«Корабль Роботов»

Михаил ПУХОВ

КОРАБЛЬ РОБОТОВ

Кто-то выдумал ее от безделья, а потом

подхватили газетчики. Вы слышали эту легенду.

Она гласит, что где-то - неизвестно, где

именно, - лежит Государство Роботов, поставившее

цель завоевать всю Вселенную. С давних пор по

космическому пространству рыщут их вооруженные

корабли. Роботы переделывают под шаблон все

небесные тела, на которые натыкаются. Сначала

они уничтожают рельеф, придавая планете сходство

с бильярдным шаром; потом окружают ее оболочкой

из инертных газов. При переделке роботы не

обращают на биосферы никакого внимания.

Утверждают, что такая участь грозит и Земле. Я

провел в космосе всю сознательную жизнь, видел

всякое, но нигде не встречал следов Государства

Роботов. Я высаживался на планетах, которые

приводят в качестве доказательства. Я могу

заявить, что слухи, распространяемые об этих

планетах, - обыкновенный безответственный вздор.

Действительно, они напоминают одна другую, но

они отнюдь не пустынны. Пусть на них нет гор

зато они покрыты ровной зеленой растительностью,

их окружают плотные кислородные атмосферы, и там

никогда не бывает бурь или наводнений. На мой

взгляд, Государство Роботов - просто чья-то

неумная выдумка.

Из "Воспоминаний" А.И.Толейко,

заслуженного деятеля Космофлота

Глава 1. ИМЯ

1

Человек проводил предпоследнее занятие цикла, когда вошли те двое. Он чертил на доске круглый контур звездолета культуры Маб и схему расположения противометеоритных лазерных батарей; объяснял, как с минимальными потерями подойти к кораблю на абордажных ракетах и как правильно вести штурм после остановки циркульных таранных головок; рассказывал о наиболее уязвимых местах электронных защитников космической крепости, и аудитория внимала его словам.

Шел второй час занятия, когда появились те двое. Они перешагнули через высокий металлический порог и остановились возле люка, двое здоровенных охранника в вакуумных комбинезонах, с тяжелыми атомными карабинами, обращенными прикладами вниз.

- Отставить, - сказал один из них.

Человек только что нарисовал на доске мелом подробную схему атаки из-за угла, и слушатели очень тщательно переписывали условные обозначения. Не глядели на доску лишь двое с атомными карабинами.

- Прекратить, - повторил один из них, и человек понял, что обратились к нему. - Замолчи и следуй за нами.

Возражать было бессмысленно. Они ждали, прислонив к ноге карабины, когда человек отошел от схемы. Остальные аккуратно перерисовывали ее в пухлые студенческие тетради.

- Документы, - сказал тот, что был выше другого.

Человек отдал жетон. Другой извлек из его кобуры пистолет и сунул себе за пояс. В тишине отчетливо слышался скрип перьев по плотной бумаге.

- Следуй за нами.

Они шли по затемненному лабиринту внутренних переходов, и стены отражали эхо шагов. Человек достаточно разбирался в архитектуре станции, чтобы понять, что они поднимаются к верхним ярусам. Тот, что шел впереди, свернул направо. Человек остановился, но другой подтолкнул его в бок, и он тоже повернул направо. Когда они приблизились к концу коридора, люк был уже открыт. Высокий конвоир стоял рядом, пропуская человека вперед. Один шаг в черный провал, и люк за спиной со скрежетом затворился. Кругом стояла тьма, было тихо, и человек не понимал, где находится. Вдруг что-то щелкнуло, ноги у него подкосились, пол пошел вверх, и вспыхнул внутренний свет. Он сидел в единственном кресле малой межорбитальной ракеты типа "Гном" и отдалялся от станции с возрастающей скоростью. На кормовых экранах незаметно для глаза вращался диск Дилавэ-ра, наполовину закрытый тенью. Слева горел Лагор. Впереди сияли крупные звезды Четырех Воинов. Там ждала бездна - и, вероятно, смерть. Он ткнул наугад клавишу на пульте управления, хоть это и не имело смысла. Естественно, клавиша не поддалась - пульт был парализован. Ракетой управляли извне. Пульты межорбитальных "Гномов" всегда блокируются, когда команды поступают снаружи. Поэтому "Гном" особенно хорош при исполнении приговора. Горючего в баках почти не было. Столбик подкрашенной жидкости медленно укорачивался. Кроме свободы свободного полета, человеку оставалась только свобода сна...

