«Падает вверх»

А. ПОЛЕЩУК

ПАДАЕТ ВВЕРХ

СОДЕРЖАНИЕ

Рисс Банг ведет передачу Неожиданная командировка Падает вверх... Космический лифт Таинственное предупреждение Первая встреча Диспетчер Джигит Полковник Гусар Морж Совет друзей Загадочный диск появляется и исчезает Мальчик и море Личный друг настоящей обезьяны Инстинкт материнства Утром Петух спасает свой хвост Богословский спор Неожиданная находка На пароходе Отрывок, для понимания которого следует знать, что сквау - это женщина, а мокасины несъедобны Димкин дедушка В этом что-то есть... Смерть дедушки Великий Вождь в "букварях" "Священный вампум" одесских делаваров Над Киевом "Батюшки" "Вечный двигатель" будет изобретен мною! Рыцари Ольгинской улицы Пока существует мир! Я принимаю воздушный парад Отлично, но неверно Первая любовь Мы - мушкетеры! Тайное общество "Луч смерти" Письмо Тетя Фрося Игнатьев Тайна цепи Всеобщий поиск Разгадка Об авторе

Вопрос: "Почему же обитатели иных миров

не дадут нам о себе знать?"

Ответ: "Потому что человечество к этому

еще не подготовлено... Когда же распростра

нится просвещение, возвысится культурный

уровень, тогда мы узнаем многое о жителях

других планет. Пока довольно и того, что я

вам сообщаю. Это необходимая предварительная

прививка".

К. Э. Циолковский

РИСС БАНГ ВЕДЕТ ПЕРЕДАЧУ

Высоко над морем взметнулся, будто выплавленный из одного куска, зеленый и сверкающий корпус Лаборатории Межзвездной Связи - застывшая гигантская волна с белой пеной тентов на крыше. с блестящими пузырьками-окнами вдоль верхнего этажа. Там, наверху, располагались эмиссионные камеры, и каждый, кто хоть раз побывал в них, оставлял там часть себя: минута пребывания в камере обходилась в год жизни, двенадцать часов означали смерть... В нижнем этаже корпуса разместилась молекулярно-регистрационная установка, являвшаяся одновременно и библиотекой и электронно-вычислительным центром.

В тот день море было спокойно, и группа сотрудников лаборатории расположилась на отдых у нижних ступеней каменной лестницы, ведущей в корпус.

Напряженный рабочий день был позади, и сейчас не хотелось ни о чем думать, только смотреть на багровое солнце - диск его прочертила далекая темная тучка, а край уже касался смутной полоски, где море смыкалось с небосводом.

- Ана Чари закончил работу, - сказал один из сотрудников лаборатории, кивнув в сторону здания.

- Говорят, он сегодня вел передачу, - заметил другой, вглядываясь в темный силуэт человека, появившегося на верхней площадке лестницы.

- Нет, он только проверял физиологическую контактность нового генератора. После передачи Ана Чари уже не может без посторонней помощи сойти вниз. Возраст дает себя знать...

- Но он моложе многих из нас... - заметил третий, загорелый коренастый крепыш, и, размахнувшись, бросил камешек в море.

- На его счету семь планет, и, кроме того, он работал без гиперзвукового концентратора.

- Я до сих пор не представляю себе, как вообще могла происходить эмиссия, - пожал плечами тот, кто начал разговор. Нет ли в этом случае самоиндукции?

Ана Чари подошел к отдыхающим и присел на песок возле ржавой лапы старого якоря.

- Новый объект, Ана? - спросил кто-то.

- Да, новый, - коротко ответил Ана Чари. - Я и сейчас под впечатлением увиденного...

- Вы сами им займетесь?

- Нет... У меня не хватит сил...

- Значит, кто-нибудь из нас?

- Нет...

- Тогда кто же?

- Рисс Банг.

- Но Рисс Банг ушел от нас.

- Он возвращается сегодня.

- В Институте Истории им были довольны.

- И все-таки он возвращается к нам... Пусть кто-нибудь из вас поднимется на берег. Он уже близко...

Крепыш перестал бросать камни и взбежал по узкой тропке на берег.

- Рисс идет! - закричал он оттуда. - Ребята, Рисс идет...

Рисс подошел к обрыву над морем и крикнул:

- Я вернулся! Слышите там, на берегу?

