«Садовое товарищество "Металлург"»

Отцеплялась старуха нехотя, понятие помощь ближнему она признавала однобоко, только в случае, когда этим ближним становилась она и её родственники. Не самый хороший человек, несмотря на почтенный возраст.

– Сакуровы… всё, – сдавленно просипел Пашка, бормоча нескладно молитву. Отодвинув от калитки, прохожу в сад… и правда всё, иного толкования быть не может. Ирма лежит в здоровенной луже крови, а разможженную голову…

Не смотреть, не смотреть… с трудом подавив тошноту, присел рядом на корточки и пощупал пульс на шее тыльной стороной пальцев.

– Тоже ничего, – глухо прозвучало от Пашки, – дети тоже… все.

Убитых и покалеченных оказалось неожиданно много. Только на наших линиях никак не меньше тридцати человек насмерть, да почти сотня нуждается в срочной медицинской помощи.

– Связи! Связи нет! – Орал крупный мужчина метрах в двадцати от нас. Они купили дачу недавно и всё, что мы знали о нём, так что про работу в органах – со слов довольно-таки неприятной, высокомерной супруги с губами уточкой.

– Ни у кого связи нет, – отозвался Пашка, – гроза, наверное, электронику выжгла.

– Гроза не может… – начал было мужчина, – парни! Без обид! Мухой метнитесь к городу! Связь то ли будет, то ли нет, а нам каждая минута дорога – сами видите, что здесь такое творится. Ураган такой, что даже пейзаж поменялся. Может, едут уже МЧСовцы, а может они ни сном, ни духом.

Переглянувшись, киваем, срываясь с места.

– Погодь, – придерживает меня Пашка, – давай-ка вилы возьмём.

– На хрена?

– Собаки. Сам видел, каких барбосов с собой привезли. Мало ли…

Взяв вилы, потрусили в сторону города, быстро забыв о желании реквизировать где-нибудь по дороге велосипеды. Везде обломки шифера, черепицы, металла, какие-то сучья и стекло. Проехать нереально, да и бежать не очень-то получалось, в лучшем случае ускоренный шаг.

– Что-то не нравится мне эта шняга, – бормочу на ходу, держа вилы наперевес.

– Да уж, – нервно хохотнул друг, – в жопу такие приключения! Обошёлся бы без трупов на соседних участках!

– Да я не об этом… в смысле, об этом тоже, просто, – остановившись, жестом показываю на горизонт, где должны показаться силуэты элеватора вдали.

– Ураган? – Нерешительно спросил Пашка. Переглянувшись, мы потрусили дальше, стараясь не думать. Если элеватор в расположенной по соседству деревне снесло, то получается, что нас вообще краем зацепило. Что же тогда в городе?!

– Да мать твою! – Истерично выкрикнул Петриашвили, делая гигантский прыжок назад – спиной! Секунду спустя прыгнул с места и я, успев развернуться. На дорогу из густых зарослей выбрался самый настоящий крокодил, явно пребывающий в скверном настроении.

А что страшнее, заросли эти явно тропические, перерезавшие дорогу в город.

Крокодил… да может и кайман какой, не биолог ни разу. Короче, за нами он не погнался, так что метров через двести мы остановились.

– Саш, – задумчиво спросил друг, – мы ведь попали, да? Как в книжках, на другую планету.

Несколько минут спустя, соблюдая все предосторожности, всё-таки вернулись к перерезавшим дорогу джунглям и осторожно прошлись по краешку.

– Лиан каких надо, – озвучил мысли Пашка, – чтоб поверили сразу.

– Любую дрянь тропическую дави, – отзываюсь, не отрывая глаз от растительности, – н-на! Смотри, какая зараза!

Приколотая вилами, на дороге корчилась крупная, метра этак четыре, змея. Вовка добил её и присел на корточки, опасливо протянув руку к голове.

– Саш, а она ведь ядовитая.

– Опа! – На секундочку я даже отвернулся от зарослей, – с каждой минутой всё веселее. Что-то мне подсказывает, что это ни хрена не наш мир. То ли интуиция, то ли пессимизм…

– То ли вторая луна на небе, – в тон ответил друг, – Саш, да ты глянь! Я не шучу!

– Ёба… – с такими-то доказательствами и змеи с лианами не нужны. Хотя возьмём, конечно – так, чтоб было.

Нервно поглядывая на небо, где в разошедшихся тучах виднелись бледные диски двух лун, заметно меньше привычных земных.

– Паш, а ведь дела совсем хреновые, – озвучиваю мысли, – другой мир и значит – вирусы и бактерии, так ведь? Пусть у нас иммунитет откуда-нибудь возьмётся… ну, предположим!

– Предположим, – с сомнением отозвался Петриашвили, – сильно в этом сомневаюсь, но ты прав – всё может быть. Сущность какая божественная, чтобы игрушки раньше времени не загнулись.

– Что-то в таком духе, да. Но я вот о чём: представь, ведь помимо иммунитета, есть много всякого. Давление воздуха, магнитное поле… Прикинь, как начнёт корёжить гипертоников да метеозависимых? А из лекарств почти и нет ничего.

