«Часть первая. Падение»

Захарова Наталья Анатольевна

Часть первая. Падение.

Контрольный выстрел перед макси по ЗВ.

Звездные войны, фанфик.

Мини, джен, закончен.

Люк Скайуокер, Пиетт, НМП, Мара Джейд, мельком Вейдер и император.

Его считали джедаем, защитником мира и справедливости, но его первый подвиг - убийство огромного количества людей одним выстрелом торпеды. Его считали светлым - но он был рожден от истинного Повелителя Тьмы. Его называют Магистром Ордена Джедаев - но он носит черные одежды воина-ситха. Его считали добрым... но его больше не интересует чужое мнение. И он совершенно не собирается ему соответствовать. Не стоило покушаться на его семью...

Примечания автора:

Я не могу вспомнить, помер Пиетт или нет в шестой части, так что, у меня он живехонек. Нравится мне этот мужик, это ж какие нервы надо иметь, чтобы с Вейдером работать, и даже успешно! Еще... имя первенца Люка изменено.

Падение - это тот же полет, только не вверх, а вниз.

Люк стоял перед огромным панорамным окном, на самом верхнем этаже огромного мрачного здания, и смотрел на звезды. Чернота космоса, глубокий бархат ночного неба, в складках которого покоились звезды, колющие его глаза холодными лучами света. Вокруг царила тьма, ласково держащая его в своих объятиях. Тихо... спокойно... словно в глазу бури.

Тьма... нежная, ласковая, тихая... Родная. Она еле слышно напевала ему колыбельные, успокаивая его страхи и отгоняя сомнения. Давно, уже очень давно он перестал опасаться ее нежных рук и стальной хватки... слишком давно. С тех самых пор, как стоял перед погребальным костром, где в жарком пламени сгорало тело его отца.

Именно тогда, при виде призраков Йоды и Бена в нем зародились первые сомнения. Призрака Анакина Скайуокера не было. О, некто светящийся, молодой почему-то и лыбящийся широкой ухмылкой стоял между джедаями, едва не нацепив на себя плакат с надписью "Вернувшийся на Правильную сторону Силы блудный сын Ордена Джедаев" , да вот только была небольшая проблемка - не чувствовал Люк родства с ним. Совершенно. Но было ощущение присутствия кого-то могучего, темного, тихо стоящего на краю поляны в тенях.

Тогда он совершил первый свой умный поступок - промолчал. Он не смотрел в ту сторону, не демонстрировал интерес... ничего не говорил. Только смотрел на огонь, небрежно кивнув призракам джедаев, и чувствовал, как в груди начало ворочаться что-то странное, непонятное.

Зарождающаяся злоба.

Он тогда стоял, закутавшись в черную мантию, отгородившись от мира и слишком добрых и всепрощающих взглядов капюшоном, надежно окутавшись барьером из радости и некоторой толики грусти, густо армированных дюрастиловой уверенностью в правильности своего поступка, скрывая в глубинах души разочарование, подпитываемое сомнениями и яростью.

Темный сгусток молчал, но Люк знал, что для неизвестного, или, вернее, слишком хорошо знакомого гостя его истинное отношение к происходящему фарсу не является тайной, ведь он сам оставил в своих щитах лазейку. Тишина царила на поляне, пронизанная пониманием и одобрением. Он отвернулся от костра и пошел в ночь, спиной чувствуя тяжелый, но не враждебный взгляд.

- Еще не время, сын...

- Не время... Отец.

Годы шли, Люк носился по галактике, разбираясь с неожиданно свалившимся на него наследством, пытался наладить отношения с так неожиданно обретенной сестрой, закопавшейся в политику по самую макушку. Теперь Лея стала еще более фанатичной и нетерпимой, чем была, галактика продолжала воевать, ведь Империя развалилась на Осколок и Республику, из ниоткуда, словно грибы после дождя, повылазили одаренные самой различной направленности.

Люк все также пытался нести Свет, но Тьма все сильнее грызла его душу. Были и неудачи с учениками, были и неудачи с личной жизнью. Только пять лет назад он встретил ту, что смотрит на него, не как на непонятное извращение природы, Героя Восстания или источник влияния... Мара Джейд совершенно не испытывала к нему пиетета, высказывала все, что думает, и легко могла попытаться дать ему в глаз, если ее что-то не устраивало.

Сильная женщина, как раз такая, которая может стать рядом, если она сама этого захочет... Что ж, он сделал все, от него зависящее, чтобы у нее появилось такое желание.

Спустя десять лет после уничтожения второй Звезды Смерти он сделал ей предложение, на которое милостиво ответили согласием... что до сих пор приводило его в невероятный восторг. Люк прекрасно понимал, как ему повезло. Мара была форсюзером, обученным форсюзером. С ней не надо было скрывать свои возможности, общение в Силе говорило за них лучше всяких слов, но, самое главное, она дала ему то, что он уже отчаялся получить.

