«На крыльях магии»

Андрэ НОРТОН, Патриция МЭТЬЮЗ и Саша МИЛЛЕР

На крыльях магии

Перевод с английского Д. Арсеньева

Анонс

Андрэ Нортон - одна из самых популярных писательниц за всю историю мировой фантастики, более того, один из тех редких авторов, таланту которых в равной степени подвластны как жанр научной фантастики, так и жанр фэнтези, первая и пока единственная женщина, удостоенная Американской ассоциацией писателей-фантастов высокого титула Великого Мастера.

Однако в ряды классиков фантастической литературы нашего столетия Нортон вошла именно благодаря фэнтези - благодаря своей знаменитой эпической саге о Колдовском мире, мире могучих героев и могущественных волшебников, уникальном, бесконечно оригинальном мире, полюбившемся миллионам читателей...

Огромная благодарность замечательной женщине Андрэ Нортон. Она не только создала этот мир и позволила мне пожить в нем, но и передала мне Ализон, для того чтобы я могла продолжить его создание. Поэтому спасибо вам, Андрэ. Спасибо за все.

Саша Миллер

Мои благодарности доктору Сюзетте Хейден Элджин, изобретателю лаадана, языка, созданного женщинами и для женщин, за ее разрешение использовать этот язык в "Мы, женщины".

Благодарю также Линду Пайпер за легенду, рассказанную Ароне чужаком в главе 13 "Жабы".

Патриция Мэтьюс

Летописец

В нашей древней земле есть места, которые радуют глаз, но могут послужить ловушкой для неосторожных.

Хотя Лормт (который я, Дуратан, не имеющий родичей, привык считать своим Большим Залом) полон знаний, собранных за бесчисленные годы, мы, те, кто в них роется, тем не менее понимаем, что есть тайны, так глубоко затерянные в веках, что могут быть никогда не найдены.

И если находится упоминание о них, то нам следует понять: его значение может быть ясно только тем, кто знаком с самой тайной.

Мы живем сейчас во времена непрерывных перемен и никогда не знаем, что принесет нам следующий день.

Когда-то я был военным и должен был мгновенно вскакивать, услышав боевой рог. Сейчас я снова участвую в битвах, но гораздо менее явных. Некоторые из них проходят в освещенной лампой комнате за источенным временем столом, и оружие мое не игольное ружье, а хрупкие свитки пергамента или книги, так слежавшиеся от времени, что их металлический или деревянный переплет склеил непрочные странички друг к другу, и нужна величайшая осторожность, когда обращаешься с ними.

И слишком часто почти невидимые строки на этих страницах оказываются на языке, неведомом в наши дни, и поэтому остаются загадкой даже для тех из нас, кто дольше других участвует в поисках.

После того, как Поворот в южных горах обрушил две наши башни и прилегающие к ним стены, открыв тем самым многочисленные тайные помещения, полные записей, нас словно поглотило море знаний. Мы не успевали переписывать находки и находить для них места.

А какие сюрпризы в них скрываются, мы даже предположить не могли.

Есть ученые, которые занимаются поиском по особой, узкой теме, но большинство, особенно престарелые, были просто ошеломлены новыми богатствами, и часто можно было увидеть, как старик подбирал свиток, проглядывал его несколько минут, потом откладывал, чтобы взять другой свиток или книгу, а потом застывал в оцепенении, как ребенок, перед которым слишком большое количество сладостей на пиршественном столе.

Но в этом скрывалась и опасность, и некоторые из нас хорошо это понимали. Нолар, обладавшая даром, но не обученная; подтвердила это в своем рассказе о камне Коннард. Нас ожидали и другие необыкновенные открытия, которые предстояло сделать позже.

Но начиналось все не со зловония зла, а скорее с вопроса, который давно интересовал Нолар.

В течение нескольких лет после Поворота весна бывала поздней, а наши зимы тянулись дольше. Лормт изменился больше, чем просто от неожиданной потери башен и стен. Волшебницы никогда не интересовались тем, что у нас скрыто, и пока они правили в Эсткарпе, мало кто показывался на единственной дороге, которая связывает наше хранилище знаний с внешним миром.

Вокруг нас, но не за нашими стенами, есть небольшие фермы, а дальше начинается кольцо леса. Иногда к нам приезжали торговцы и привозили то немногое, что мы не могли вырастить или сделать сами. В остальном все, что лежало за нашими узкими границами, приобретало очертания легенд и большинство наших ученых просто не интересовало.

