«Хранители Вселенной. Дилогия»

— К полуночи хоть до Москвы доберёмся с твоим объездом? — осведомилась Маша, когда они в обратном направлении миновали невеликий дачный посёлок и свернули на узкую, заросшую травой дорогу, ведущую в лес.

Здесь действительно можно было проехать без риска застрять в грязи.

— Куда мы денемся, — ответил Никита. — Конечно, если ближе к городу не встанем в пробке. Оно вроде бы и не должны в это время, но всякое бывает, как ты понимаешь.

— Да, — вздохнул Женька. — Автомобилей в Москве развелось, как собак нерезаных.

— А собак нерезаных — как автомобилей, — сказал Никита.

— У нас собаки, — заметила Маша. — А где-то лисы и даже еноты. Я читала, нишу обязательно будет кто-то занимать. И кто лучше?

— Не знаю, — сказал Женька. — Я не жил в городе с лисами. Тем более с енотами. Собаки привычнее в любом случае.

— У одной моей знакомой жил енот, — сообщил Никита.

— Да ну? — удивилась Маша. — И где она его взяла?

— Привезла откуда-то с Черноморского побережья. В Подмосковье еноты не водятся — холодно им тут.

— Тут и людям холодно, не то что енотам, — вздохнул Женька.

Дорога нырнула в лес, и Маша ещё сбросила газ, хотя и до этого ехала не быстро.

И, как выяснилось буквально через пару километров, правильно сделала.

Мужчина в плаще и с рюкзаком за плечами неожиданно шагнул на дорогу прямо из кустов. Заметить его раньше не было никакой возможности — уже стемнело, и дорога в этом месте делала поворот. Но всё бы, наверное, обошлось, не поскользнись он на мокрой глине.

Пока человек махал руками и пытался удержать равновесие, а Маша с криком «б…дь!» жала на тормоз, автомобиль всё-таки ударил мужчину в бок. Вроде бы не очень сильно, но незадачливый лесной пешеход упал, а столкновение восьми центнеров металла и пластика с телом ощутили в салоне все. Впрочем, в ту же секунду машина остановилась.

— Я гляну, — сказал Женька, дотронувшись до окаменевшего Машиного плеча, и полез наружу.

Вслед за ним выбрался из машины и Никита.

Мужчина неподвижно лежал на спине. Рядом с ним валялся выпавший из руки, но продолжающий гореть электрический фонарик.

«Лет сорок с лишним дядьке на вид, — определил Никита. — Господи, неужели мы его…»

Не открывая глаз, мужчина отчётливо застонал и шевельнул рукой.