«Ниточка к сердцу»

Ниточка к сердцу (fb2) - Ниточка к сердцу (пер. Юлия Ивановна Жукова) 31K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Эрик Фрэнк Рассел

Стрелка измерителя выхода прыгнула, замерла на миг, дрожа, и упала. Через

тридцать секунд снова скачок, снова остановка в середине шкалы, падение… Еще

тридцать секунд — и опять все сначала… И так недели, месяцы, годы.

Вершина легкой металлической мачты возле здания, сложенного из каменных глыб,

уходила высоко в небо, подымая к звездам плоскую металлическую чашу. Из этой

чаши два раза в минуту выплескивался беззвучный, пронизывающий пространство

крик:

— Бунда-1! Бип-бип-боп!.. Бунда-1! Бип-бип-боп!..

Его повторяли восемь синхронизированных репитеров на пустынных островках

залитой водой планеты — восемь спиц гигантского колеса — мира, медленно

поворачивающегося вокруг своей оси.

В черной пустоте бессолнечных миров, среди мертвых, погасших звезд одинокий

корабль ловил голос Бунды, корректировал свой вертикальный и горизонтальный

курс и уверенно летел дальше. Сколько этих кораблей прошло мимо! А он

по-прежнему один, по-прежнему указывает путь людям, от которых никогда не

слышит в ответ: «Спасибо, друг!» Далекие, неразличимые глазом ракеты

прочерчивали темноту провалов между завитками галактик мгновенными вспышками

выброшенного пламени и исчезали. «Корабли, проходящие ночью…»^[1].

Бунда-1… Маяк в глубине Вселенной, мирок с почти земной атмосферой и почти

лишенный почвы, планета бесконечных океанов, с крошечными скалистыми

островками, на которых нет ни одного живого существа, с кем мог бы подружиться

человек, но сущий рай для рыб и прочих водных тварей.

Этот островок был самым большим клочком суши среди бесконечной водной пустыни:

двадцать две мили в длину, семь миль в ширину для планеты Бунда-1 — настоящий

континент. Континент, на котором нет ни животных, ни птиц, ни деревьев, ни

цветов, только низкие, карабкающиеся по камням кустики с узловатыми

скрюченными ветками, лишайники и грибы, да с полсотни видов насекомых, которые

пожирают друг друга и потому не могут расплодиться в слишком большом

количестве. И все — больше ничего здесь нет.

Над планетой застыла тишина, и это было самое страшное — тишина, в которой нет

никаких звуков. Легкий ветерок никогда не вздыхал, затихая, никогда не ревела,

негодуя, буря. Море во время прилива нехотя наползало на скалы и потом

бессильно опадало — десять дюймов вверх, десять дюймов вниз, точное, как часы,

без единого всплеска, без шума, без шипения лопающейся пены. Насекомые были

немы; из пятидесяти видов ни одно не умело ни жужжать, ни стрекотать, ни

щелкать. Бледные тела лишайников и корявые руки кустов никогда не шевелились.

Казалось, это не растения, а причудливые живые существа, коченеющие в вечном

безмолвии.

За домом был огород. Строители маяка превратили в подобие почвы пол-акра

скалистой поверхности острова на три фута в глубину и посадили земные

растения. Из цветочных семян не взошло ни одно, а вот некоторые сорта овощей

оказались более неприхотливыми. У него было пятьдесят грядок свеклы, шпината,

капусты и лука. Луковицы вырастали с футбольный мяч. Он не ел лука, потому что

терпеть не мог эту вонючую гадость, но все равно постоянно сажал его и

ухаживал за ним так же заботливо, как за другими овощами, — все-таки занятие,

и потом ведь приятно же слышать знакомый звук лопаты, входящей в грунт…

Стрелка дернулась, замерла и упала. Если смотреть на нее часто и подолгу, то

словно попадаешь под гипноз. Иногда у него появлялось сумасшедшее желание

изменить привычный ход стрелки, нарушить код передачи и услыхать что-то новое,

отрадно-бессмысленное — пусть чаша выплеснет в изумленные звезды тарабарщину:

«Дандас троп шентермпф. Бим-бам-бом! Дандас троп шентермпф. Бим-бам-бом I»

Так бывало уже не раз. Возможно, это повторится снова. Совсем недавно легкий

крейсер чуть не врезался в одну из планет системы Волка, потому что тамошний

маяк стал передавать что-то невразумительное. Безумие одного человека едва не

стоило жизни двум тысячам пассажиров межпланетного лайнера. Если задуешь

свечу, трудно не сбиться с пути во мраке.

Работа на маяке означала десять лет полного одиночества, очень высокое

жалованье и гордое сознание, что делаешь важное для общества дело. Все это

очень заманчиво, когда ты молод, легок на подъем и под ногами у тебя надежная

твердь планеты Земля. Действительность оказывается жестокой, беспощадной и для

многих невыносимой. Человек не может быть один.

— Вы с Гебридских островов? Превосходно! Нам требуется смотритель маяка на

станцию Бунда-1, и вы — как раз тот человек, который нам нужен. Вам будет там

гораздо легче, чем другим. Представьте, что вы очутились в полном одиночестве

на острове Бенбекула; примерно то же самое ждет вас на Бунде. А городских

жителей посылать туда бессмысленно: со всей своей технической подготовкой они

там рано или поздно сходят с ума из-за одного только отсутствия фонарей.

Уроженец Гебридских островов просто создан для Бунды. Человек ведь не тоскует

о том, чего у него никогда не было, а на Бунде-1 вы увидите то, что вас всю

жизнь окружало, — скалистые острова, морские просторы. Совсем как у вас на

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY