«Марсианский поиск»

ЛИ БРЭКЕТТ

Марсианский поиск

Он высадился в Тёрне, в самом сердце Района Рикатва, бледная сутулая тень человека, со старческими глазами, полными безнадёги, на вполне ещё молодом лице. Вместе с ним ещё пять сотен пассажиров дряхлого космического корабля спустились на сухую красную землю — последнюю надежду на обретение экономической свободы.

Рикатва и Чава, марсианские мелиорированные районы. Тройственный Совет — великие умы трёх миров — вложили в них деньги, предложив излишкам трудоспособного цивилизованного населения шанс покинуть списки прозябающих на социальное пособие. Вода, доставляемая космическими танкерами из более влажных миров; венерианский гумус, кислый фосфат, нитратный азот, чтобы сделать щелочную пустыню плодородной; а ещё примитивные лачуги и не менее примитивные орудия, закупленные на остатки средств, с трудом выжатых из недовольных налогоплательщиков.

Во всей Солнечной системе говорили, что затея с Районами провалилась. Надежда оставалась лишь у переселенцев.

Молодой человек вздохнул разреженный воздух и вздрогнул. Когда местные охранники погнали толпу от посадочной площадки к складам, он двинулся за ними с усталой покорностью сломленного хищника.

Наконец он вручил свои документы комиссару-ассистенту, худощавому, угрюмому марсианину из Чавы.

— Мартин Дрейк, — прочитал комиссар. — Холост. Род занятий: секретарь. — Он расписался в бумаге с видом человека, ненавидящего свою подпись и хмыкнул: — Секретарь! И держу пари, никогда не работал на земле! Хорошо, Мартин Дрейк, твоя хижина — на краю поселения, рядом с другими холостяками. Меньше хлопот, когда мы их теряем.

И пока Мартин Дрейк пытался осмыслить последнее замечание, длинная очередь подтолкнула его к столам, где охранники рылись в скудном багаже вновь прибывших. Дрейк открыл рюкзак для осмотра.

— Огнестрельное оружие есть? — требовательно спросил охранник и мастерски обхлопал его. Дрейк покачал головой.

Стоящий следом за ним поселенец механическим движением предъявил свой багаж к осмотру и ухмыльнулся:

— Помнишь о прошлогоднем бунте, а? Трудишься на собственную безопасность, не так ли?

— Я бы на твоём месте не умничал, — огрызнулся охранник. — Когда парни, оплачивающие расходы на ваше содержание, начнут ныть, а вы, желторотики, не докажете, что сможете вернуть им денежки, то я-то останусь на армейском пайке, а вы вернётесь назад, на улицы!

Очередь толкала Дрейка всё дальше и дальше. В конце концов он очутился на единственной улице Тёрна, сжимая в руках свой комплект инструментов, семян и одежды, а ещё недоуздок ваарда — уродливый лысый вариант марсианской лошади в прочной упряжи и с жёлтыми глазами, полными злобы. И было нечто ещё, заслоняемое навесами и ангарами, нечто, что делало взгляд Дрейка более старым, более безнадёжным.

Скрюченные и убогие, прячущиеся за гигантскими водными резервуарами, навевающие ужас своей обречённостью; тут и там поднимались разбитые мраморные шпили древнего города, безмолвные пророки тщетности.

Дрейк вздохнул и вытащил свою земельную карточку.

Символы на ней ничего ему не говорили. Он огляделся в поиске более сведущего обитателя и внезапно услышал шум, возникший на улице. Из баров и кабаков высыпала скучная, болезненная, уродливая толпа людей и красная пыль немощёной дороги поднялась удушливым облаком.

Только один человек остался в стороне, высокий венерианец, широко расставивший обутые в тяжёлые сапоги ноги. Его облачного цвета глаза сузились, когда он взглянул на мечущуюся толпу и отвернулся. Загорелый человек спокойной, уверенной силы, чем-то похожий на сурового землянина-первопроходца своей массивной головой и вьющейся жёлтой бородой. Дрейку внезапно стало стыдно за свою белую кожу и слабое тело. Но ему надо было найти свой дом. Он взял свою земельную карточку и нерешительно похлопал высокого незнакомца по плечу.

Облачный взгляд презрительно скользнул по сутулому тощему землянину:

Дрейк показал свою карточку:

— Вы не могли бы сказать мне…

Высокий мужчина оборвал его без особого энтузиазма.

— Твоя земля рядом с моей. Сейчас я иду домой. Пошли, если хочешь. — Он указал на двухколёсную повозку с ваардом между оглоблями. — Садись и привяжи свою зверюгу сзади.

Дрейк склонился над задником телеги, неуклюже возясь с недоуздком. Ваард резко дёрнул головой и узел развязался. Дрейк услышал насмешливое ворчание венерианца и покраснел. Затем тонкие загорелые руки потянулись к нему, и чистый голос сказал ему в ухо:

— Могу я вам помочь?

Дрейк поднял голову. Рядом с ним стояла девушка, стройный улыбающийся ангел в залатанном комбинезоне, увенчанный спутанными чёрными кудрями, танцующими на ветру. Она светилась силой и уверенностью в себе, и Дрейк застыл перед ней в благоговейном страхе. Девушка взяла поводья из его руки и ловко привязала, пока он смотрел и не мог отвести глаз.

