«Закон есть закон»

Януш Зайдель

Закон есть закон

Уже несколько минут Кон пытался сообразить, где же он находится и что за тип медленно прохаживается по небольшой мрачной комнатке, в которой он неизвестно как оказался. Пока что было ясно одно: все происходит наяву, но легче от этого не стало.

Кон закрыл глаза и попытался восстановить ход событий.

Была среда, семнадцатое июля. Это он помнил. Он стартовал из района Юпитера, солнце виднелось на заднем экране. Испытательный полет проходил без неожиданностей, все механизмы и приборы работали нормально до тех пор, пока...

Да, теперь он вспомнил все. Скорость составляла половину скорости света, двигатели давали шестьдесят процентов максимальной мощности, ускорение, которого он не ощущал в своей безынерционной камере, достигало прямо-таки фантастических величин. Он передвинул вперед рычаг тяги, чтобы проверить, дадут ли двигатели полную мощность. Ускорение возросло.

"А что если сбросить тягу?" - подумал Кон, сдвинул рычаг в нулевое положение и взглянул на акселерометр. Сначала он подумал, что заело стрелку прибора, но первые же результаты контрольной проверки показали, что дело обстоит хуже: фотонный двигатель потерял управляемость. Он работал почти на полной тяге, и запасов топлива было вполне достаточно, чтобы выбросить ракету за пределы Солнечной системы. Надежды никакой. Фотонный двигатель пошел вразнос, и его нельзя было остановить. Он прекратит работу, только когда полностью израсходуются запасы топлива. Однако прежде чем это случится, ракета успеет набрать околосветовую скорость.

Кон знал, что не в его силах что-либо изменить, поэтому волноваться и нервничать бессмысленно.

Скорее по многолетней привычке, а не из надежды на спасение он включил установку для анабиоза и лог как можно удобнее. Случись все это в Солнечной системе, его бы рано или поздно нашли, но сейчас...

...И вот теперь эта слабо освещенная комната и человеческая фигура... Значит, все же каким-то чудом, по необъяснимой случайности он вернулся? Фантастика!

Кон открыл глаза, пошевельнулся и глубоко вздохнул. Фигура подплыла и остановилась рядом с ним, вырисовываясь на фоне стены, которая стала желтоватой. В комнате посветлело, и Кон опять решил, что он спит.

Перед ним стояло нечто, весьма отдаленно напоминавшее человека: белая глыба, похожая скорее на снежную бабу или человека, который только что вынырнул из кадки с густой сметаной.

- Добрый день, - сказало Нечто. Произношение у него было безукоризненным. - Ты уже... э... очухался?

Кон глядел на снежную бабу и всеми силами старался проснуться.

- Я спрашиваю, ты здоров? - уточнила снежная баба.

- Думаю... д-д-да! - пробормотал Кон, с трудом сдерживаясь, чтобы не щелкать зубами. - Кто ты?

- Я не "кто", а "что". Я обслуживаю девяносто четвертую станцию Контроля.

- Где я? - крикнул Кон. Он быстро сел и свесил ноги, а снежная баба попятилась, еще больше расплылась и почти совсем утратила сходство с человеком.

- Ты на девяносто четвертой станции Контроля Галактического Космоплавания.

Кон осовело смотрел, как руки и ноги белой снежной бабы сливаются с бесформенным, теперь ставшим цилиндрическим туловищем. Он вздрогнул.

- О, прости! - бывшая снежная баба молниеносно превратилась в идеальную человеческую фигуру, напоминавшую классическую скульптуру из белого мрамора с белыми глазами и губами. - Прости, но мне чрезвычайно трудно сохранять все время твою форму. Никогда в... э... жизни я не видела ничего менее функционального...

- Стало быть, это не твоя форма?

- Само собой. Твоя.

- А как выглядишь ты?

- Никак. То есть по-разному, в зависимости от потребности и обстоятельств. Но твоя форма исключительно сложна.

- Тебя это затрудняет?

- Меня ничто не затрудняет. Просто, чтобы сохранять себя в этой форме и одновременно разговаривать с тобой, нужно слишком много внимания, и поэтому я начинаю расплываться.

