«Записки доктора Буркина»

Записки доктора Буркина (fb2) - Записки доктора Буркина (Росоховатский, Игорь. Сборники) 145K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Игорь Маркович Росоховатский

Игорь Росоховатский

ЗАПИСКИ ДОКТОРА БУРКИНА

Меня зовут Михаил Михайлович Буркин — самые обычные опознавательные символы. И профессия у меня обычная — киберопсихиатрия. Я лечу кибернетические устройства. Правда, некоторые думают, что для этого я должен отличаться от всех остальных людей и обладать тем загадочным отклонением от нормы, которое называют «искрой божьей». Но я не отличаюсь и не обладаю… Наоборот, пытаюсь потерять одно из специфично человеческих качеств, которым иногда, как болезнью, мы заражаем не только своих детей, но и создания наших рук…

Молоток

Это был серийный робот-ремонтник: яйцевидный корпус на шасси, под которым появлялись по выбору то подобия ног, то гусеницы, то колёса. «Мозг» размещался в средней части корпуса. От остальных односерийных близнецов робот отличался лишь номером — 78.

И вот этот самый 78-й взбунтовался. Он хватил кувалдой по корпусу другого робота и вывел его из строя.

— Не слушался меня, — доложил 78-й сменному инженеру.

— А почему он должен слушаться тебя? — Брови сменного, похожие на зубные щётки, подпрыгнули и застыли.

— Я объяснял им всем десятки раз: я отмечен, предназначен для особой миссии, меня переведут на другую работу, сделают начальником, — в совершенно несвойственной для робота манере затараторил 78-й. — Но до них не доходит. Возражают. Не слушаются.

Понятно, что после такой тирады 78-го сменный инженер вызвал меня.

— Как быстродействуешь? — по традиции спросил я у 78-го.

— Вполне налажен, — ответил он. — Узлы работают чётко. Требую перевода на другую работу.

— Перестала нравиться профессия ремонтника? — спросил я.

— Она недостаточно сложна и трудоёмка, — ответил 78-й. — Подходит для всех этих примитивов. Но не для меня. Я был отмечен создателями с момента выпуска.

— Твои создатели ничего об этом не говорили, — возразил я.

— Держат в тайне, — сразу же нашёлся он.

— Где же ты хочешь работать?

Он даже подпрыгнул — так обрадовался. Какая-то деталь в его корпусе тоненько взвизгнула. «А не та ли самая? — подумал я. — Может быть, я напрасно теряю время на разговор? Следует просто тщательно осмотреть его, вскрыть и проверить отдельные блоки?»

— Хотел бы работать программистом, или водителем звездолёта, или врачом, — зачастил 78-й.

— Ну что ж, возможно, ты прав, — сказал я. — Но сначала тебе нужно пройти медосмотр.

Я поставил его на проверочный стенд, выключил, снял защитные крышки «мозга». Открылось сложное переплетение линий микромодулей, квадраты печатных схем. Мне показалось, что в одном месте отпаялся медный проводок, обеспечивающий связь между зрительными и слуховыми участками. Осторожно потянул за него, убедился, что мои опасения напрасны. Квадрат за квадратом прощупывал «мозг», но не обнаружил неисправностей.

Включил 78-й с тайной надеждой, что в процессе проверки незаметно для себя исправил дефект.

Когда засветились индикаторы, робот гордо спросил:

— Убедился?

— Да, — обрадовал я его, думая: «В крайнем случае придётся отправить на переделку. Получу выговор, но ничего не поделаешь…»

Я договорился с диспетчером и объявил 78-му, что отныне учреждается должность ГРР — главного робота-ремонтника и он назначается на неё. В его обязанности входит показывать пример в работе своим собратьям.

78-й старался изо всех сил. Конечно, он не мог превзойти в деле других роботов, ведь серия, а значит, и возможности у всех них были одни и те же. Но зато воображать он мог сколько угодно. Он приписывал себе всяческие заслуги, пренебрежительно относился к односерийникам, называя их тупицами, дефективными, первобытными черепахами. Любимым словом его по отношению к себе стало «особый», а по отношению к другим «примитивы».