Он всё ещё глазел на неё, когда она подняла взгляд и спросила, как его имя. Дрейк запнулся, упиваясь ею, как будто бы она была чем-то, о чём он никогда не мечтал, и никогда не хотел забывать. Он заметил, как она покраснела, хотя он и не сказал ничего грубого. Дрейк смутно видел, что толпа направляется к ним, но вот её голос он слышал совершенно чётко.

— Я Терра Брук. Ферма моего отца рядом с Телсом.

Терра. Земля. Никакое другое имя ей бы не подошло. Один только взгляд на неё пробудил в Дрейке странное, новое, радостное ощущение, нечто, что пело в нём безо всякой причины, достаточно было просто смотреть на неё.

Тяжесть огромной руки Телса на его плече была весьма болезненной.

— Вы никогда не видели женщину? — коротко спросил венерианец, разворачивая его.

Дрейк выдохнул: — Нет! — как раз в тот момент, когда край толпы достиг их. Загорелое лицо Терры побледнело, и она отвернулась.

— Поехали, Телс, — взмолилась она, забираясь в повозку. — Я не хочу этого видеть.

Телс её не слышал. С суровым лицом он крепче сжал плечо Дрейка, толкнув его сквозь толпу туда, где люди несли на носилках что-то, покрытое одеялом.

— Взгляни сюда, земной щенок! Это то, что сгоняет нас с земли. Это то, с чем вы, городские слабаки, не можете бороться. Но Кхому всё равно. Он не даёт пощады слабакам. Давай, смотри!

Он яростно сорвал одеяло с лежащего на носилках человека. Дрейка затошнило, и он с трудом подавил судорожный спазм в животе. Человек перед ним был уже мёртв. Обнажённый до пояса, он умер ужасно просто. Что-то ударило его в бок, сломало рёбра, перебило позвоночник и распороло внутренности.

Что-то сделало это одним ударом.

— Кхом? — запнулся Дрейк, глядя на разорванного марсианина. — Но что?.. Что это?

Странная вспышка ярости Телса угасла при виде мёртвого тела.

— Здоровенная пустынная ящерица, — пробормотал он и повернулся к своей повозке. Дрейк поплёлся за ним, бледный и потрясённый.

Дорога, по которой они выехали из Тёрна, проходила между пыльными полями, где росли фасоль, люцерна и жёлтый марсианский виноград. Там и тут земля была лишена зелени, как будто на неё обрушилась туча гигантской саранчи. Оросительные каналы, вонь удобрений, борозды, прочерченные поперёк ветра, обветшалые лачуги без кустов и тенистых деревьев, а впереди — открытая пустыня. Дрейк взглянул на плоскую пустоту и впервые услышал тихий смех песка, дрейфующего под непрекращающимся ветром.

— Убого, не правда ли? — сказала Терра Брук низким голосом. — Но это всё, что у нас есть.

— Это лучше, чем ничего, — сказал Дрейк со странной холодной горечью. — Лучше, чем вообще ничего!

Телс изучающе посмотрел на него.

— У тебя хорошая одежда, — сказал он наконец, — и худоба твоя не от голода. Я думаю, ты не знаешь, что значит «вообще ничего».

Дрейк покраснел.

— Я не имел в виду… — он замолк и уставился в сторону. — Посмотри на этот виноградник!

Остальные удивлённо взглянули в ту же сторону и вопросительно повернулись к Дрейку.

— А что с виноградником? — прорычал Телс, и Терра добавила более любезным тоном: — Ещё один, разорённый Кхомом.

— Да, — взволнованно сказал Дрейк, — но взгляните на виноградные лозы! Они съедены до самой земли!

Телс уставился на него.

— Конечно. Как и пустырный кустарник, который он ест. Как и всё, к чему он прикасается. И что с того?

— Но это странно для ящерицы — есть деревья!

— Возможно, — ответил Телс. — Но он ест, как и всё, что есть рядом.

— Полагаю, — мягко добавила Терра, — это потому, что в пустыне так мало еды; только кусты и кактусы. Кхому нужно много еды, и я думаю, что он научился использовать всё, что есть. Знаете ли, он даже воду получает из кактуса.

Дрейк кивнул, и его лицо впервые оживилось.

— Странно, не правда ли? Такая приспособляемость…

— Всё, что меня интересует, — перебил его Телс, — это ужин. Даже если на него то, что я ненавижу. Фасоль! Когда моя дыня созреет, у меня будет хоть что-то кислое, чтобы смыть гнилую пыль в моей глотке!

В тот вечер Дрейк ужинал в хижине Телса. На этом настояла Терра. Она объяснила, что часто готовит Телсу ужин, когда он задерживается в городе. Кхом-разрушитель недавно разорил их виноградники, а её отцу нездоровилось, так что Телс оставался единственной компанией. Телс зашёл за Дрейком, чтобы показать дорогу, но прежде, чем они покинули хижину Дрейка, венерианец повернулся к нему.