Он открыл глаза в громадном квадратном зале, середина которого была огорожена канатами, словно боксерский ринг, если только бывают ринги, по периметру которых вглубь, в пол зала, ухолят глубокие вертикальные норы, круглые колодцы метрового поперечника. Зрителей было мало, да они и не были зрителями - в руках у них были тяжелые охотничьи лучеметы, все они смотрели на гладкую, как каток, поверхность ринга, и была очередь человека. "Давай", - кивнул ему старший секундант. Человек сделал мысленное усилие, и в центре сорокаметрового квадрата возник колоссальный косматый паук-его двойник, его дополнение, его враг из другого времени. Паук не успел двинуться, а лучемет уже выплеснул длинную струю плазмы, но рука человека дрогнула, и на гладком полу в метре от паука появилось быстро зарастающее пятно ожога. Лучемет снова выстрелил; паук, отскочив вбок, остался в стороне от нового затягивающегося пятна, и опять человек стрелял, а его кошмарный двойник остановился на миг у одной из круглых нор за канатами, лучемет еще раз дернулся у человека в руках, и струя косо вошла в отверстие, но все было уже кончено, потому что паук скрылся в соседнем колодце. Секундант посмотрел на человека, как на пустое место, на мертвеца. "Все, - сказал он. - Нарушений правил не было. Вы свободны". "Давай, - кивнул он следующему, а человек пошел из зала, вниз по скрученной винтом лестнице, навстречу минуте, когда по мысленному приказанию членистоногого чудовища он окажется в молодой Вселенной, в точно таком же зале, огороженном стальными канатами, и в него тоже будут стрелять, но не плазмой, а клейкими сетями, прочными паучьими нитями, и потащат, беспомощного, к краю ринга, в подрагивающие от нетерпения челюсти. Теперь надо было не пропустить момент переноса, чтобы бежать стремглав, зигзагами через зал, к спасительным люкам за канатами. Правда, ближайшие несколько часов можно было не беспокоиться, потому что противник должен выждать, пока бдительность человека не притупится.

И вдруг он исчез. Но он очутился не на ярко освещенной площадке, готовый увернуться от летящей в него липкой ткани. Он очнулся в тесной кабине "Гнома" и не мог шевельнуться, в глазах у него рябило, мысли цепенели, и, как обычно, прошло несколько десятков секунд, прежде чем он понял, что где-то поблизости свертывают пространство и что он по идее должен потерять сознание.

Когда он очнулся вторично, он лежал обнаженный в чистой постели, на откидной койке в нестандартной каюте, его одежда висела рядом и вокруг никого не было, и корабль, на борту которого он находился, был гораздо крупнее обычных абордажных и десантных ракет, и где-то в дальнем его конце, видимо, в рубке, разговаривали на языке, услышать который в этом районе Вселенной было совершенно невероятно. Некоторое время он слушал разговор просто так, наслаждаясь его звучанием, и только потом начал воспринимать смысл.

- ...еще сутки, - произнес голос, принадлежавший кому-то высокому; что-то было с ним связано - не только теперь, но и в будущем. - Не знаю, как он уцелел. Я бы на его месте не выдержал.

- Так он что же, не человек? - спросил другой голос. Его обладатель был бесспорно лыс, небольшого роста, облеченный реальной властью.

- Спросите биологов, - сказал высокий. - Но горючего у него не хватило бы даже до ближайшей планеты.

- Там была планета? - спросил третий голос, принадлежавший непонятно кому.

- Да, - сказал высокий. - Не слишком далеко. И ни одного корабля поблизости.

- А что это была за планета? - не унимался третий. - Она есть в плане?

- Нет, - сказал высокий. - Я вышел в пространство случайно. Мне показалось, что-то должно случиться.

- Погодите, - сказал лысый. - Вы отдаете себе отчет, чем рисковали?

- Вам следовало там задержаться, - укоризненно сказал третий. - А вы даже не выяснили, что это за планета.

- Там не было ничего интересного.

- Тогда что же он делал?

- Кораблекрушение, - сказал высокий. - Видимо, у них отказал инвертор.

- А где остальные? Погибли?

- Необязательно, - сказал высокий. - Если инвертор отказал вне пространства, их могло разбросать по всей Вселенной.

- Зачем спорить? - сказал лысый. - Он сам все расскажет.

- Если мы его поймем.

- У нас есть лингвистическое оборудование.