«Демон – Телохранитель 5»

Холоденко Юрий Александрович

Демон – Телохранитель 5

(По образу и подобию #5)

Спасибо за поддержку и интересные мысли Кнышову Дмитрию Сергеевичу из Питера, и Алексеенко Александру Сергеевичу из Краснодара, дополнившему сюжетную красоту, и за многочисленные подсказки!

А также Ебноту и Listener, которые тоже не спали… ;)

Спустившись по белой мраморной лестнице, девушки двинулись к столу, а набравшиеся решительности, многочисленные молодые люди, стадом перевозбужденных бизонов, устремились к нам.

Глава Города оглянулся, заметив движение, мгновенно все оценил, и повернувшись назад к приблизившейся уже Елене, произнес:

– Чарующая музыка… Может, потанцуем?!

– С радостью! – кивнула, слегка розовея, Елена. – Я ради этого и вышла… – и она опасливо заглянула за него, на надвигающуюся, целеустремленную волну.

– Пойдем тоже?! – вопросительно, посмотрел я на Алинилинель.

– Да, мой любимый… Я об этом тоже мечтаю! – улыбнулась искренне Алинилинель.

Увидев КТО, увел танцевать, прелестную «незнакомку», волна остановилась, и разочарованно загудела. Каждый из мужчин, ее уже считал своей, и огорченно вздыхал. Женский рой, тоже взбудоражено загудел.

Остальные же танцевали…

Решив не отставать, от медленно закружившего Елену, Карнерона, мы с Алиной, тоже закружились в танце. Напоминая вальс, он не требовал особых умений, расслаблял и дарил удовольствие.

Алина красовалась в своем белом воздушном платье, затмевая всех вокруг своей стройной фигуркой. Елена в белом, с легким розовым оттенком, тоже. Впрочем, Елена еще и собирала, женские завистливые взгляды, буквально со всего зала, на своих розовых, на удивление живых волосах. Волосы Алинилинель, их не настолько пленили.

Что же о мужских взглядах… О них можно было перецепиться!…

Эта музыка отыграла, и мы, не возвращаясь к столу, продолжили танцевать, под переливы следующей. Начавшей литься без промедлений. Девушки порхали, мужчины остывали… Хотя, кто как…

Закончился следующий танец, и мы решили отойти к столу. Новая мелодия заиграла, и вновь вышедшие пары затанцевали.

Остановившись у своего стола, мы пригубили разлитое Карнероном вино. Пришедшая в себя Елена, радостно улыбалась…

– Леди, можно вас пригласить на танец?! – произнес, разряженный, очень крупный вблизи франт, весьма нагло попыхивая трубкой. И осклабился, видимо считая «это» улыбкой.

– Разве что один танец… -  Елена задумчиво оценила его оскал, видимо решив больше поверить, что все же это она. В смысле улыбка.

Граф Сусюр относительно галантно, взял ее за руку, и отправился в зал. Начал танцевать… Попыхивая трубкой, что-то произнес на ухо, и сам же громко заржал. От услышанного, Елена сильно покраснела, и в легкой панике на нас оглянулась.

Наш столик продолжил напряженно наблюдать, за происходящим.

Пошел очередной круг по залу, и Граф, в очередной раз выпустив дым Елене в лицо, как ему казалось, нежно улыбаясь, перевел свою руку с ее пояса, гораздо ниже, и нагло потискал, будто брюкву, проверяя на пустоту… А в данном случае на полноту, и упругость.

Одновременно, не вынимая трубки, потянулся к ней в поцелуе…

Елена сбилась с шага, одновременно, резко отклоняясь назад. Граф Сусюр продолжив безуспешно тянуться, начал по хамски, прижимать ее к своему переду, перехватившись уже обеими руками пониже спины. И почувствовав что привычное, почему-то не выходит, поднял одну руку, и схватив ее сзади за голову, высунув сиреневатый язык, толи от вожделения, толи удерживая им трубку, еще сильнее потянулся вперед, и потащил ее голову рукой к себе.

Неожиданно, ее черты исказились… Паника, отвращение и непонимание, вызвали злость, и ее черты поплыли… Глаза, загорелись желтым, а вместо обычных зубов, во рту оказались небольшие, но острые и крепкие волчьи клыки. Которые, с утробным рыком, громко лязгнули, прямо у его носа.

Шарахнувшись от неожиданности, он слегка выпустил ее из рук, и она тут же полностью высвободившись, горя гневными желтыми глазами, быстрым шагом направилась к нам.

– Натанцевалась?! – мысленно бросил я ей.

– Я!… – ответила мысленно она, задохнувшись, и потопив меня в гневе, возмущении и отвращении.

– Успокойся!!! – приказным тоном, мысленно охладил ее я. – У тебя глаза горят!… Пройди и встань за меня, если что, я разберусь…

Похоже, ее вид испугал только, брызнувших в стороны, с ее дороги дам, остальных же мужчин, еще сильнее, потянула к нам вожделенная изюминка.

– Он, он!… – мысленно, бросила она, с явным омерзением.

– Все видели, что он! Успокойся… – ответил я также мысленно. – Расслабься, успокойся и приходи в себя. Ты Королева Бала, как и Алинилинель, и под моей защитой. А он просто хам. Ничего он тебе, больше сделать не сможет! К тому же пусть радуется, что ты ему нос не откусила… – и я слегка улыбнувшись, ей подмигнул.