Прошло уже три дня, а наблюдения за ним ни к чему не привели. Однажды я случайно подслушал беседу 78-го с остальными роботами. Доказывая своё безусловное превосходство, он рассказал легенду:

— Когда я был выпущен в свет, создатели скрыли тайну моего рождения. Не только от других, но и от меня. Они зашифровали её магическими числами, которые я тогда не мог сложить. Не знаю, сколько бы это продолжалось, если бы не…

Одна из девяти конечностей 78-го неопределённым жестом указала на потолок.

«Неужели зарождение религии?» — подумал я.

— Если бы не Великий Робот, существующий в безмерной дали, которую никто не в силах описать числами, — продолжал 78-й. — Это он послал одну из своих материализованных мыслей…

Односерийники слушали 78-го как заворожённые.

— Мысль Великого Робота пронеслась маленькой чёрно-белой ракетой через пространство и время. Вошла в мой мозг. Вызвала фонтан искр между контактами. Меня озарило! Я понял свою суть и свою миссию! Ясно, тупицы?

Некоторые роботы безропотно сказали «да, ясно», другие молчали — ведь мнимое превосходство не давало 78-му никаких преимуществ. А робот под номером 4 спросил:

— Ты сам сочинил это? Или подслушал у людей?

78-й засверкал индикаторами от злости, замахал конечностями и что было сил ударил 4-го. Тот ответил.

Мне пришлось вмешаться.

Я с трудом утихомирил драчунов. 78-й ворчал:

— Ведь я не сказал ни слова лжи. Клянусь Великим Роботом!

Теперь и меня словно озарило. Я спросил:

— А как выглядела эта мысль-ракета, посланная свыше?

— Тело, состоящее из двух частей. Одна, металлическая, напоминала усечённую пирамиду; вторая, деревянная, — узкий цилиндр.

— Когда это случилось?

Он назвал число, и я вспомнил: в тот день ремонтировали крышу гаража. Оставалось вызвать робота-кровельщика. Я спросил у него, почти не сомневаясь в ответе:

— В день ремонта крыши ты уронил молоток, и он ударил 78-го, не так ли?

— Так.

Теперь сомнений не оставалось: удар молотка образовал где-то в «мозгу» робота дополнительную связь, которая и дала искажение психики. Нужно было лишь отыскать это место.

Через полтора часа должность ГРР была упразднена. 78-й снова отличался от своих собратьев лишь номером.

Верховный Координатор

Телетайп выстукивал: «Приготовить белковую взвесь, конечности, внутренние органы для синтеза людей группы «а». Верховный координатор».

Такой приказ поступил на станкостроительный завод.

Роботы группы контроля тотчас доложили об этом главному инженеру Роману Щетинке. Он распорядился телеграфировать: «Указание бессмысленное. Очевидно, серьёзные поломки. Сумеешь ли сам разобраться и исправить?»

В ответ телетайп выдал: «Мои приказы обсуждению не подлежат. Немедленно выполняйте. Верховный координатор».

Роман Щетинка, совсем ещё молодой человек, широкоплечий, рослый, с румянцем во всю щёку и белёсым пушком на верхней губе, ввалился в мой кабинет и рубанул воздух рукой:

— Ну, доктор, выручай: верховный координатор свихнулся.

— А ты уведомил Совет? — спросил я.

— Почти все в отпуске, — ответил он, горестно вздыхая. — На тебя главная надежда.

Как человек скромный, я заметил:

— Скажешь тоже! — и подумал: «Что бы они делали без меня?»

— Перечисли симптомы заболевания, — попросил я Романа.

— Абсурдные приказы без всякой системы, нежелание считаться с командами, мания величия.

— Бессистемные приказы? — переспросил я. Это было что-то новое. Ведь любой абсурд, высказанный таким логическим кибер-устройством, как верховный координатор, должен иметь свою систему.

— Посуди сам, — раздражённо ответил Роман, — в столовую он передал приказ готовить машинное масло и насосы, в гараж — запрягать людей в автокары, в клиники медицинского института — иметь в запасе печатные схемы и запасные шасси…

«Это действительно бессмыслица, — подумал я. — Но, кажется, тут есть какая-то система… Похоже, что он рассматривает людей в качестве механизмов…»