- Спускайся, Рисс! - ответили ему снизу, а с верхней площадки здания лаборатории, как эхо, прозвучало:

- Рисс Банг вернулся!

Ана Чари медленно поднялся на ноги и устало зашагал вдоль берега, а Рисс Банг быстро разделся и побежал, поднимая брызги, по мелководью.

- Он ничуть не изменился, - сказал крепыш. - А я рад, что он вернулся, и понимаю, почему Ана Чари так ждал его. И я ему завидую...

Солнце уже зашло. Голова Банга скрылась в волнах, только тихий плеск доносился до берега. Вот над корпусом зажглись огни, ярко освещая белоснежные тенты. Кто-то включил приемник, и над морем полились звуки задумчивой песни.

Рисс Банг вышел на берег и засмеялся, увидев поверх якорной лапы чье-то полотенце. Насухо вытер голову, мускулистые руки, быстро оделся.

- Эй, Рисс, - позвал Ана Чари. Он возвращался вдоль берега, но теперь шел быстро: прогулка освежила его. Рисс молча пошел ему навстречу.

- Хорошо, что ты приехал, Рисс... У меня есть для тебя планета.

- Та самая? - спросил Рисс.

- Да.

- Как ты отыскал ее?

- Я провел в камере поиска два часа...

- Она старше нашей планеты?

- Нет, нас разделяет столетие.

- Значит, у них период ракет.

- Только первые шаги.

- И ты хочешь, чтобы я продолжил?

- Нет, начал... Я все равно не смогу довести дело до конца.

- Хорошо, я согласен. Но они очень похожи на нас?

- Не все, конечно, но кое-что поражает. Такое ощущение, что наблюдаешь историю нашей планеты.

- Очертания материков?

- Совершенно сходное.

- Центральное светило далеко от нас?

- По ту сторону ядра, на расстоянии двадцати шести тысяч световых лет от центра Галактики.

- Этого можно было ожидать... Им что-нибудь известно о мерах движения?

- Почти все...

- Это облегчает задачу.

- Пойдем, Рисс.

- Ты хочешь начать сегодня же?

- Когда-нибудь все равно нужно начать. Пусть это будет сегодня.

- Я согласен.

Они поднялись по внешнему эскалатору, прошли в зал, где помещалась молекулярно-регистрационная установка, и Ана Чари достал из шкатулки, спрятанной в стене, какой-то блестящий предмет.

Рисс Банг взял этот предмет у него из рук и удивленно спросил:

- Что это? Какая-то цепь? Ах, вот в чем дело... Ты закодировал принцип компенсации сил тяготения в среднем звене... Не сложно ли?

- Проще нельзя. Рисс.

- Шесть птичьих крыльев в замкнутом объеме - так читается этот шифр?

- Да.

- Но почему не четыре?

- У них развита трехфазная система токов.

- Так ты хочешь использовать аналогию?

- Да.

- Сейчас свободны все камеры, Ана Чари, я согласен начать.

Камера межзвездной эмиссии представляла собой небольшую комнату, с потолка которой спускался изогнутый стержень. Рисс Банг сел в кресло посередине комнаты, и его затылок лег на вогнутую площадку, которой оканчивался стержень. Ана Чари придвинул к нему легкую полочку и положил на нее цепь.

- Можешь начинать, - сказал он. - Система отрегулирована, если только планета не выйдет из гравитационного фокуса прибора.

- Хорошо, Ана, сейчас отойди в сторону. Я хочу сосредоточиться...

Рисс Банг замер в кресле. Его левая рука медленно заскользила по подлокотнику кресла, нащупала рычаг включения аппарата, остановилась.

- Я начинаю, - сказал он и повернул рычаг. В камере ничего не изменилось, только вниз по стержню поползли светящиеся синие пятна, но Ана Чари знал: гигантская энергия вливается в мозг Рисса, мысль его сейчас остра, как лезвие меча; мир, окружавший его, исчез. Где-то в просторах Галактики блуждает "фокус" прибора - незримый шар, отразивший волю Банга. В ином мире появится "вещь"-образ, и мозг мыслящего существа, попавший в этот "фокус", примет информацию, которую пожелает передать Банг, и она будет передана людям того далекого мира...

- Я вижу море, - сказал вдруг Банг, - очень ясно вижу, оно совсем как наше. Над ним сейчас утро.

- Чьими глазами ты видишь? - спросил Ана Чари.