В полном молчании потрусили назад. Я тащил убитую змею, Пашка всякую растительность. Как назло, начала болеть голова – то ли действительно давление, то ли самовнушение и стресс.

– Другой мир? – Переспросил тот самый мужик из органов, – да поняли уже. Как на небо глянули, так и поняли. А вот что джунгли дорогу перерезали, вот это хреново. Нам бы хоть на пару километров участочек побольше.

– Зачем? – Уставился на меня тот, как-то очень нарочито выпучив глаза. Так любит… любил делать бывший директор, показывая тем самым степень дебильности собеседника. Приём дешёвый, но если человек при власти, действенный, – Да чтоб было! Чем больше ресурсов, тем больше шансов на выживание общины. Луны видели? Может, нам здешняя пища не годится. Вряд ли совсем уж, но скажем – минералов и микроэлементов каких-то не хватает или напротив – лишние. Даже земля под огороды пригодиться может! А если бы деревеньку зацепило с нами? Техника сельскохозяйственная, мощности ремонтные.

– Ясно, – киваю, – кстати, мы незнакомы. Бобров Александр Иванович.

– Петриашвили Павел Юрьевич

– Да… Ивашинников Леонид Фёдорович, – представился мужчина, чётко выговаривая слова, – подполковник ФСИН.

Леонид Фёдорович взял на себя лидерские функции, организовав народ примерно на сотне дачных участков. В других местах нашлись свои лидеры.

Выжило большинство, Сакуровы оказались несчастливым исключением из правил. Но вот покалеченных много… и что-то мне подсказывает, что не все из них выживут.

– Людочка, Людочка! – Только и слышалось от людей, – скажите Людочке, что мальчику плохо!

– Людмила Ивановна, – жалобно голосила устроенная в тени старушка с вывихнутой ногой и испуганными глазами на худом старческом лице, – мне кажется, я умираю!

Участковая врачиха металась по участкам в бестолковом рвении. Женщина добрая, но на редкость бестолковая и откровенно неважный терапевт. К ней шли только для того, чтобы выписать больничный, да получить направление на анализы. А тут такое…

Мы с Пашкой метались по участкам на жаре, взяв на себя роли связных, заодно помогая где только возможно. В другой мир перенеслось около пяти тысяч народа, но всё больше пенсионеры и детвора.

– Шевелитесь, парни! – На правах родственника рявкнул дядя Коля, не выпуская вечную Приму из зубов, – вы как гонцы нужны, шустрики молодые! С работой и без вас справимся, здесь две трети заводских. Сила есть, умение есть, а шустрости молодой нет, ноги уже не те.

– Врача, врача! Здесь есть врач?! – Раздался истеричный женский голос, – у меня давление, я требую особого отношения! Я гипертоник!

– Заткнись, дура! – Грубо заткнул её невидимый мужчина, – здесь врачей на все дачи девять человек! Это если фельдшера посчитать, которому семьдесят шесть стукнуло!

– Ступайте, – мягче сказал дядя Коля, опираясь на лопату, – да священников сюда, хоть каких. Умершие уже попахивать начали. Не дай бог, к нам на мертвечинку из леса придут. Нехорошо этак с покойниками.

– Оружие нужно, срочно! – От осознания надвигающейся жопы волосы встали дыбом.

– Иди уж… оружие, – криво усмехнулся родич, забираясь в глубокую яму, которой предстоит стать братской могилой, – без тебя уже разобрались. Видишь? Часовые из глазастых да неходячих. Всегда ругал долбоёбов, что оружие с собой всюду таскают, а сейчас вот впервые рад.

– Как считать, – подал плечами дядя Коля, пыхнув папироской, – короткоствола больше семидесяти стволов объявили, вот уж не ожидал, что у нас параноиков столько. Правда, в основном говно для самообороны – Макаровы всё больше, Наганов с десяток. Толковых стволов из них штук восемь, только вот патронов ни хрена нет.

– Нормальное оружие есть?

– Шесть, блять! – Сплюнул на землю родич, – шесть стволов более-менее нормальных – тех, которыми местную живность пристрелить можно.

– Ага. Выползла змеюка толще моей ноги в два раза. Лёшка Дьяков лопатой… как, до сих пор сам не поймёт! Говорит, это как с ножом складным против медведя выйти, да в живых остаться. Одиннадцать метров намерили!

– Дядь Лёша? – Поразился я, – Он же древний, как говно мамонта! Семьдесят восемь натикало в том году!

– ВДВ, ёб тя, – пожал плечами дядя Коля, – он как был дурной в молодости, так ни хрена и не изменился. Благо, здоровья до хрена, откуда что берётся при такой жизни… Всё, пиздюки, валите!

– На разведку?

– Какую, на хрен, разведку? Эти… с оружием что, выживанцы, да? В спИцназ играют со стволами своими, ушлёпки. Периметр они обходят, мать их… К Сашке Кочергину валите. Ну… для вас он Александр Николаевич, раз учились у него. Змеюку взялся препарировать и вообще – понять хочет, что тут почём.

– Николаичь? – Переглядываемся мы с Пашкой, – этот могёт! Давай, дядь Коль, мы полетели!