«Беспосадочный полёт»

БРАЙАН ОЛДИСС

БЕСПОСАДОЧНЫЙ ПОЛЕТ

- i

КОРОТКО ОБ АВТОРЕ

Роман "Беспосадочный полет" - первое крупное произведение одного из крупнейших современных фантастов Брайана Уильяма Олдисса.

Родился он в 1925 году, после Второй Мировой Войны много путешествовал, преимущественно по Азии (это нашло отражение в его единственном почти нефантастическом произведении, романе-притче "Малайский гобелен"). Много лет проработал продавцом книг в Оксфорде.

В 1956 году дебютировал рассказом "Рекорд преступлений", послав его на конкурс еженедельника "Обсервер" и получив премию. Пишет много и разнообразно как по тематике, так и по стилю.

Автор ряда критических работ, в том числе известной монографии об истории развития фантастики "Веселье на миллиарды лет", составитель многочисленных и авторитетных антологий, зачастую со своим другом Гарри Гаррисоном принимает активное участие в Международном движении фантастов (один из вице-президентов Всемирной Ассоциации Фантастов).

Является одним из основоположников и наиболее ярким представителем "новой волны", хотя далеко не всегда придерживается их программы.

Наиболее известные произведения:

Романы

"Экватор"

"Серая борода"

"Темные светлые годы"

"Криптозой"

"Бек"

"Доклад об А-вероятности"

"Франкенштейн освобожденный"

"Час в восемьдесят минут"

"Звездолет"

"Истолкователь"

"Период затмения"

"Первородное чувство"

Сборники и циклы рассказов

"Галактика как песчинка"

"Пространство, время и Натаниэль"

"Кто заменит человека?"

"Планета неандертальцев"

"Нечто непохоже на будущее"

Перечень далеко не полон. За серию рассказов "Теплица" награжден в 1962 году премией "Хьюго", позже все они были включены в роман "Долгий закат Земли".

В 1965 году получил премию "Небьюла" за повесть "Сливовое дерево".

В СССР почти не переводился и представлен не самыми лучшими и не самыми характерными для него рассказами: "А вы не андроид?" ("Техника-молодежи", N16, 1971; Сб. "Шутник", М., "Мир", 1971), "Девушка и робот с цветами" ("Англия", N4, 1971), "Вирус бессмертия" ("Смена", N16, 1972), "Кто заменит человека?" ("Техника-молодежи", N1, 1974).

- ii

Общество, не сознающее или не желающее осознать свое место во Вселенной, не может считаться по-настоящему цивилизованным. Можно сказать, что оно обладает определенными роковыми по своим последствиям качествами, которые делают его в некоторой степени обществом нестабильным.

Именно о таком обществе говорится в этой книге.

Ни одна из идей, являющихся плодом человеческого разума, не может быть - в отрыве от миллиарда факторов, управляющих нашей Вселенной полностью объективной. Она неизбежно заключает в себе все признаки человеческой слабости и может быть либо весьма скромной и простенькой, либо грандиозной и захватывающей. Именно о такой величественной идее повествуется в этой книге.

Для общества, о котором идет речь, эта идея означала нечто большее: со временем она стала смыслом существования. Сама же она, как это часто случается, оказалась ложной и существование это погубила.

- 1

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. КАБИНЫ

I

Как волна радара, отразившись от какого-то предмета, возвращается к своему источнику, так биение сердца Роя Комплейна, казалось, заполнило все окружающее пространство. Он стоял в дверях своего жилища, вслушиваясь в гневные удары пульса в висках.

- Ну, уходи, давай, если ты вообще собираешься уходить, ну! Ты же мне сказал, что уходишь!

Сварливый голос Гвенны за спиной ускорил его решение. Издав приглушенный вопль, он не поворачиваясь захлопнул дверь и до боли начал тереть руки, чтобы успокоиться. Именно так и выглядела его жизнь с Гвенной: сперва ругань без всякого повода, а потом эти бешеные, изматывающие как болезнь, вспышки гнева. И что хуже всего, это не был обычный чистый гнев, а какое-то омерзительное липкое чувство, которое даже при наивысшем накале не могло заглушить сознание того, что вскоре он вновь окажется здесь, унижаясь и прося прощение. Что поделаешь... Комплейн не мог обойтись без нее...

