Уже во время войны, заметив отсутствие следов у двери, комендантский патруль взломал замок. Внутри никого не было. На полу валялся томик известного до революции поэта Бальмонта, покрытый сантиметровым слоем пыли, а в треснутом зеркале не было никакого отражения обстановки. В нем мерцали звезды. Молоденький солдатик, испугавшись непонятного, нажал на спусковой крючок. Зеркало осыпалось на пол, а за ним не оказалось никаких звезд - одна выщербленная пулями штукатурка. Комнату опечатали, солдатика побранили, но не шибко. Однако было известно: прежний хозяин комнаты не эвакуировался со всеми жильцами в Башкирию, и на фронт его не брали по причине умственного расстройства, случившегося через несколько лет после гражданской войны. Очевидцы из соседнего подъезда рассказали следователю, что исчезнувший никогда не расставался с царской ассигнацией достоинством в сто рублей, коей весьма дорожил.
Дело о таинственном исчезновении Каштымова Алексея Дмитриевича закрыли по причине военного времени, томик Бальмонта следователь из вещдоков перевел в категорию "вещь на память". Он несколько раз пытался прочесть лирику, но каждый раз ему попадались на глаза одни и те же строки:
...Я знаю, что новые страсти придут,
с другими ты забудешься вновь,
но в памяти прежние образы ждут,
и старая тлеет любовь.
И будет мучительно-сладостный миг:
в лучах отлетевшего дня,
с другим заглянувши в бессмертный родник,
ты вздрогнешь и вспомнишь меня.
Комментарии к книге «Нимфа с Литейного», Борис Витальевич Зеленский
Всего 0 комментариев