«Похитители завтрашнего дня»

Саке Комацу

Похитители завтрашнего дня

ЯВЛЕНИЕ ГОЭМОНА

Совсем не обязательно пережить нечто из ряда вон выходящее, чтобы понять, как бессмысленна наша жизнь.

Думаете, прозрение наступает только в старости? Только у людей, страдающих хроническими запорами и зачитывающихся глубокомысленными философскими книгами? Ничего подобного! Если человек ни с того ни с сею вдруг разругается с девушкой, которую любит вот уже три года, как это случилось со мной, тут-то он и прозревает.

И вообще толчком, помогающим понять бессмысленность нашей жизни, могут послужить самые различные случаи. Например, за полчаса игры в маджонк проиграешь месячное жалованье, начальник устроит тебе головомойку, или недавно поступившая на работу хорошенькая сослуживица совершит прогулку с сыночком директора-распорядителя (учтите, на спортивной машине!), или жена третий раз забеременеет (врачи предсказывают двойню...), да мало ли что еще... Короче говоря, казалось бы, незначительный случай вдруг открывает нам самую величайшую и вечную из истин: жизнь абсолютно и совершенно бессмысленна!

Жалованье маленькое, в трамваях вечная давка, начальник - брюзга хуже любой выжившей из ума старухи, сослуживцы - лизоблюды и подхалимы, отбивные в столовой - тоньше папиросной бумаги, цены - бешеные, политики лгуны, женщины - идиотки, мужчины - ослы, массовая информация - бред сумасшедшего, налоговое ведомство - пиявка.

Что? По-вашему, не так? А по-моему, как раз так!

В такие минуты кишмя кишащая людьми и машинами огромная столица начинает казаться мне вонючей клоакой, и я подумываю: хорошо бы утопить Токио со всеми домами и улицами в моем собственном плевке... А еще лучше, превратившись в Годзиру или какое-нибудь другое чудище, сковырнуть лапой Токийскую башню, раздавить громаду здания "Маруноути", расшвырять эстакады скоростной железной дороги... Да чего нам мелочиться - жахнуть бы с размаху по старушке Земле, пускай катится в тартарары, за пределы Вселенной!.. Когда я прихожу в такое настроение...

Минуточку... А вы как поступаете в подобных случаях? Напиваетесь? Заходите подряд во все кабачки и пельменные? Или оскверняете дверь полицейского участка?..

А я... - даже признаться стыдно, очень уж бедная у меня фантазия! Я... взбираюсь на какое-нибудь высокое место и любуюсь пейзажем. Есть пословица: "Высоту любят дурак и дым"... Когда человек мечтает превратиться в Годзиру, очевидно, это признак глупости или, во всяком случае, стремительное приближение к этому состоянию. Впрочем, но такой уж я дурак. С высоты, как говорится, виднее. Смотришь с высоты на огромную столицу и понимаешь, до чего же самодовольны, ограниченны, смешны и безмозглы люди, особенно японцы... Действительно, разве бестолковая планировка и страшная перенаселенность больших японских городов - не плод больного мозга? Достаточно взглянуть на запутанный лабиринт токийских улиц, и сразу становится ясно: тут трудились душевнобольные рабочие под руководством маньяков-инженеров. Гори она ясно, наша дорогая столица! Мне ее совсем не жалко... Сладкое все же чувство, а? Полная раскрепощенность души... Смотришь вот так с высоты и думаешь: поцапался с Кисако - так зовут мою возлюбленную, - ну и что? Велика важность! Тут судьбы столицы решаются, а может, и всей Японии, так уж до ссоры ли мне...

Но вернемся к делу.

Итак, я решил залезть куда-нибудь повыше, чтобы успокоиться после ссоры с Кисако. Но я не собирался подниматься на Токийскую башню или на крышу отеля Отани, ни в коем случае! Чего я там не видел? Сколько раз околачивался - всегда полно народу... Нет, прочь из Токио! И, хоть это было чувствительно для моего кармана, я нанял такси и рванул в Иокогаму. Поднимусь, думаю, на какой-нибудь прибрежный холм или на плато Санъо, поброжу в одиночестве, полюбуюсь видом города и порта.

И вот в Иокогаме, на холме, откуда открывался изумительный вид на порт, я и встретил его.

- Здрас-с-сте! - вдруг сказал кто-то за моей спиной. - Какая есть... иметься... существовать... погода?.. Ты японец, хозяин?

Даже передать не могу, как я удивился. Вечерело. На холме не было никого, ни одной парочки, и вдруг откуда-то из-за дерева прозвучал голос. А уж до чего чудной японский язык! Пожалуй, только ненормальный мог всадить в одно предложение три синонимических глагола подряд, да еще там, где ни один из них не был нужен. Разумеется, я тут же невольно обернулся, и у меня отвалилась челюсть.

Ну и чучело!