Миг, когда он узнал, что у него будет сын, был счастливейшим в его жизни. Когда он взял его на руки впервые - мир перевернулся. Ничто не могло сравниться с этим моментом.

Люк держал на руках тихо сопящий сверток, и паранойя медленно поднимала свои головы из глубин подсознания. Тогда он снова ощутил присутствие темной энергии, одобрительно смотрящей на него и его самую драгоценную ношу. Невидимый гость невесомо прикоснулся пальцами к щечке спящего младенца, осторожно, но ощутимо сжал на мгновение тяжелыми ладонями его плечи и ушел, оставляя одного.

- Я рад, сын...

- Спасибо, отец.

Гость приходил неоднократно. Пришел и тогда, когда Люк прилетел на Вьюн, осматривая неожиданное наследство от отца - Замок Баст. Громадное сооружение ему понравилось. Тут он чувствовал себя, как дома. Уютно, надежно, спокойно. Именно тут он прятался иногда от мира и его назойливых обитателей, когда дела, связанные с Новым Орденом Джедаев, совсем его замучивали, именно тут он погружался в Силу, все больше и больше раскрывая свои способности и таланты, именно сюда он привез Мару, и именно здесь родился его сын.

Мара замок одобрила. Для Руки Императора он был олицетворением ее мира, того, в котором она жила и который мечтала вернуть, здесь было надежно и защищенно, а еще про это место никто не знал. Идеальное убежище. Впервые за долгие, долгие годы услышавшее детский голос.

Люк мрачно смотрел на звезды, погруженный в медитацию. Сила заполняла его целиком, предостерегая, что скоро что-то случится. Что-то опасное, то, что нельзя допустить. Мужчина нервничал, теряясь в догадках. Было ощущение, что он стоит перед выбором, который определит всю дальнейшую жизнь, причем, это повлияет не только на него, но и на судьбы других. Бросив взгляд на датапад, Скайуокер поморщился, и стал собираться. В замке было пусто, Мара с малышом Корвином отсутствовали, находясь в Храме. Пора и ему перебраться туда, краткий отпуск закончился.

Магистр Ордена Джедаев шел к своему любимому кораблю, и черные одежды колыхались в такт его шагам.

Фирмус Пиетт недовольно покосился на болтающих пассажиров роскошного пассажирского лайнера. Старый солдат был недоволен и раздражен. Его возмущало отсутствие дисциплины, намертво вбитой в подкорку службой под началом Лорда Вейдера, ему не нравились охранники, какие-то слишком беспечные, его вообще все бесило до крайности.

Последние пятнадцать лет были одной полосой неудач. С тех пор, как погиб Вейдер, все пошло наперекосяк. Иногда Пиетт жалел о том, что не разделил его участь, но когда такие мысли приходили ему в голову, он гнал их и продолжал нести службу. Что с того, что нет ни Императора, ни Лорда... никого достойного?

Зарвавшиеся чинуши его не впечатляли. Единственный, кто был более-менее достойным, на его взгляд, находился на противоположной стороне и старательно отгораживался от политики, иногда лупя по слишком наглым лапам. А жаль... судя по той информации, что смогла раздобыть разведка, гены у этого кандидата очень даже подходящие, впрочем, это и так было видно. Но он никогда не согласится... а жаль.

Адмирал вздохнул, меланхолично покосившись на стол, уставленный разнообразнейшими закусками, и недоуменно моргнул. Что-то в группе, сидящей за соседним столиком царапнуло глаз. Он осторожно покосился, недоуменно рассматривая невысокую рыжеволосую молодую женщину с маленьким мальчиком лет трех-четырех, не больше, сидящую в компании трех крепких мужчин в свободных одеждах. Одежда... покрой был смутно знаком, Фирмус наморщил лоб, пытаясь вспомнить, неожиданно один из сидящих пошевелился и на мгновение в складках ткани мелькнул странный металлический цилиндр.

Воспоминания прошили мозг, заставив вздрогнуть.

Световой меч.

Фирмус знал, что Люк Скайуокер возродил Орден, но этот вопрос его не сильно интересовал, так что встреча с тремя совершенно не собирающимися скрываться одаренными стала сюрпризом. С тремя... или с четырьмя?

Пиетт уставился в пространство, вспоминая мельком увиденные детали. Молодая женщина, одета в костюм и плащ, плавные движения, острый взгляд зеленых глаз... служба на "Исполнителе" очень многому его научила. Лорд Вейдер не терпел некомпетентности, так что, приходилось тренировать внимание, уметь анализировать обстановку и делать еще много других вещей... Все для того, чтобы выжить.

Пиетт прекрасно помнил, как на его глазах Лорд задушил Оззеля, находящегося на другом корабле, прямо во время сеанса связи. Он опять покосился на сидящих и поймал в ответ внимательный зеленый взгляд. Женщина некоторое время словно считывала его, а потом кивнула, как старому знакомому, успокоив напрягшихся спутников, заставляя задуматься - они знакомы?