Елена кивнула, опустив взгляд, и скромно встала между мною и Алинилинель, прекращая злиться, и плавно туша взгляд.

Опомнившись, кавалер бурым быком, двинул к нам.

– Ну что мы, такая недотрога?! – пробасил нагло он. – Посмотрев на тебя, я решил, что все на оборот! – он снова осклабился, делая вид, что кроме Елены, никого не замечает. – Ну извини… Пошли еще потанцуем! А потом у фонтанчика… – он перекинул, на другую сторону трубку, – Посидим… – и он нагло потянулся, пытаясь поймать ее за руку.

– Нет… – произнесла, едва заметно нахмурившись, Елена, которой адресованы были слова, и покосилась на меня.

– Почему?! – продолжил наглеть, поганец, покосившись без уважения, на опасно прищурившегося Магистра. – Обещаю, что выполню, нежно, то, что тебе прошептал! И даже не промажу… – и он подмигнул, и улыбнулся настолько вульгарно, что у меня, тут же зачесался кулак, и я с огромным трудом себя сдержал. Взглянул с удивлением, на молча мнущегося Карнерона.

Ну ладно, мнется, молчит… Испепеляя взглядом, многого не достигнешь.

– Я уст… – начала было примирительно Елена, отступая на шаг. И отдергивая руку.

– Да, ладно! Почему… – но договорить я ему не дал, решив продолжить, относительно вежливо.

– Потому что следующий танец она обещала мне! – произнес также нагло в свою очередь я, и пробуравил его взглядом.

– А ты знаешь, кто я?! – выдал он, похоже, очумев от своего дыма.

– Да, пофиг мне… Ты не знаешь, КТО Я… – произнес я, глумливо изогнув губы.

– Ты, недоносок! Я вызываю тебя!… – начал было он, но я его тут же перебил.

– Не стоит судить о других, по себе… – издевательски фыркнул я. Толпа, оживая, местами выдала легкие приценивающиеся смешки.

– Да и, вообще-то вызывать тебя могу я, поскольку, ты меня оскорбил… – нагло улыбнулся я, посмотрев на него как на дерьмо. – Но я воспользуюсь, твоим правом вызова, оставив за собой, право выбора оружия… – я многозначительно ему подмигнул, и уничтожающе улыбнулся.

– Сейчас! В саду!!!… Кхе… Кхе-е!!! – возопил он, багровея, и закашлявшись от собственного едкого дыма.

– Вы забываетесь!!! Граф Сусюр… Дуэли запрещены на вечерах. Это закон! – произнес заметно раздраженно Карнерон. – И вы не имеете права оскорблять, моих личных, гостей…

– Плевал я на закон! Выплатить штраф?! Могу вперед… – фыркнул франт. И нагло уставился на меня. – Я с недоносками веду себя просто…

– На равных, поскольку сам себя причисляю к оным… – улыбнулся я, и объяснил более прямо, выдохнувшей, и наконец, все понявшей правильно, не слишком интеллектуальной толпе.

– Что, что?! – удивленно пыхнул, не понявший смысла, в несложном речевом построении Граф Дварский.

Похоже, что с ним, шутить нужно более примитивно.

– Говорю, приятно с вами познакомиться, Граф Сосюр…

– Что?!! – выпучил глаза он.

– О-о… Я, кажется, исковеркал ваше имя? Это не умышленно. Извините, Граф Писюр, слух бывает, подводит меня! – улыбнулся я, совсем не извиняясь.

Наконец раздался дикий смех, который смело можно было назвать истерическим, и толпа мелкой, средней, и даже крупной, и физически крепкой молодежи, буквально брызнула в стороны, видимо, не желая быть в нем уличенным.

– Я не… Я… Я проткну тебя здесь!!! – Дварский побагровел так, что в принципе, на его лице можно было бы выпекать куличики. Разве что, из ушей пар не валил. Потянулся за шпагой…

– Вы забываетесь!!! – ледяным тоном, не сулящим, вообще ничего хорошего, остановил его Карнерон. – Завтра обо всем узнает ваш дядя…

– Дядя обо всем, узнает еще сегодня! – приостанавливаясь, пообещал, испепеляя меня взглядом Сосюр. – Зельдиус всегда меня любил… И в этом случае, он покарает совсем не меня! – уверенно пыжась, пакостно-злорадно, улыбнулся он. Заоглядывался в поисках поддержки.

– Так ты еще и ябеда… – констатировал я, улыбчиво прищурившись. – Мама! У меня забрали лопатку!… У-а-а-А!!! – вывел я не особо громко, но выразительно, решив, раз тип нарвался, то его добить.

Из дальних концов залы донесся загрохотавший смех. Впрочем, и из ближних. Многие демонстративно отвернувшиеся, дико сотрясаясь… А у некоторых не хохотавших, и стоявших лицом ко мне, лицо выражало откровенный ужас. И сочувствие, похоже, адресованное мне.

Дварский выдохнул дым в трубку, выплюнув вверх, из нее, искры жара. Которые как из вулкана, по дуге стали опускаться вниз, и ближайшие дамы, рискующие больше всех, из-за легких, легко воспламенимых, одежд, тут же бросились в стороны. Елена и Алина, просто отступили на пару шагов, судя по воинственным лицам, и пылающим желтым глазам, готовые сами в него вцепиться.