- Тогда прими самую удобную для тебя форму!

- Так ты согласен?

- Да.

- Благодарю. Так и запишем! - классическая скульптура с явным облегчением расплылась и осела на пол в виде большой приплюснутой капли.

Кон присмотрелся внимательнее. Капля не была неприятной или скользкой, она напоминала большой белый и гладкий дождевик либо кусок хорошо замешенного теста. Кон все яснее и яснее понимал, что это явь, действительность...

- Так видишь ли, пришелец, - продолжал дождевик, - инструкция, которой я подчиняюсь, требует, чтобы я принимал форму существа, с которым у меня установлен непосредственный или же телетрансляционный зрительный контакт. Разговаривать я обязан также на языке этого существа. Должен сказать, что все это не так просто, особенно когда впервые имеешь дело с новым типом существ, например с тобой.

Кон осмотрелся. Комнатка была небольшая, никакой мебели, кроме мягкого ложа, на котором он сидел. Ни двери, ни окна.

- Скажи, как я тут очутился? - спросил он. - Да, прежде всего, как тебя зовут?

- Никак. Только живые существа имеют право на имя. Для удобства можешь называть меня Мик. Это сокращение: младший инспектор контроля. Но только неофициальное.

- Слушай, Мик, что все это значит? Где я? В Солнечной системе?

- Если я верно расшифровал записи приборов твоего космолета, ты прошел путь, который свет преодолевает примерно за пятьдесят единиц, называемых у вас годами. С кораблем что-то стряслось, и тебя занесло сюда случайно...

У Кона закружилась голова.

- Но сейчас ты в безопасности. Я оживил тебя в полном соответствии с инструкцией, которую обнаружил у тебя в ракете. Ты находишься на станции Контроля, принадлежащей Союзу межгалактического космоплавания - сокращенно СМЕК. СМЕК да и только. Твой корабль не отзывался на вызовы и не передавал опознавательных сигналов, к тому же он не отвечает нашим требованиям. Во исполнение инструкции я перехватил его и поместил на запасном космодроме станции.

- А где находится твоя станция?

- То есть как где? В пустоте, на границе области, входящей в Конвенцию Космоплавания - сокращенно КОКО. Это очень нужная станция - с гордостью сказал Мик. - Мы следим за порядком в пустоте. А ты нарушил несколько параграфов КОКО. Поэтому я и вынужден был задержать тебя.

- Каких еще параграфов? Не знаю никаких ваших параграфов! - раздраженно сказал Кон. - Я хочу получить свою ракету и вернуться в Солнечную систему!

- Незнание законов - не оправдание, - невозмутимо продолжал Мик. Скажи, ваша цивилизация не входит в СМЕК?

- Разумеется, нет. Нам не известна ни одна цивилизация, кроме нашей. Но ведь и вы нас тоже не знаете. Ты когда-нибудь видел существо, похожее, на меня?

- Ну, всякие тут бывали, но такого, как ты, я действительно не видел. Однако инструкция требует равного отношения ко всем... То и дело какая-нибудь новая цивилизация вступает в Союз, и здесь появляются новые существа. Инспектор Контроля должен уметь договориться со всяким... К сожалению, я вынужден был тебя арестовать.

- А мою ракету?

- Я ее опечатал. Кораблями такого типа пользоваться запрещено.

- Надо думать, я имею право вернуться туда, откуда прилетел?

- Это вне моей компетенции, - сказал Мик. - Когда сюда прибудет Старший инспектор, подашь ему заявление. Я обязан следовать инструкции и не имею права ничего решать. Я не существо, у меня свои начальники, и они меня по этому... ну, словом, по головке не погладят, если я хоть самую малость уклонюсь от инструкции!

- Так что же ты в конце концов такое?

- Я всего лишь мыслящее устройство, - тихо сказал Мик. - Аморфное мыслящее устройство третьего порядка. Но вскоре меня, вероятно, модернизируют и я стану устройством второго порядка!

- А как выглядят существа, которые тебя... создали?

- По-разному. В Союз входят несколько десятков различных цивилизаций из восемнадцати секторов Галактики.

Кон на минуту задумался.