«Мокакыкл»

Николай Ободников

Мокакыкл

– Вес «бритвы»? – спросил техник.

– Там же всё видно, дубина! – не выдержал Юрик. Он привстал на цыпочки, пытаясь разглядеть данные сканирования.

Техник зевнул и повторил вопрос:

– Вес «бритвы»?

– Девяносто девять килограммов. – Галактион скривился. Ему, как и Юрику с Мишкой, не нравилось проговаривать очевидное. Он, скрестив руки на груди, торчал в диагностической капсуле, пока техник бритвадрома «Скальп» выискивал причины для дисквалификации самой странной команды предстоящего состязания.

– Мощность «бритвы»?

– Как у земного тепловоза! – огрызнулся Юрик.

– Десять тысяч киловатт. – Мишка оттеснил напарника, пока тот опять чего-нибудь не ляпнул.

Техник оторвал глаза от планшета:

– Что-то мало. Предел – пятнадцать. Что за ядро?

– Модифицированная «Шхуна» пятого поколения.

– И вы с этим старьем сунулись в «Бритвашторм»?

Мишка затрясся от возмущения, а Юрик ахнул.

Галактион щелкнул пальцами, привлекая к себе внимание. Поймав взгляд техника, сказал:

– И мы с этим старьем выиграем, браток.

– Хорошо. «Бритва», можешь покинуть капсулу.

Киборг выбрался наружу и распрямился во весь двухметровый рост. Гибкая вольфрамовая пешка, лелеявшая мечту стать ферзем.

– Что теперь?

Техник со вздохом открыл файл с текстом памятки. Откашлялся, прочищая горло.

– Не думали сменить название команды? Это привлекло бы спонсоров.

– Наша команда называется «Мокакыкл», понял? – Шипящий голос Юрика, словно закрывающиеся двери, отсекал любую вежливость.

– Будто ребенок учится говорить. – Техник осекся, заметив покрасневшие лица пареньков. Еще разок кашлянул. – Команда «Мокакыкл», вы предупреждаетесь о следующем. Для перемещения по трассе нельзя использовать больше шести конечностей. Запрещено любое наступательное оружие, в том числе превышающее пределы необходимой самообороны. Запрещены любые авиационные или спортивные нагнетатели и турбины. Запрещены…

– Дядя, это мы и без тебя знаем, – перебил его Мишка.

Техник мычанием изобразил чтение дальнейших пунктов. Ему и самому не терпелось поскорее оказаться среди зрителей.

Николай Ободников

Мокакыкл

– Вес «бритвы»? – спросил техник.

– Там же всё видно, дубина! – не выдержал Юрик. Он привстал на цыпочки, пытаясь разглядеть данные сканирования.

Техник зевнул и повторил вопрос:

– Вес «бритвы»?

– Девяносто девять килограммов. – Галактион скривился. Ему, как и Юрику с Мишкой, не нравилось проговаривать очевидное. Он, скрестив руки на груди, торчал в диагностической капсуле, пока техник бритвадрома «Скальп» выискивал причины для дисквалификации самой странной команды предстоящего состязания.

– Мощность «бритвы»?

– Как у земного тепловоза! – огрызнулся Юрик.

– Десять тысяч киловатт. – Мишка оттеснил напарника, пока тот опять чего-нибудь не ляпнул.

Техник оторвал глаза от планшета:

– Что-то мало. Предел – пятнадцать. Что за ядро?

– Модифицированная «Шхуна» пятого поколения.

– И вы с этим старьем сунулись в «Бритвашторм»?

Мишка затрясся от возмущения, а Юрик ахнул.

Галактион щелкнул пальцами, привлекая к себе внимание. Поймав взгляд техника, сказал:

– И мы с этим старьем выиграем, браток.

– Хорошо. «Бритва», можешь покинуть капсулу.

Киборг выбрался наружу и распрямился во весь двухметровый рост. Гибкая вольфрамовая пешка, лелеявшая мечту стать ферзем.

– Что теперь?

Техник со вздохом открыл файл с текстом памятки. Откашлялся, прочищая горло.

– Не думали сменить название команды? Это привлекло бы спонсоров.

– Наша команда называется «Мокакыкл», понял? – Шипящий голос Юрика, словно закрывающиеся двери, отсекал любую вежливость.

– Будто ребенок учится говорить. – Техник осекся, заметив покрасневшие лица пареньков. Еще разок кашлянул. – Команда «Мокакыкл», вы предупреждаетесь о следующем. Для перемещения по трассе нельзя использовать больше шести конечностей. Запрещено любое наступательное оружие, в том числе превышающее пределы необходимой самообороны. Запрещены любые авиационные или спортивные нагнетатели и турбины. Запрещены…

– Дядя, это мы и без тебя знаем, – перебил его Мишка.

Техник мычанием изобразил чтение дальнейших пунктов. Ему и самому не терпелось поскорее оказаться среди зрителей.