Но когда Поворот снес окружающие нас леса, когда река Эс изменила свое течение, мир вокруг нас завертелся и изменился. Первыми появились беженцы, хотя никто из них у нас не задержался. За ними последовали искатели особых знаний. Долгое правление волшебниц кончилось, произошли и другие перемены. Заново открыли Эскор, эту старинную сказочную землю, из которой давным-давно пришел народ Древних. Там снова разгорелась война между вновь пробудившимся злом и теми, кто стоит на стороне Света. Мы слышали рассказы об этих сражениях, но много лет не получали подтверждений.

Но зло пришло, и дважды появлялось оно вблизи Лормта. Началась иная битва, в которой я принял участие.

Кемок Трегарт, который доказал ценность того, что хранится в Лормте, часто обращался к нашим записям.

Так же поступали и другие, те, кто ясно понимал, что старый образ жизни кончился, а новый нужно создавать с мастерством, какое проявляет оружейник, куя верный меч. Начались приходы и уходы, много оказалось людей, которые понимали, что во времена, когда требуются помощь и совет, нет цены разделенным знаниям.

Так получилось, что запросы внешнего мира, касающиеся прошлого, удовлетворяли Квен, Нолар, я и Морфью, старик-ученый, к которому подступиться было легче, чем к другим.

В то же время мы слышали много рассказов и слухов, которые заставили нас впервые искать защитников Лормта. Хаос вынес на поверхность людей без хозяев, и эти люди быстро превращались в разбойников. К тому же то, что высвободилось в Эскоре, не всегда оставалось в его границах. Я снова оказался предводителем воинов, моим помощником стал Деррен из Карстена, а под нашей командой - отряд местных парней и немногих отбившихся от прежних сил пограничников. Мы посылали разведчиков и часовых "в окрестные холмы, хотя суровые зимы спасали нас от набегов.

Я возвращался из первого за весну объезда часовых, когда увидел небольшой участок зелени, сохранившийся от прежнего леса. Воздух был такой ароматный, что я остановил своего пони и посмотрел на землю. И увидел маленький кустик. Это растение называется полночь-и-полдень и растет только вблизи Лормта. Его головки с девятью лепестками кивали на ветру. Я слез с седла и захромал к растениям. Сорвал четыре стебелька и осторожно повез в Лормт. Я хотел отдать их Нолар как знак весны.

Нолар была с Морфью. Лицо у нее казалось очень бледным, если не считать родимого пятна. Из-за этого пятна ее сторонились те, кто слишком туп, чтобы разглядеть за ним благородный и смелый характер Нолар.

- Конечно, ее путь к нам был слишком трудным, да и пришла она к нам еще совсем ребенком. К тому же, она слишком часто слушала госпожу Нарет, - входя в кабинет Морфью, я услышал раздражение в голосе Нолар, - которая всегда держалась обособленно. В Ароне много доброго, много быстрой сообразительности, и она любит то, чем занимается. Я надеялась, что врожденные и воспитанные в ней предрассудки, горечь, которую она испытывала все прошлые годы, - все это может рассеяться. Я думаю, что мне она стала бы доверять. Главным образом, вероятно, потому, что я женщина. У нас здесь так мало женщин. Поэтому она и прислушалась к Нарет. Не могу иначе представить себе, как такая умная девочка, как Арона, могла поладить с такой высокомерной особой. А теперь Нарет так стара... Ну, я сделаю еще одну попытку, но она перенимает манеры и взгляд на мир у Нарет...

- Мне кажется, дочь моя, что Арона принадлежит к числу тех, кто не сумел измениться. Она считает, что изменения - это ее враг. В этих стенах есть много похожих на нее. Но ты ей нравишься. Я видел, как она смотрит на тебя во время одного из наших общих собраний.

В ней явно происходит борьба, - медленно говорил Морфью.

- Но разве кто-нибудь другой держит при себе знания, не допускает к ним остальных? - возразила Нолар. - Я снова поговорю с ней, но если она снова скажет, что не желает ничем со мной делиться только потому, что я заодно с Дуратаном!.. - Нолар с такой силой ударила кулаком по столу, что чернильница перед Морфью подскочила.

- А при чем тут Дуратан? - Я положил руку ей на плечо и протянул цветы.

Мгновение она смотрела на них, потом рассмеялась, но одновременно покачала головой.