти, речку переходить не надо. К консервному заводу или поселку заводскому вообще от станции в другую сторону. А туда, — мужик махнул рукой, показывая через мост, — если пойти, только в лес углубишься, и все.

И то правда. Мост располагался справа от тропы (справа, это если идти от станции), и ни к нему, ни за ним, никаких признаков постоянно используемого пешеходами пути не наблюдалось.

— В Наташку — это в Натальины Дворы? — я захотел уточнить название деревни.

— Ага, — лицо Алинки просияло радостной улыбкой, — здесь все так говорят. Прикольно!

Прикольно, хех… Девочке тоже не хочется заморачиваться невесть откуда взявшимся инженерным сооружением. Но интересно же!

Мужик неспешно прошелся по мостику туда и обратно. Хм, действительно, мостик, не обман зрения. Его примеру последовал спутник рыженькой Алины, Сергей, если я правильно понял. Молодой человек даже потоптался на мостике, словно проверяя, не рухнет ли он. Не рухнул.

Алина извлекла из сумочки смартфон и принялась с радостным хихиканьем фотографировать Сергея, тот начал вовсю дурачиться, принимая всяческие горделивые позы. Мы с мужиком переглянулись и оба понимающе хмыкнули. Молодняк, блин…

— Дядь Коль, давайте вас сфоткаю! — девушка сделала приглашающий жест в сторону моста. — И вас тоже! — так, это уже мне персональное приглашение.

— Федор, — представился я и тут же добавил: — Михайлович.

— Прямо как Достоевский, — мужик не подкалывал, просто отметил факт. Однако ж знает, как Достоевского звали, стало быть, и культура какая-никакая налицо. — А я Николай, — он протянул руку, и мы скрепили знакомство.

— Сергей! Алина! — представились молодые.

Что ж, приличиям мы дань отдали, и в честь такого случая решили сделать Алине приятное. Встали на мосту — ну ни дать, ни взять, три богатыря, только что в пешем строю. Я, конечно, на Илью Муромца не тяну, но воспользовавшись привилегией старшего по возрасту, встал в центре, Николай, заняв место по правую руку, изобразил Добрыню Никитича, Сергею достались место по левую руку и роль Алеши Поповича. Дурачились, не без того. И рожи строили важные да решительные, и принимали позы типа «герой-победитель», ну что делать, нашло такое настроение.

— Сереж, меня сфоткай! — потребовала Алина.

Заняв место на мосту, девушка показала нам настоящий мастер-класс дурачества. Уж в какие только позы она на мосту не вставала — от романтических до эротических, а закончила вообще «ласточкой». И все это со звонким веселым смехом. Радости, короче, полны трусики.

— А теперь давайте сделаем селфи все вместе!

Алина загнала нас на мост и вручила телефон Сергею, сославшись на то, что руки у него самые длинные.

— Плохо! Тут моста не видно за нами! — забраковала девушка сделанные Сергеем фото. — Давайте перед мостом встанем, и чуть сбоку!

Новые фото Алине опять не понравились, света ей было мало. Поискав глазами, с какой стороны солнце, она скомандовала:

— Надо на ту сторону перейти, тогда нормально со светом будет!