В эту раннюю пору неподалеку шаталось еще несколько мужчин. Время работы для них еще не настало. Группа, сидевшая на полу, играла в "скачки вверх". Комплейн подошел к ним и, не вытаскивая рук из карманов, хмуро наблюдал поверх голов за ходом игры. Поле игры было начерчено прямо на полу и представляло собой квадрат со сторонами, равными двойной длине мужского предплечья. На поле в беспорядке были разбросаны кости и фишки. Один из игравших наклонился и переместил свои фишки.

- Охват на пять позиций, - заявил он с безжалостным триумфом.

Потом он поднял голову и заговорчески подмигнул Комплейну.

Комплейн безразлично отвернулся. Долгое время его интерес к этой игре был чуть ли не болезненным. Он играл в нее без конца, пока его молодые ноги не начали отказывать от длительного сидения на корточках, а утомленные глаза не перестали различать серебряные фишки. И для прочих, честно говоря, почти для всех людей племени Грина в этой игре таилось некоторое колдовство: она давала им ощущение простора и силы, а также эмоции, которых была полностью лишена их обычная жизнь. Но к этому времени чары полностью распались, и Комплейн был полностью свободен от них, хотя наверняка было бы здорово вновь отыскать что-нибудь такое, что так же захватило бы его.

В унылой задумчивости он побрел вперед, почти не обращая внимания на расположенные с обеих сторон двери, но зато быстро вскидывая глаза на проходящих, словно в ожидании какого-то сигнала. Неожиданно он заметил спешащего в сторону Баррикад Вэнтеджа, инстинктивно прикрывающего свою левую сторону лица от людских глаз. Вэнтедж никогда не принимал участия в общих развлечениях, он не выносил, когда вокруг были люди.

Почему Совет пожалел его, когда тот был еще младенцем? В племени Грина появлялось на свет много уродливых детей, и их ждало только одно: нож. Раньше дети звали Вэнтеджа "Рваной Губой" и всячески издевались над ним, но теперь, когда он вырос в сильного и агрессивного мужчину, их отношение к нему стало более сдержанным, а издевки - более завуалированными.

- 2

Не отдавая себе отчета в том, что его ленивая прогулка приобрела смысл, Комплейн тоже направился в сторону Баррикад, присматриваясь к Вэнтеджу. На этом участке располагались самые удобные помещения, отведенные для нужд Совета. Дверь одного из них внезапно распахнулась, и показался сам лейтенант Грин в окружении двух офицеров.

Хотя Грин был человеком весьма преклонного возраста, но его раздражительность и нервная походка еще носили следы юношеского темперамента. Рядом с ним задумчиво вышагивали офицеры Патч и Циллак с четко выступающими парализаторами, заткнутыми за пояс.

К великой радости Комплейна Вэнтедж, испуганный этим неожиданным появлением, ударился в панику, отдал честь вождю.

Это был жалкий жест - голова приложена к руке, а не наоборот, - на который Циллак ответил вымученной улыбкой. Подобострастие было необязательным принципом, хотя на словах никто не смел в этом признаться.

Когда Комплейн должен был пройти мимо них, то поступил согласно общему обычаю - отвернулся и стал смотреть в другую сторону. Никто не имел права думать, что он, охотник, кого-либо хуже. Ведь было же сказано: "Ни один человек не хуже другого, если только он сам не испытывает потребность оказать другому уважение".

В значительно лучшем настроении он догнал Вэнтеджа и положил ему руку на левое плечо. Вэнтедж повернулся и приставил к его животу короткий заостренный стержень. Движения его были как всегда крайне экономными, он вел себя как человек, со всех сторон окруженный неожиданными опасностями. Острие стержня ткнулось как раз в область пупка Комплейна.

- Успокойся, красавчик. Всегда так друзей приветствуешь? - спросил Комплейн.

Он отстранил оружие.

- Я думал... Пространства, охотник... Почему ты бездельничаешь? сказал Вэнтедж, отводя глаза.

- Потому что иду в сторону Баррикад с тобой за компанию. Кроме того, кастрюли мои полны, а налоги уплачены. У меня лично нет недостатка в мясе.

Они шли в молчании. Комплейн пытался оказаться по левую сторону Вэнтеджа, но тот не допускал этого. Комплейн был осторожен, он не хотел излишне раздражать Вэнтеджа, чтобы тот на него не бросился.

Драки и смерть были обычными явлениями в кабинах - они служили естественным противовесом высокому уровню рождаемости, и все же никто не станет умирать с охотой ради поддержания равновесия.