Под деревом, скрестив ноги, величественно восседал какой-то коротышка, крепенький, кругленький, как репка. Лицо широкое, лоснящееся - ни дать ни взять лепешка, густо намазанная маслом! - рот от уха до уха, под носом реденькие усики, очки в серебряной оправе, а глаза... Сроду не видывал таких глаз! Правый смотрит вверх, левый - вниз. Редчайший случай двойного косоглазия... Да и одежда...

Выцветшая визитка, на голове - давным-давно вышедший из моды котелок... Это еще куда ни шло, но в сочетании с японскими шароварами и гэта весь наряд как нельзя лучше подошел бы для огородного пугала. Дополняли картину болтавшийся сзади зонтик, прикрепленный скрещивающимся на груди поясом такие пояса обычно служат для ношения младенцев на спине, - и авоська, из которой торчала какая-то черная квадратная шкатулка. Я так и остался с разинутым ртом, пораженный его необычным лицом и более чем оригинальным нарядом.

- Вы бы... того... этого... подышали хоть чуточку, а? - сказал он скрипучим голосом. - Ты разумеешь или не разумеешь? Ты японец, хозяин?

Ну, думаю, нищий, сейчас клянчить начнет, или бродяжка, или - того хуже - слабоумный... Кто его знает, что он надумал?.. Надо мне поскорее убраться отсюда, пока не влип в какую-нибудь гнусную историю. Но я почему-то оцепенел, ноги не слушались.

- Почему стоишь, слова не вымолвишь? - продолжал он на своем странном японском языке. - Судя по всему, ты, видать, глухонемой? Или умом слабый?.. Ты японец, хозяин?

- Д-да... - пробормотал я хрипло, - японец. Правда, я не изучал свою родословную, но вроде бы японец.

- И-их, какой я быть, находиться, существовать счастливый! - Он пришел в совершеннейший восторг, глаза его запрыгали вверх-вниз, вверх-вниз. Успокоил ты мое сердце! Айда за мной!

- Простите, это куда же - за вами?

- Куда, куда... - он торжествующе улыбнулся. - К тебе, в твой дом.

- Ко мне?! - У меня чуть не отнялись ноги. - Но... простите... вы... это... Может, вы мне дядей приходитесь или еще кем-нибудь?

- Не болтай глупостей! Не был и не бывать твоим дядей. Миленький мой, мы с тобой совсем, совсем чужие...

- Зачем же тогда идти ко мне домой? - Я заговорил быстро-быстро: - У меня, знаете, квартирка крохотная - комната да кухня, теснота, беспорядок, постель не убрана, пол не подметен...

- Ибо, - торжественно сказал он, не обращая ни малейшего внимания на мои слова, - ибо мы есть турист! Иностранный турист! А в путеводителе для туристов прописано, черным по белому начертано, что все японцы сверхдобрые, особо к гостям иностранным. Сказано, попав в Японию, просись на ночлег к первому встречному японцу. У нас это именуется, называется народная гостиница. Каждый японец рад делать народную гостиницу для чужеземного гостя.

- Постойте, подождите! - Я совсем растерялся. - Да, конечно, гостеприимство... Есть у нас, у японцев, такая слабость, но... Ничего я не могу понять, вы ерунду какую-то болтаете...

- Да ладно, ладно, не стесняйся! - Он ободряюще улыбнулся. - Эй, хозяин, живо, пожалуйте за мной!

Огородное пугало повернулось и зашагало вперед. Я поплелся за ним, словно привязанный невидимой нитью.

Да, за границей издают такие путеводители... Гнусные книжонки! Самая настоящая развесистая клюква! И куда только смотрит наше Министерство иностранных дел?! В последнее время, правда, спохватились: как это можно, в заграничных школьных учебниках пишут о Японии всякую чушь! Даже апробированные учебники, выпускаемые в Европе и Америке, дают совершенно превратное представление о нашей стране. Там написано, например, что в Японии до сих пор существуют рикши и самураи, которые носят прическу тенмагэ и делают себе харакири. А уж про какой-то паршивый путеводитель и говорить нечего! Одному богу известно, что там понаписали... Но почему я должен это расхлебывать?! Теперь этот оборотень, это чучело поселится в моей комнате.

Ну уж нет, к чертям собачьим!

Что скажут склочные домохозяйки из комитета самоуправления нашим микрорайоном, если этот псих станет жить в моей комнате?.. А главное Кисако... Узнает она и...

- Эй, постойте! - Я едва догнал его, он катился вниз по склону, как мячик. - Вы... э-э-э... на самом деле иностранец?

- Ага, - он выпятил грудь, - на самом, самом деле.

- Позвольте узнать, из какой же страны?

- Не стоит называть, ибо ты все равно не слышал ее прекрасного имени. Моя страна далеко-далече. А прибыл я на корабле.

- На корабле?.. - Я задумался. - Но... если на корабле, как же могло получиться, что я первый японец, которого вы встретили?

- Могло, могло, ой, могло, милый ты мой!